вот, — я ставлю напиток перед ним, и хмурость на его лице сменяется явным весельем, — я это сделала.
Он делает глоток.
— Сделала?
— Думаю, да? Он как-то странно спросил, не хочу ли я пойти к нему домой посмотреть на его растения на улице, а я такая: ну, очевидно же, что сегодня вечером уже слишком темно, так что нет.
Веселье Флетчера явно растет.
— Да? Значит, свидания не будет?
— Ну, потом он окольными путями спросил, не хочу ли я сходить в какой-то суперзакрытый бар в Бруклине — кажется, Westlight? Я сказала, что звучит классно, он сказал, что может меня туда сводить, и заставил меня написать ему.
Флетчер кивает.
— Похоже на свидание.
— О боже мой. — Я вцепляюсь в столешницу. — У меня свидание!
Все неправильно цитируют, подумал Флетчер. Сердце заставляет биться чаще не разлука, а ревность.
Глава 21
Слово дня: Basorexia (анг. страстное желание поцеловать)
Определение: непреодолимое, всепоглощающее желание поцеловать.
Сегодняшняя встреча нашего книжного клуба чуть отличается от привычного формата. Вместо обсуждения выбранных книг мы — а точнее, я — решила устроить что-то новенькое и обменять вечер литературных дебатов на уютный киносеанс под открытым небом. Перерыв местные онлайн-форумы, я наткнулась на упоминание о кинотеатре на крыше небоскреба, где по пятницам показывают фильмы, и моментально купила билеты, едва увидела афишу.
На большом экране оживает «Принцесса-невеста», знакомая мелодия льется из колонок за нашими спинами. Я так благодарна, что не забыла взять два одеяла, чтобы укутаться от вечернего холода, пока сотрудники разносят нам попкорн с маслом и горячий шоколад. Флетчер, освещенный теплым светом экрана и уплетающий попкорн быстрее, чем кто-либо из знакомых мне людей, уже с энтузиазмом строит планы на следующий раз: на следующей неделе стартует марафон фильмов к Хэллоуину, и он звучит так же взволнованно, как ребенок накануне Рождества.
Минут через двадцать после того, как я снова влюбилась в молодого Кэри Элвиса, Флетчер подается ближе, почти на мой стул.
— Ну и когда у тебя большое свидание?
— Завтра вечером, — шепчу я.
— О… уже скоро.
Я отворачиваюсь от экрана и встречаю его взгляд, освещенный вспышками синего и красного. Так ли это «скоро»? Мой желудок уже весь в узлах от одной мысли об этом свидании.
— Наверное, да, — я пожимаю плечами. — Хочется, чтобы оно уже закончилось.
— Флора, ты не должна бояться свидания.
— Я не боюсь, я просто нервничаю, — хотя это звучит как откровенная ложь.
— Это ведь просто выпить вместе, да? — Женщина впереди резко оборачивается и демонстрирует Флетчеру средний палец, добавляя пару крепких словечек куда громче, чем он говорил.
Флетчер пытается съежиться в кресле, но безуспешно, и пересаживается ближе ко мне, понижая голос до шепота.
— Разговаривай с ним, как со мной. Не накручивай себя. Если он нормальный парень, он сам поведет беседу, и неловкости не будет.
Я грызу ногти.
— А если он спросит мой любимый цвет?
— Так и скажи.
Я задумываюсь.
— А какой у меня любимый цвет?
Флетчер фыркает.
— Флора!
— Но что мне делать?
Он вздыхает, ставит попкорн на землю, стараясь не разозлить сварливую женщину впереди.
— Думаю, мне не стоит давать тебе советы по свиданиям.
— Почему нет? — мой голос взлетает выше, чем я планировала, и теперь женщина разворачивается уже ко мне. Я не понимаю ее слов, но чувствую, что, если не заткнусь, с этой крыши я живой не уйду.
Я быстро наклоняюсь к Флетчеру.
— Почему нет?
— У меня не самый удачный опыт в отношениях. А ты уже встречалась с парнем, ты знаешь, как это работает. Просто делай то, что делала раньше, и все пройдет отлично.
— Это мое первое, первое свидание.
Слова застревают в горле, вызывая жар стыда.
— Что? Как? — он поворачивается ко мне всем телом, забыв про фильм, и весь его фокус сосредоточен на моем пылающем лице. — Ты же говорила, что у тебя был парень.
— Да, с двенадцати до двадцати трех. Мы ходили на свидания, когда стали старше, но настоящего первого свидания у меня никогда не было. Я… не знаю…
— Чего не знаешь?
— Не знаю, как удержать его интерес.
— Удержать интерес? — он качает головой, пораженный. — Флора, тебя обычной должно быть более чем достаточно, чтобы его заинтересовать.
Я не понимаю, комплимент это или нет, но мои губы кривятся в сомнении.
— На первых свиданиях целуются?
— Черт, — он вцепляется в волосы. — Я не знаю, Флора.
— Ну… а ты целуешься?
— Зависит… — он краснеет.
— От чего?
— Не заморачивайся. Если он захочет тебя поцеловать — поцелует, ладно?
— Ладно, — шепчу я в ответ.
Мы сидим так большую часть фильма, Флетчер завороженно смотрит на экран, а я грызу губу и заедаю стресс безлимитным бесплатным попкорном, ломая голову, как мне все это провернуть. В последний раз, когда я целовала мужчину, он ушел той же ночью. И не в стиле «упс, не сработало», а в духе полного разворота на сто восемьдесят градусов. Логически, Кейн и это свидание ничего не значат для моей жизни. Но если я снова услышу, что я «слишком активная» или что целуюсь плохо, я всерьез подумаю о переезде домой. Шучу. Хотя… не совсем.
— Флетчер?
— А?
— А что, если… я ужасно целуюсь? — слова вырываются рывком и повисают в воздухе между нами.
Он резко поворачивается ко мне, выражение лица скрыто в темноте за очками.
— Кто сказал тебе, что ты плохо целуешься? — он щурится, и легкая игривость исчезает из его глаз, сменяясь серьезностью, почти суровой. Его голос становится громче, глубоким, вибрирующим у меня в груди.
— Никто, — лгу я шепотом. — Просто я знаю.
Он качает головой, усмехаясь саркастично, совершенно игнорируя убийственные взгляды женщины впереди.
— Нет, ты не знаешь.
— А ты-то откуда можешь знать?
— Просто поверь мне, я знаю.
— Ладно, допустим, чисто гипотетически, кто-то целуется плохо. Можно как-то… исправить это?
— Флора, почему ты думаешь, что ты плоха в поцелуях?
— Я слишком… — я ищу слово. — Слишком увлеченная.
Флетчер сжимает переносицу пальцами, потом тяжело выдыхает и прячет руки обратно под клетчатое одеяло.
— Если в поцелуе нет увлеченности — это неправильный поцелуй.
— Думаю, проблема в том, что увлеченной была только я.
— Тогда это точно не твоя вина.
— Но я…
— Давай смотреть фильм, ладно? — перебивает он. — Спорим на сто долларов, что ты отлично целуешься. — Он протягивает мне свой горячий шоколад, будто это способ меня успокоить. И, черт возьми, это срабатывает. — Обещаю, проблема точно не в тебе.
Я киваю.
— Ладно.
И весь остаток фильма провожу, думая о том, как он ошибается.
— Значит, тебе
