Возле элитных
контейнеров, под навесом, я услышала писк. Я заглянула за бак.
В луже сидел крошечный черный котенок. Мокрый, грязный, дрожащий всем тельцем. Он
смотрел на меня огромными желтыми глазами, полными отчаяния.
- Ну привет, - вздохнула я. - Кажется, этот дом притягивает бродяг.
Я сунула его под куртку, к теплому телу, и поднялась на лифте.
Матвей сидел в гостиной с ноутбуком.
Ты быстро, - заметил он. - Коробки выбросила?
· Выбросила. И... нашла кое-что.
Я расстегнула куртку. Черная ушастая голова высунулась наружу и хрипло мяукнула.
Матвей замер.
· Лера...
· Он умирал там, Матвей! Под дождем! Я не могла его оставить!
Он посмотрел на грязного котенка. На свой белоснежный ковер. На меня.
- Лера, - он потер переносицу. - Ты серьезно? Мусорный кот? Посмотри вокруг. Белая кожаная
мебель. Ковры ручной работы. И у меня аллергия.
· На котов? - удивилась я.
· На беспорядок! - отрезал он. - Отвези его в приют. Я оплачу содержание.
· Он маленький. Он не займет много места.
Кот выбрался из куртки, спрыгнул на пол, подошел к ноге Матвея и начал тереться о его
джинсы, громко мурча
Матвей посмотрел вниз. В его глазах мелькнула улыбка.
- Наглый, - констатировал он. - Сразу понял, кто здесь за все платит.
Он наклонился и почесал кота за ухом.
· Демон, - сказал он. - Чистый демон.
· Ему идет, - я просияла.
· Ладно. Пусть остается. Но если он испортит диван...
· Я знаю, знаю. Я буду должна миллион.
· Нет, - он выпрямился. Его взгляд изменился. Стал темным, тягучим, скользнул по моим губам.
· Миллионами тут не отделаешься
· Ты лучший! - я чмокнула его в щеку и побежала в ванную мыть найденыша.
Как только я вымыла кота и обтерла полотенцем, в ванную зашел Матвей. В ванной комнате стало нечем дышать. Воздух наэлектризовался так, что казалось, сейчас полетят искры.
· Ты вся промокла, - хрипло произнес он. - Нужно... согреться.
· Демон... - прошептала я, кивая на кота, который с интересом наблюдал за нами с коврика.
· Демон разберется сам, - Матвей, не глядя, открыл дверь ванной и мягко выставил кота в
коридор. Щелкнул замком.
Мы остались одни.
Шум воды в кране казался оглушительным. Матвей подошел ко мне со спины, обнял, прижимаясь всем телом. Я почувствовала, как он напряжен, как твердость его желания упирается мне в поясницу.
- Я скучал по тебе, Лера, - прошептал он, кусая мочку моего уха. - До боли скучал.
Его руки скользнули под мою мокрую футболку, накрывая грудь. Я судорожно вздохнула, откидывая голову ему на плечо. Его ладони были горячими, требовательными. Он сжал мои соски сквозь ткань лифчика, заставляя меня выгнуться навстречу.
· Матвей...
· ТСС... - он развернул меня к себе лицом. В его глазах полыхал пожар.
Он подхватил меня под бедра и усадил на холодный мрамор столешницы. Встал между моих
ног, раздвигая колени
- Снимай, - приказал он, кивая на мою мокрую одежду. - Я хочу видеть тебя.
Дрожащими пальцами я стянула футболку, потом штаны. Осталась в белье, которое тут же
стало лишним под его взглядом. Матвей стянул свою футболку через голову, обнажая торс.
Он включил душ. Кабина наполнилась паром.
Матвей завел меня под струи горячей воды, прижал к мокрой плитке. Вода стекала по нашим
лицам, телам. Он целовал меня жадно, глубоко, слизывая капли с моих губ, с шеи.
Его руки скользили по моему намыленному телу, изучая каждый изгиб заново, словно мы не
виделись вечность. Он сжал мои ягодицы, приподнимая меня, чтобы я обхватила его ногами.
- Ты такая тесная, такая горячая... - простонал он мне в рот, входя в меня одним резким,
сильным толчком.
Я вскрикнула, но он заглушил мой крик поцелуем.
В душе было тесно, скользко и невероятно остро. Мы двигались в ритме падающей воды.
Каждое движение отдавалось эхом в моем теле. Я царапала его мокрую спину, кусала плечи, чувствуя, как реальность растворяется в пару и страсти.
· Смотри на меня, - потребовал он, откидывая мокрые волосы с моего лба. - Скажи, что ты моя.
· Твоя... всегда твоя... - выдохнула я, чувствуя, как накатывает волна.
Оргазм накрыл нас одновременно, яркий и сокрушительный, заставив меня вцепиться в его
плечи до синяков, а его зарычать мне в шею, изливаясь в меня.
Мы стояли под душем еще долго, просто обнимаясь, позволяя воде смывать остатки
напряжения. Матвей целовал мое мокрое плечо, успокаивая дыхание.
- Больше никаких коммуналок, - тихо сказал он. - Ты живешь здесь. Спишь здесь. И моешься... -
он усмехнулся, глядя на меня потемневшими глазами, - .. тоже здесь. Со мной.
- Договорились, - я улыбнулась, чувствуя невероятную легкость.
Мы вышли из ванной, завернувшись в огромные полотенца. Демон сидел под дверью и
смотрел на нас с осуждением.
· Мяу! - заявил он, требуя объяснений.
· И тебе спокойной ночи, сосед, - хмыкнул Матвей, подхватывая меня на руки и неся в спальню.
Этой ночью мы спали в одной кровати, сплетенные в клубок. А в ногах, нагло развалившись на
покрывале, спал Демон, окончательно утвердив свои права на эту семью.
Глава 25.
Жизнь вошла в новое русло. Теперь это была штаб-квартира любви, кота и... подпольной швейной мастерской.
Вопрос оборудования моего рабочего места встал ребром. Мое платье требовало ювелирной
точности, а шить на коленке было невозможно.
- Машинка и манекен остались у Кати, - сказала я за завтраком, намазывая тост джемом.
Когда папа выселил меня, Катя оставила все у себя. Мне нужно их перевезти.
Матвей вздохнул, глядя на свой идеальный минималистичный интерьер в стиле хай-тек.
· Ты хочешь притащить сюда манекен?
· Его зовут Дуся. И да, без Дуси я как без рук.
Вечером мы заехали к Кате. Подруга встретила нас с хитрой улыбкой и коробкой конфет.
- О, проходите.
Матвей, стараясь не помять костюм, погрузил в багажник «Гелендвагена» мою старенькую
швейную машинку и разборную Дусю
- Лера, - сказал он, глядя в зеркало заднего вида на торс манекена, торчащий из-за сиденья. -
Надеюсь, меня не остановят гаишники. Объяснять, почему у меня в багажнике расчлененная женщина, будет сложно даже мне, с моим
