показался Аурианне совершенно неуместным. – Благодарю, Целительница Фейрим.
Она не стала желать ему в ответ здоровья, потому что это было бы неправдой.
На ее лбу выступила капелька пота. В этот вечер она использовала чуть больше магии, чем должна, но не настолько, чтобы это привело к Расплате.
Мордант застегнул пуговицы на рубашке (довольно неловко, ведь он не снимал перчатки) и, взмахнув плащом, накинул его на себя. Еще недавно измученный и несчастный, он снова стал привлекательной, самоуверенной, жизнерадостной Тенью.
– Фордайс и Шаттлворт не врали насчет вас, – заявил он. – Вы в самом деле уникальны.
– Не стоит делать мне комплименты, – отрезала Аурианна.
– Вам неприятно это слышать?
– Да.
– Отлично. Мне нравится смотреть, как вы страдаете.
Он подмигнул, сказав это.
Мерзость.
– Я наведу справки о ваших незваных гостях, за которыми стоят богатые заказчики, – продолжил Мордант. – Предупреждаю, что могут уйти месяцы на то, чтобы выяснить что-то стоящее.
Он подошел к зеркалу, в гостиной их было более чем достаточно, чтобы убедиться, что с его волосами и воротником все в порядке, и добавил пару штрихов к своему образу. Аурианне все эти манипуляции показались бессмысленными.
– Я провожу вас к путеводному камню, – предложил Мордант.
– В этом нет необходимости, – отказалась Аурианна.
– Есть, – не согласился Мордант. – Не исключаю, что Леофрик все еще бродит где-то поблизости. Я пойду первым. Вам хватит магии, чтобы добраться до Лебединого камня?
Какой любезный вопрос. У Морданта были прекрасные манеры, когда он вспоминал, что обладает ими.
Аурианна, которая никогда бы не потратила столько магических сил, чтобы оказаться в подобном положении, коротко ответила:
– Хватит.
Мордант провел ее через темную кухню. Как и большая часть дома, кухня казалась заброшенной, если не считать участка рабочей поверхности, где сушились блестящие медные кастрюли, а с потолка свисали кашпо с лекарственными и пряными травами и зеленью.
– Подождите здесь, – настоял Мордант. – Я позову, когда буду уверен, что выходить безопасно.
Он растворился в темноте. Аурианна осталась стоять в дверях, под потрескавшейся притолокой, и изучать вид, который открывался со стороны дома. Луны не было видно, угадывались лишь ее смутные очертания в облаках. Вересковые пустоши, изумрудные в бледном лунном свете, уходили за горизонт волнами вереска и похожих на коробочки хлопка цветков пушицы, разбиваясь о чахлые скалы низкорослых деревьев.
– Пойдемте, – послышался голос Морданта.
Аурианна встретила его за углом дома, на гравийной дороге.
Ночной воздух был влажным и по-весеннему прохладным, дышать им после пребывания в ветхом доме казалось особенно приятно.
Они шли молча, пока Мордант, неспособный насладиться моментом тишины, не начал пустой разговор.
– Я думал об Уиддершинсе и его почерневшем солнце, – начал он.
– Неужели, – равнодушно отреагировала Аурианна, давая понять, что слова Морданта не представляют для нее интереса.
Он не уловил намека. Он был прилипчивым и бестолковым, как вязкая слизь.
– Да, – продолжил Мордант. – Скоро же майское полнолуние. Я подумал, что это может быть отсылкой к затмению, вот только в ближайшие месяцы не ожидается затмений, ни солнечных, ни лунных. – Он посмотрел на нее: – Но вы, кажется, уже это выяснили.
– Разумеется, – ответила Аурианна.
– И что же тогда значит почерневшее солнце на краю земли? – спросил Мордант. – Облака? Дым?
