с надеждой смотрит на меня.
— Поехали, — выдыхаю, и мне даже легче становится. — Познакомлюсь с твоей семьей заново.
ЭПИЛОГ
Кира
Я очень сильно волнуюсь.
Тревожно буквально от всего.
Особенно почему-то переживаю, как отреагирует на новость Мира.
Конечно, наша попытка быть вместе, она пока ничего не значит, и я не уверена, что все пойдет по тому пути, который я могу себе прямо сейчас напридумывать. Ведь говорят: сколько волка не корми, он все равно в лес смотрит.
А еще я рискую оказаться беременной. И это кажется ужасным на первый взгляд. И просто не укладывается в голове.
Не то, чтобы я не хотела детей. Я бы хотела. И очень. Но не при таких обстоятельствах, когда я пытаюсь балансировать на одной ноге, на пальцах, на тонком канате, натянутом над пропастью.
И я действительно представляю свое положение сейчас именно так. Потому, наверное, и руки дрожат до самых кончиков пальцев.
А когда подъезжаем к знакомому уже мне дому Назаровых, ощущение, что сердце остановится.
Артур, видимо, замечает мое состояние:
— Ты боишься что ли? — спрашивает он, заглушив мотор. Поднимает вопросительно бровь, будто и предположить не мог, что у меня есть повод для переживания.
— Вообще-то да. У тебя жена и дочь. Господи… — закрываю лицо руками. Ну, почему я такая трусиха?
— Ну… — тянет Назаров. — Жена бывшая, а дочь никто спрашивать не станет.
— И вот тут ты снова неправ, — я убираю ладони от лица и как-то оживаю. — Мирослава живая. Ни какая-то там тебе игрушка! И как бы не хотелось зажать ее волю в своем кулаке — тебе придется с ней считаться.
Артур задумывается. Я на секунду даже решаю, что сейчас он откатит все назад. Но этого не происходит.
— Ты может и права, Кира, но не забывай, что я тоже живой. И у меня есть своя личная жизнь, которая других людей вообще не должна касаться. Даже, если этот человек мой ребенок.
— Ну, да, наверное, ты прав, — решаю согласиться. Пожимаю плечами.
— Тогда пойдем? Или еще немного потрясемся?
— Пойдем, — принимаю его предложение. Я ведь уже все решила, какая теперь попятная?
В гостиной на этот раз встречается только Мирослава.
— То есть, вы типа вместе? — уточняет она, переводя палец с меня на отца и обратно.
— Получается так, — слегка развожу руками, и мне некомфортно. Ведь я понимаю, как важно, чтобы дочь Артура приняла наш союз. Ведь ее протест может сказаться абсолютно на всем.
— Неожиданно, конечно… Зная папу…
— Так ты против, нет? — Артур раздраженно ее поторапливает.
— Нет, — отвечает моя ученица, и я выдыхаю. В буквальном смысле. — Может, Кира Дмитриевна тебя и перевоспитает.
Назаров поднимает брови.
— Ладно, мне в город надо. С подругами договорилась, — Мира подхватывает с дивана рюкзак, и направляется к выходу.
И как раз примерно в этот момент со второго этажа спускается ее мать.
— Вы вернулись? — улыбается она мне. — А то убежали как-то… Артур?
— Лиза, — Назаров решает не ходить вокруг да около. — Кира — моя девушка.
Да что я знала о неловкости до этого момента?
— Учительница?! — удивляется девушка.
Мы молчим. Точнее, не успеваем что-то вставить, потому что Лиза тут же продолжает:
— Ну, Назаров… многого от тебя могла ожидать, но не такого. С каких пор у тебя в вишлисте училки затесались?
— Еще одно слово! — Назаров решает пригрозить жене.
— Артур! — прошу его. Только вот перепалки нам здесь не хватало!
— Вы же понимаете, он это несерьезно?! Пару раз поразвлекаете его, и… — Лиза разводит руками.
Теперь ей на плечи поверх костюмчика накинут легкий халат. И он красиво взлетает по сторонам, как девушка вскидывает руки.
Да, вот, наверное, такая и нужна Артуру. Красивая, дерзкая, уверенная в себе. А не такая, как я…
— Это не твое дело, — холодно и грубо отвечает за меня Артур. — Кира взрослая девочка. Сама может решить. Ты уж точно ей не советчица. И, вообще, я тебя кажется уже спрашивал, ты скоро уедешь?
Лиза замирает на пару секунд, превращая свое лицо в безэмоциональную маску. Потом также сухо и холодно проговаривает:
— Да, вот не знала как сообщить, что уезжаю. Делать мне тут все равно нечего, — скупо улыбается одними губами. — Вот, сообщаю.
И поднимается обратно на второй этаж, напоследок кидая мне:
— Не обожгись.
— Ну, видишь, — кивает на уходящую бывшую Артур. — Нормально все разъяснили. Все все поняли.
— Ага, — киваю, сглатывая неприятный комок в горле. — Нормально.
Как у него все просто.
С другой стороны, я и не рассчитывала, что все выйдет как-то проще и морально легче. Хорошо, что скандала никакого нет. А на неприятный осадок попробую не обращать внимание.
Главное, Мирослава восприняла действительно нормально. А на бывшую жену мне вообще должно быть наплевать.
Три месяца спустя
Красивое свадебное платье струится по моему телу и дальше шлейфом тянется по полу. Оно переливается в лучах солнечного света, что игриво заглядывает в окно комнаты.
Стою, разглядываю себя в зеркале, и поверить не могу, что все правда. А девушка в отражении — это я.
На глаза наворачиваются слезы. Но это от счастья. Спешу промокнуть их салфеткой, чтобы не потек макияж. Хотя, на церемонии я вряд ли сдержусь. Ведь все, о чем я мечтала в жизни — сбылось. И сбывается прямо сейчас, на моих глазах.
— Зачет! — в комнату заходит Мирослава. — Кира Дмитриевна, вы просто… — она подбирает слова, но я по лицу вижу, что ей все нравится.
— Я тут подумала, — поворачиваюсь к Мире. — Ты называй меня Кира. И на «ты», — улыбаюсь. — Я уже не твоя учительница, и до почтительного возраста мне еще долго.
— Это да, — усмехается девочка.
— К тому же, скоро рожу тебе братика или сестренку.
Меня до сих пор бросает в дрожь, когда вспоминаю о том, что стану мамой.
Я стану мамой!
Когда только узнала, испугалась сначала, но потом успокоилась и захотелось закричать громко-громко, чтобы весь свет услышал, какая я счастливая.
И уверенности во мне только прибавилось, когда рассказала Назарову. Он тоже был очень рад, хотя до потолка и не прыгал. Артур вообще не из тех людей, кто ярко демонстрирует эмоции. Но я получила его именно таким.
Сейчас даже странно вспоминать наше первое знакомство. С другой стороны, я всякий раз возбуждаюсь, стоит только подумать и представить, как мой будущий муж прижимает меня к стене и нагло лезет в трусики.
Животика у меня пока не видно. Говорят, для худышек — это норма. Поэтому получилось подобрать платье по фигуре, обтягивающее меня до середины бедра.
Но я
