— типичный диалог жены и любовницы, наверное, — но в какой-то момент она позволяет себе неосторожно высказаться про Артура — и я, недолго думая, даю ей пощечину...
Случается это резко, спонтанно, наверное, на каком-то материнском инстинкте, который призван защищать свое чадо любой ценой.
— Не смей. Называть. Моего. Сына. Больным, — говорю, вкладывая в эти слова всю свою ярость.
Сначала, блин, притащила моего ребенка в другую страну, не спросив разрешения, не узнав, есть ли у него какие-то хронические заболевания, а теперь, видите ли, недовольна, что он заболел!
— Пошла ты, — рычит девица, вскакивая с места.
Кажется, такого она от меня не ожидала.
— Сама пошла... прочь от моего стола! — я показываю ей пальцем в сторону дверей.
Она действительно убегает — но сразу следом вынуждена уйти и я сама, потому что вокруг все смотрят, показывают пальцем, перешептываются...
Некомфортно.
К счастью, еду можно заказать в номер, так я и поступаю.
Наконец с аппетитом кушаю, а потом прикидываю, как я буду здесь с завтрашнего утра работать.
Проверяю интернет: он отличный, как говорится, летает.
Включаю планшет, который привезла с собой: как чувствовала, что пригодится!
Конечно, с ноутбуком было бы удобнее, но что есть, то есть.
Выбираю для себя задний фон: им становится стена, расписанная узорами на тропическую тематику.
Открываю рабочие чаты, диалоги с родителями своих подопечных, корректирую расписание на ближайшие дни, кому-то пишу, что занятия придется перенести на неопределенный срок, кому-то — что будем заниматься онлайн, а не лично.
В какой-то момент, сидя с планшетом напротив окна с видом на море и пальмы и попивая из стакана апельсиновый сок, я ощущаю себя той самой самозанятой зумершей, которых пруд-пруди в социальных сетях...
Но потом вдруг раздается звонок от мужа — и я вспоминаю: мне все еще сорок пять, я далеко от дома, у меня болеет сын, а муж — изменник и предатель.
Трубку беру без промедления: вдруг что-то с Артуром?!
Голос на том конце провода — взволнованный:
— Надо поговорить.
— Говори. Что-то с сыном?!
— Ну... да.
— Что случилось?!
— Я в фойе отеля. Спускайся. Лена мне все равно уже сказала, что ты здесь.
На этом его фраза обрывается, он кладет трубку, а я, встревоженная, быстро выпрыгиваю из номера и бегу вниз.
Миша действительно в фойе, ждет меня в одном из кресел.
Я сажусь напротив:
— Ну, что?!
Муж смотрит на меня долгим, внимательным, как будто бы изучающим взглядом, а потом вдруг говорит:
— Да нет, ничего. С Артуром все в полном порядке. Просто если бы я назвал тебе реальную причину — ты бы не пришла. А поговорить я хочу о том, как ты поступила с Леной. Грубо, оскорбительно, даже жестоко. Она сказала, что ты угрожала ей и даже дала пощечину! Ты совсем, что ли, с ума сошла?! Я понимаю, конечно, что ты мать-наседка, которая устроила нам слежку и примчалась не то что в другую страну, но даже в отель, куда мы заселились! Но чтобы такое... Тебе не стыдно?!
Его вопрос заставляет меня опешить.
Он что, правда собирается защищать свою девицу?!
— Нет, — говорю я. — Мне не стыдно. И если это все, что ты хотел сказать и о чем спросить, то я, пожалуй, вернусь в свой номер.
— Свой номер?! — фыркает Миша. — И на сколько же ты его забронировала?! На сутки?! Двое?! Трое?! Потому что на больше у тебя все равно денег не хватит...
— А ты свои деньги считай, а не мои, ладно?!
— У нас общие деньги, напоминаю. И если ты скрываешь какие-то счета или наличные запасы, то придется поделиться.
— Раз у нас общие деньги, как же так вышло, что ты в этом отеле собираешься жить несколько недель, а у меня может хватить только на три дня?! Неувязочка.
— Боже... ну какая же ты душная.
— А ты лжец и предатель. Да еще и отец безответственный. Оставил нашего сына с этой профурсеткой, да?!
— Ты снова опускаешься до оскорблений. Лена — прекрасная девушка. А вот ты... если ты продолжишь вести себя, как торговка на базаре, будь уверена: я заберу у тебя сына, и ты никогда его больше не увидишь.
46 глава КАРОЛИНА
Прошло уже две с половиной недели с того самого ужасного момента, когда Миша сообщил мне, что Дамир — не его сын.
— Я не брошу Дамира, — сказал он мне и важно добавил, просто пригвоздив меня к стене такими ужасными словами: — Но ты... тебя я больше видеть не хочу. И быть твоей финансовой подушкой я больше не намерен. Я даю тебе месяц на то, чтобы ты нашла новую работу и новую квартиру.
Прозвучало это как приговор... приговор, с которым я все еще не могу смириться и к которому не могу привыкнуть... и никогда не привыкну, наверное.
Нашла ли я новую работу?! Нет.
Но я старательно ищу — все это время.
Написала резюме, отправила его не меньше чем на два десятка электронных почт, заполнила анкеты на нескольких сайтах для поиска работы, мониторила интересные мне вакансии, писала, звонила, отвечала на сообщения и звонки, даже три раза сходила на собеседование, но... пока все мимо.
Основная причина — маленький ребенок.
«Вы будете постоянно сидеть с ним на больничных!»
«Вы будете постоянно отпрашиваться на утренники!»
«Вы будете постоянно сосредоточены не на работе, а на своем ребенке!»
Ну, блин, а что мне делать?!
В детский дом его сдать?!
Мой сын — это моя сила... но, как выяснилось, вместе с тем — и моя слабость.
До этого мне никогда не приходилось сталкиваться с подобным.
Миша, разумеется, спокойно отпускал меня на больничные и на утренники, потому что знал: это — наш сын!
Но новые потенциальные работодатели, само собой, совсем не готовы жертвовать ради чужого ребенка... для них Дамир — никто, а я — всего лишь мамаша, которая ни о чем, кроме своего сыночки, не думает...
Обидно.
Иронично, конечно, что Миша велел мне найти работу, но меня никуда не берут из-за нашего ребенка... точнее, теперь уже — только моего ребенка, потому что Миша ему не биологический отец...
Я все еще, кстати, не могу в это поверить.
Я была уверена в факте его отцовства на сто процентов!
А теперь... смотрю на Дамира, вижу в нем черты Миши и не понимаю: как такое возможно?!
Нашла ли я новую квартиру?! Тоже нет.
И тоже старательно ищу, ищу, ищу...
Здесь загвоздка в том,
