Всё главное на поверхности. Бери и наслаждайся…
— Надеюсь, ты понимаешь, что остаться здесь навсегда ты не сможешь.
Истомин усмехается.
— Тебе всё ещё не терпится избавиться от меня?
— Даже не представляешь насколько, — дразню его кривой улыбкой.
Он слегка кивает в знак согласия, пристально вглядываясь в мои глаза. Нас освещает только старая гирлянда, растянутая кое-как на ветках яблони, но это не мешает мне рассмотреть охватившее его волнение. Приятное волнение, которое передаётся и мне. Словно всё, о чём я боялась даже мечтать, вдруг исполнилось.
— Помню, ты прикупила для нас кое-какие игрушки… — тянет Демьян и плавно отстраняется, чтобы придвинуть свою спортивную сумку, но руку с моего плеча не убирает. — Я их привёз с собой.
— Не стоило! — Прячу смех в ладонях. — Ты уже смотрел, что там?
— Прости, что без тебя. Не удержался… И знаешь, у меня возник вопрос.
— Только один?
— Ну да. С прищепками и мухобойкой всё интуитивно понятно. А на черта тебе гвозди?
— В детстве, когда я вела себя плохо, папа забивал по одному гвоздю в доску над дверью. Когда в ряду места для гвоздей больше не оставалось, одну мою самую любимую игрушку относили в приют. Так вот, по мере заполнения ряда желания проказничать у меня заметно убавлялось.
— Думаешь, со мной этот способ будет работать? — На его лице появляется знакомая хитрая ухмылка, по которой я за день успела соскучиться.
— Зависит от того, насколько сильно ты любишь свой тюнингованный мерс. Мне кажется, благотворительность — это прямо твоё.
Истомин недоверчиво косится на сумку и задвигает её ногой глубже под гамак. От греха подальше.
— Ты очень мудрая женщина, Ульяна.
Обменявшись улыбками, мы перебираемся за деревянный стол. Заново разжигаем костёр для уюта и, обжигая пальцы о горячую фольгу, разворачиваем наш нехитрый ужин. Божественный аромат трав и пряностей не оставляет шансов дождаться, когда рыба остынет.
— Этот ужин, обещает быть вкуснее всего, что я пробовал! — стонет Демьян, прежде чем отправить первый кусочек себе в рот. А потом тоже стонет, зажмурив глаза, и я начинаю всерьёз переживать, чтобы он от жадности, с которой ест, не подавился костью.
— Жаль, что ты больше не хочешь рыбачить... — кошусь на него хитро. — Секрет даже не в углях и не в приправах. Догадываешься в чём?
— В том, что я её всё-таки добыл! Знала бы ты, как тяжело договориться с местными… — посмеивается он, облизывая пальцы. — Но, блин, оно того стоило. Ладно, ты меня убедила. Будем приезжать сюда по выходным.
— Ты же любишь комфорт, — напоминаю словно невзначай.
— Ага, — беспечно подтверждает он. — Вон там я построю баню, за углом беседку с мангалом и печью, а вон там...
Планов у Истомина вагон с тележкой. Я греюсь у костра, погружённая в сытую негу, а он ещё только «обустраивает» песочницу для наших детей. Пламя медленно пляшет на ветру, словно танцуя под треск прогорающих поленьев. Оранжевые отблески огня мягко отражаются в его глазах. Он полон энтузиазма, как человек, который устал всё и всегда разрушать.
Настало время строить.
Мы вместе убираем посуду и возвращаемся в гамак. Листья над нами шуршат ветром, напоминая о приближающейся зиме, но в объятиях Демьяна я чувствую тепло и защиту.
— Спасибо тебе... — Он внезапно сжимает мою руку в ладони, и бесконечное мгновение собирается с мыслями.
— За что? — удивлённо поднимаю брови.
Его пальцы легко поглаживают озябшую кожу, словно лёгкий ветерок, согретый первыми лучами солнца.
— Последний раз я видел звёзды в детстве, — произносит Демьян, глядя в небо, где сияют миллионы мерцающих точек. — Ты вернула мне способность радоваться мелочам и ценить момент.
Я тоже запрокидываю голову, впервые находясь с ним на одной волне. Наша связь сейчас ощущается крепче, чем когда-либо, будто наши с ним души сплелись в этой осенней ночи. Здесь, у костра под звёздным небом в груди зарождается тёплая пульсация, наполненная обещанием любви и счастья.
— С возрастом они не начали казаться ближе. — усмехаюсь задумчиво.
— Да, как и дорога к счастью, но вместе этот путь станет нашим самым невероятным приключением.
Эпилог
Эпилог
Демьян
Я всё-таки пригласил Ульяну в ресторан…
Стоп. Слишком банально для нашей пары, правда?
Я только сказал ей, что мы едем в ресторан — звучит уже ближе к реальности, так ведь?
На самом деле в это место мы уже приходили. Не слишком трезвые, толком мало что знающие друг о друге, не понимающие, чего на самом деле от жизни хотим. Зато уверенные, что после росписи всё сразу станет как в сказке. В общем, типичная среднестатистическая пара, впервые переступающая порог ЗАГСа.
Конечно, первое впечатление ярче второго. И чтобы придать моменту торжественности, как только мы сели в машину, я завязал Ульяне глаза. Так и веду её за руку в счастливое завтра.
Смешно, но в прошлый раз я так не волновался, как сейчас. Тогда было просто по приколу: весело, на кураже, в чём-то даже «на слабо». Теперь отношение совершенно другое. Каждый поступок тянет за собою следствие. Простая истина, такая же, как «после ночи наступает утро», но часто ли я об этом задумывался, прежде чем что-то сделать? Да где там!
Тётка при виде нас удивлённо опускает очки. Я умоляюще прикладываю палец к губам и встаю перед супругой на одно колено. В левой руке букет, в правой широкая прямоугольная коробочка из тёмно-синего бархата.
— Можешь снять повязку, — произношу отрывисто.
Ульяна моргает, привыкая к свету, обводит взглядом кабинет и с вопросом в широко распахнутых глазах смотрит на меня.
— Помнишь, как я просил твоей руки?
— Нет, — улыбается она недоверчиво. — Ты просто взял и поставил меня перед фактом.
— Я очень жалею, что пропустил такой важный момент, что лишил нас этого приятного волнения. Чёрт… У тебя тоже мурашки? — Опускаю взгляд на её руки, в каком-то трогательном, щемящем смятении прижатые к груди.
— У меня тоже, — становится шире её улыбка. — Сердце колотится как сумасшедшее!
— Так вот, я… Я предлагаю не терять больше ни одной возможности прожить на полную катушку всё то безумие, что дарит нам любовь. — Открываю коробочку, с гордостью демонстрируя наши два паспорта. — Ты согласна развестись со мной?
Счастливая до безобразия она прижимает ладони к щекам.
— Да!
— Развод не повод расставаться, правда ведь? — шепчу поднимаясь. Вручаю Ульяне цветы, а самого чувства затапливают! От избытка эмоций целую её дольше приличного, захлёбываясь в эндорфинах и окончательно теряя голову. МОЯ! Одна на миллиарды…
— Вообще не повод, — сквозь смех подтверждает она.
— Тогда за дело? У нас всего месяц на подготовку. Отпразднуем