– Это значит, что все, что якобы перевел Уиддершинс, фальсификация. Ничего не могу сказать про почерневшее солнце, но если мы отбросим сомнения (чего в любом случае требует этот план лечения), то увидим интересные совпадения с данными по локациям на краю света. Полуострова. Мысы. Крайние точки географических объектов. Есть одни мрачные анналы из Фортриу, где особое внимание уделяется определенным географическим… кхм, прошу прощения, что вас так рассмешило?
– Кажется, все, что называется анальным, можно считать мрачным.
– Анналы. Ничего связанного с анальным. Первое слово обозначает письменную летопись. Второе имеет отношение к анусу, заднему проходу.
– И то и другое может быть мрачным.
– Да.
– Как минимум темным.
Аурианна одарила Тень долгим взглядом:
– Вы закончили?
– Да.
– Я отправлю к вам своего фамильяра с инструкциями, когда выясню, где нам следует встретиться во время майского полнолуния.
– Я ненавижу этого чертова крысенка, – вставил Мордант.
– Это чувство взаимно. Он вас называет паразитом.
Облака рассеялись, когда они оказались у путеводного камня. Лунный свет искрился вокруг них так, что казался инеем. Гравийная дорога вилась в вересковых пустошах белой лентой.
В оловянном свете все казалось особенно четким, рельефным, обособленным. Тени, как зеркала, отражали предметы в мельчайших подробностях. Благодаря свету тьма приобретала резкость, благодаря тьме свет становился ярче.
Аурианна прикоснулась правой ладонью к путеводному камню.
Они с Мордантом не пожелали друг другу спокойной ночи.
Глава 10. Гуано
Озрик
Двух горничных соблазнил, одного камердинера тоже мог бы, одного стража из Нортумбрии[71] убил прямо в постели. Как же хорошо начинался день у Озрика.
Но разве хотя бы один день может быть хорошим, если на свете существует Фейрим?
Она оказала ему бесценную услугу, избавив от эмбола, но проявившаяся было доброжелательность, которую Озрик начал к ней испытывать, свелась на нет появлением ее фамильяра.
– Прекрати дергать меня, когда я занят работой, – недовольно сказал Озрик, когда генета-альбинос материализовалась.
– Что-то у меня не получается найти время, когда вы кого-то не убиваете, – не остался в долгу чертов крысенок. Он направил усы в сторону тела на кровати. – А он точно мертв? Вы уверены? Может, еще несколько ударов ножом?
– Я не делаю ничего лишнего. Только то, что предписывает должностная инструкция, – отозвался Озрик.
– Вы не могли бы не практиковать фингеринг[72], пока я с вами разговариваю? – поинтересовался фамильяр.
– Во-первых, это мой большой палец. Во-вторых, нет. Он засунул себе в задницу свиток. Тот самый свиток, за доставку которого – к сожалению – мне и заплатили.
– Отвратительно.
– Я знаю. Только надел новые перчатки, – огорченно ответил Озрик.
Озрик извлек свиток и убрал его в сумку.
– Ты должен передать хозяйке, что я могу подтвердить, что слово «мрачный» идеально сочетается с «анальным».
– И что интересного в этом свитке? – спросил фамильяр. – Помимо возможности заразиться лямблиозом[73].
Озрик кинул испачканные перчатки в огонь, тлеющий в камине.
– Планы фортификационных сооружений в Нортумбрии, которые представляют интерес для Стратклайда.
– Сколько они вам заплатили?
– Мизерную часть той суммы, которую заплатил я за удовольствие получать помощь от Фейрим. Так какие у тебя новости?
– Вы встречаетесь за час до заката в день Цветущей Луны на Макл-Флагга[74].
– Где-где? – переспросил Озрик, сомневаясь, не закашлялся ли фамильяр.
– На Макл-Флагга, – повторила генета. – В Фортриу. Это самая северная точка Десяти Королевств.
– Как романтично.
– Там есть маяк. Путеводный камень стоит у паба «Волк». Прошу принять
