Писательница на полставки - Катя Рут

Саша вошла в офис и тут же заметила, что коллеги перешептываются. При этом никто не встречал ее глазами, словно по каким-то невидимым сигналам все придерживались единого сценария — будто бы они все знают, а она — нет. Это ощущение было почти физическим, как тонкая пружина, натянутая между ней и остальным миром.

— Привет, — сказала она Ане, которая сидела за своим столом. Та лишь кивнула, а в глазах мелькнуло что-то странное — недовольство или, скорее, осуждение. Но вряд ли Аня могла бы заметить что-то действительно серьезное в поведии Саши. Все могло быть лишь в ее воображении, если бы не ее интуиция — вот ее нельзя было сбрасывать со счетов.

Саша направилась к своему столу, пытаясь не обращать внимания на фоновое шуршание голосов. Села и открыла ноутбук. На экране отразилась привычная рабочая панель, но в самом текстовом файле уже что-то пошло не так. За последние несколько дней Саша неоднократно обнаруживала, что кто-то в ее документах делал несанкционированные изменения. Редактировал черновики, анонимно комментировал тексты, даже добавлял стикеры в ее документы. В большинстве своем эти дополнения несли в себе оскорбительный или завуалированно-оскорбительный смысл, который должен был задеть Сашу.

Она вздохнула, открывая очередной файл. Ничего необычного, но ощущение опасности уходиор. Она закрыла ноутбук, пошла к кофе-машине, надеясь хоть немного привести мысли в порядок. В этом моменте к ней подошла одна из младших редакторов, Оля. В ее руках был смартфон, и она передала его Саше с зловещей улыбкой.

— Ты видела? — спросила Оля, оставляя после себя легкий запах неприятных, слишком сладко-ванильных духов. На экране телефона открылась фотография Саши, сделанная на одном из недавних собраний с авторами медиа. На фото она стояла в компании коллег, но сам снимок был обработан так, что ее фигура выглядела немного неуместно — слишком обтягивающая одежда, слишком подчеркнутая грудь. Саша, казалось, слишком прижалась к Даниилу, а сама поза не просто намекала на что-то не совсем профессиональное, она кричала об этом.

— Что это? — спросила она, хотя уже догадывалась.

— Ну как же… Вся редакция уже обсуждает, — сказала Оля, явно наслаждаясь моментом. — Не думала, что ты так легко попадешь под влияние.

Саша сглотнула, чувствуя, как ее лицо покраснело. Это была не просто личная атака, но и попытка создать видимость, что она нарушает профессиональные границы во вред всем окружающим, что ее отношения с Даниилом — это что-то, что касается всех и влияет на них. Это не могло быть случайностью. Кто-то явно стоял за этим.

— Я не знаю, кто это сделал, но кто-то манипулирует информацией, — сказала она себе, в первую очередь стараясь не поддаваться панике. Оля, казалось, пропустила эти слова мимо ушей.

Вернувшись к своему столу, Саша попыталась сосредоточиться. Ее нервы были на пределе, но она понимала, что нужно действовать, иначе ее репутация будет разрушена. В этот момент раздался звонок на мобильный. Это был Даниил. Она почувствовала, как в ее груди пронеслось что-то похожее на облегчение, но одновременно и на тревогу. Они не общались с ним о таких вещах, она даже не рассказывала про анонимные комментарии в ее онлайн-документах, но теперь, похоже, этот вопрос не мог больше замалчиваться между ними.

— Саша, мы должны поговорить, — сказал он в трубку, и в его голосе было что-то напряженное. — Я знаю, что ты заметила эти слухи. Но поверь, я готов быть за тебя горой, если тебе нужно.

— Даниил, я не хочу, чтобы это стало только личным, — ответила она, стараясь держать голос спокойным. — Но мне нужно понять, кто за этим стоит. Это слишком серьезно, чтобы просто игнорировать.

— Мы разберемся, — сказал он уверенно. — Но помни, что ты не одна в этом. Мы все видим, что происходит.

Саша положила трубку, чувствуя, как внутреннее напряжение постепенно уходит. Она понимала, что ее ситуация сложная, но не бессмысленная. Она все еще могла повлиять на ход событий. И если Ангелина продолжит свои игры, она будет готова к встрече.

Тот день стал началом настоящей борьбы за свою репутацию, но не только профессиональную. Это была битва за ее внутреннее спокойствие, за то, чтобы остаться честной перед собой, несмотря на давление окружающих.

***

Всего за несколько дней изменилось буквально все. Теперь уже коллеги перешептываются за ее спиной, почти не скрываясь. Саша ощущала, как нарастающее напряжение в воздухе буквально давит, словно невидимая стена, в которой эхом отдавались каждое ее движение, каждое слово. Она пыталась сохранить спокойствие, но в какой-то момент стало ясно: ситуация вышла из-под контроля.

Однажды, на встрече с авторами медиа, атмосфера была такой плотной, что ей стало трудно дышать. Аня, которая всегда была ее поддержкой, сегодня держалась отстраненно. Лишь редкие взгляды с ее стороны говорили о том, что все происходящее ее не оставляет равнодушной. Но Саша не могла понять, на чьей она стороне.

Когда в разговоре затронули новый проект, один из авторов — тот самый, кто обычно не вмешивался в дела коллектива — заметил, что Саша «в последнее время» слишком часто общается с Даниилом. Ее лицо покраснело, и она почувствовала, как взгляд в ее сторону стал ощутимо тяжелым. Внезапно она осознала, что теперь ее личные отношения с Даниилом стали предметом обсуждения даже на собрании, где больше не говорили ни слова о ее профессиональных качествах. Вместо этого она стала центром сплетен, и, казалось, даже Аня сдерживала усмешку, а Даниил молчал, оставив ее одну в этом эпицентре.

— Ты, кажется, на что-то намекаешь? — спросила Саша, почувствовав, как неуверенность в ее голосе вызывает еще больший интерес. Она пыталась скрыть это чувство, но не могла. Кто-то из коллег, решивший, что это подходящий момент для маленькой мести, вдруг упомянул слухи о ее «непрофессиональном поведении» и слишком «тесном» общении с руководителем.

На этот момент вся комната замерла. Саша не могла поверить своим ушам. Внезапно она поняла, что это не просто случайность. Кто-то специально распускает эти слухи, и она знала кто — Ангелина. Только она могла быть настолько настырной, чтобы подставить ее таким образом, заставив людей сомневаться в ее добросовестности.

Даниил, почувствовав напряжение, наконец, прервал молчание.

— Это не имеет отношения к твоей работе, Саша, — сказал он, но его голос был