я зашёл к ней, чтобы отдать кольцо Шона, я просто вырубился у неё на диване, потому что почти не спал в автобусе по дороге сюда. Лэйни была так добра, что позволила мне выспаться.
Я повернулась к нему с улыбкой:
— А потом мы обнаружили, что ты — заклинатель младенцев.
Бабуля фыркнула.
— И какое же у тебя оправдание для того, что ты остался там прошлой ночью?
Боже мой. Сплетни в этом городе распространялись с безумной скоростью — хотя чего ещё было ожидать. Адам не растерялся:
— Брайан хотел, чтобы я остался. Более того, он настаивает, чтобы я был там, пока мы не поймаем того, кто прислал ей письмо с угрозами.
Бабуля захлопала ресницами, будто не верила своим ушам; Хью и Тереза ахнули в унисон, а Адам продолжил:
— Спорю, сарафанное радио забыло упомянуть этот маленький факт. Может, вы просветите их на следующем собрании?
Его ответ был чуть резче, чем я ожидала, но в глубине души я была ему благодарна. Эта старая карга ополчилась на меня с той самой минуты, как узнала, что Шон встречается с — о ужас! — протестанткой. При том что я даже не была практикующей верующей.
Не знаю, облегчало это ситуацию или усугубляло. В любом случае, Шон хотел вести себя осторожно и держать наши отношения в тайне до его возвращения из-за границы.
Бабуля уставилась на Адама, открыв рот, как рыба, выброшенная на берег. Ей потребовалась секунда, чтобы прийти в себя, и, судя по лицу, она уже придумала колкость. Но как только она собралась её выдать, вмешался Хью.
— Ты в порядке, Лэйни? Хочешь пожить у нас какое-то время?
— Я ценю ваше предложение. Брайан тоже предлагал нам переехать к нему. Но я открываю пекарню так рано и работаю так поздно, что мне просто легче оставаться в квартире. Плюс мне удобно кормить Конора в часы затишья.
— Но твоя безопасность...
Адам вставил своё слово: — Вот почему Брайан хочет, чтобы я оставался с ней. — Он бросил взгляд на бабулю и добавил: — На надувном матрасе.
Она скрестила руки на груди, как капризный ребёнок, и снова сделала вид, что хочет что-то сказать, но Хью опять опередил её.
— Что ж, если Брайан считает это хорошей идеей, значит, так оно и есть. Мы благодарны, что вы зашли сегодня, несмотря на всё происходящее. Мы и понятия об этом не имели.
Тереза добавила: — Пожалуйста, дай нам знать, если передумаешь. Мы можем поселить тебя в комнате Шона.
— Спасибо, что приняли нас, за ужин и печенье. Тереза, я никогда не сброшу вес после родов, если ты будешь кормить меня при каждом визите. Я очень ценю предложение пожить у вас, но Брайан установил камеру снаружи здания и велел патрульным чаще проверять этот район. Так что, учитывая это и присутствие Адама в квартире, думаю, мы в безопасности.
Конор захныкал, и глаза Терезы расширились от волнения.
— Можно я его покормлю?
Я потянулась к сумке с подгузниками и порылась в ней, пока не нашла маленькую термосумку с бутылочкой.
— Врач сказал, что лучше всего подогревать молоко в тёплой — не горячей — проточной воде. Горячая вода разрушает питательные вещества.
Хью забрал у меня бутылочку. Очевидно, первое кормление внука должно было стать совместным проектом бабушки и дедушки.
— Тёплая, не горячая, понял. Я сейчас.
Крики Конора стали громче, и я забеспокоилась: если мы будем ждать слишком долго, бутылочка его уже не утешит. Тереза, видимо, разделяла мои опасения, так как запричитала:
— Нам стоило приготовить бутылочку раньше, чтобы быть наготове, когда он проголодается.
— К счастью, молоко не слишком холодное, так что это не займёт много времени.
Мы неловко стояли, пока Конор плакал. Мои пальцы непроизвольно сжимались от желания забрать сына у Терезы и успокоить его грудью, поэтому я попыталась завязать разговор.
— Я читала, что ему можно давать грудное молоко прямо из холодильника, но я подумала, раз это только вторая попытка с бутылочкой, стоит постараться, чтобы всё остальное было как можно привычнее.
— Согласна, — кивнула Тереза.
К счастью, вернулся Хью и передал бутылочку жене. Та капнула молоко на запястье, чем, похоже, обидела Хью.
— Я уже проверил! И использовал тёплую воду, как сказала Лэйни!
— Просто перепроверяю.
Она улыбнулась мужу и поднесла соску к губам Конора. Мой голодный мальчик тут же начал сосать, к неописуемому восторгу бабушки. Не сводя глаз с ребёнка, она вздохнула:
— Как думаешь, когда мы сможем посидеть с ним по-настоящему?
Я не смогла сдержать улыбку, видя её искреннюю радость от мысли о том, чтобы понянчить внука. Я знала, что мне очень повезло иметь таких заботливых людей в жизни Конора.
— Скажите, как вам удобнее по графику. Мой вы и так знаете.
— Будет ли нормально, если я заеду за ним в среду утром? Привезу его домой, когда ты закончишь работу.
— Конечно.
Возможно, из-за того, что я была так покладиста, она решилась предложить:
— И, может быть, когда он привыкнет к нам, мы сможем иногда оставлять его на ночь.
Я похлопала её по руке.
— Тереза, я никогда не буду прятать от вас внука. Если это будет удобно нам обоим, конечно, он может оставаться у вас на ночь. Я бы просто предпочла, чтобы он поменьше бывал в общественных местах, пока у него не окрепнет иммунитет и не будут сделаны все прививки. — Я бросила взгляд в сторону бабули О'Брайен, но ничего больше не добавила.
Тереза тут же заверила: — Он всё время будет с нами. Обещаю. И мы ограничим число посетителей до минимума.
Адам усмехнулся: — И вы не убежите крестить его тайком от неё?
— Конечно, нет! Мы бы никогда так не поступили!
Впрочем, блеск в глазах бабули был не слишком обнадёживающим.
Глава тридцать первая
Адам
Она усадила крепко спящего Конора в автокресло, а я загрузил сумку с подгузниками и контейнер с лазаньей в багажник её «Honda Civic». Хью и Тереза наблюдали за нами с крыльца, обняв друг друга за плечи.
У меня едва глаз не задергался, когда Лэйни села на водительское место, оставив мне пассажирское. Я не считал себя сексистом, но когда меня везла девушка, каждая XY-хромосома в моём теле была на взводе. Тем не менее, я сел без жалоб, так же как и по дороге сюда.
Возможно, от меня исходили волны недовольства, потому что Лэйни, выезжая с подъездной дорожки, заметила:
— Я бы позволила тебе сесть за руль, но боюсь, это
