чтобы посмотреть на него.
— Всё хорошо, теперь само заживёт.
— Надо лёд приложить, а то губа опухнет, — настаивала Света.
Сергей улыбнулся.
— Приложу, чуть позже.
Он снял её с коленей и встал, как только распрямился, поднял на руки и понес в комнату. Под ботинками, в которые он всё ещё был обут в отличие от Светы, хрустнули осколки стекла на полу в спальне. Донёс её до кровати и бережно усадил, сел рядом и обнял, давая ей возможность вцепиться в него и успокоиться.
Какое-то время Света сидела, уткнувшись в его плечо, изредка тихонько всхлипывая. Пережитое то и дело вспыхивало вновь перед глазами и рождало то страх, то злобу и досаду на двуличного Олега. Потом лёгкое недоумение.
— А как ты узнал квартиру? Как вошёл? — она подняла лицо и взглянула на доктора. — Ты же только у подъезда был.
— Номер квартиры вычислил примерно, я же видел тебя в окне в ту ночь, когда принёс цветы. У тебя почти единственной так поздно горел свет. — Он гладил её по плечу, придавая этими простыми движениями ей сил и уверенности, даря тепло. — А в квартиру было войти несложно, ты не заперла дверь. Я услышал твой крик ещё снаружи. Тихо… но услышал.
Света моргнула, смахивая с ресниц снова набегающие слёзы, на этот раз не обиды или боли, а скорей счастья, что он каким-то необъяснимым образом решил пойти за ней домой и успел так вовремя появиться.
В её жизни…
Она снова уткнулась лицом в его синий джемпер, в котором он разгуливал холодной ночью в поисках роз, а потом и долго звал её под окном. Разве что серенаду не спел, подумала она. Куда уж более романтично, чем это? Как после такого верить словам Олега о том, что Сергей такой же эгоист, которому интересно только тело, но не сама женщина, не её душа.
Что не бывает такой внезапной любви.
Но джемпер напомнил ей и ещё кое о чём, поэтому Света совершенно неожиданно для Сергея, положила ему ладошку на лоб. На что он совершенно искренне рассмеялся, снял её руку с лица и очень аккуратно поцеловал.
— А ведь ты всё ещё горячий, — посетовала Света, шутливо сдвигая брови, — я же тебе прописала постельный режим!
— Ты чудо! — он дотянулся и поцеловал её в губы на этот раз, едва их коснувшись. Разбитая нижняя губа однозначно болела, подумала Света, но не могла устоять и не ответить на поцелуй, положив ладонь на его щеку.
Никакой страсти или сплетённых языков, лишь невероятная нежность. Как только он мягко отстранился, она осмотрела его побитое и поцарапанное лицо. Не до поцелуев ему сегодня больше.
— Я сейчас вернусь. Ты согрелась?
— С тобой, да, — ответила Света, понимая, что она ни на капельку не врёт ни ему, ни себе.
Но он всё равно вытащил из-под неё мягкое покрывало, и стряхнув с него оставшиеся лепестки роз, укрыл им, чтобы ей не было холодно в его отсутствие. В чём-то он был прав, потому что как только он ушёл, Светлану начало основа потряхивать. Возможно, это уже было на нервной почве, но она плотней завернулась в покрывало и замерла в ожидании его возвращения.
Через пару минут он пришёл с упаковкой замороженного зелёного горошка, завёрнутого в тканевую салфетку за неимением льда. Сел на край кровати, разулся и почти сразу же удобно устроился на подушках, обнимая Свету. Она обняла его в ответ и поделилась частью покрывала, вдруг ему тоже станет холодно от горошка, приложенного к лицу.
Горошек… если что и температуру ему собьёт, подумала Света, когда её глаза сами собой отчего-то закрылись.
Глава 32
Проснулась Света внезапно от ощущения пустоты вокруг себя, и первая же мысль была о том, что Серёжа ушёл и оставил её одну. Она резко вскочила, отбрасывая покрывало, в которое была завёрнута. Тут же она увидела, что комната чистая и не осталось никаких следов сломанного столика, осколков или лепестков роз — плодов безумно-романтического порыва Олега.
Кто-то взял её за плечи сзади, и Света вскрикнула от неожиданности.
— Тихо, тихо, — послышался знакомый бархатный баритон, — это я. Тебе кошмар приснился?
— Нет! — Света быстро развернулась и радостно бросилась ему на шею. На какое-то мгновение ей ведь показалось, что Олег мог быть прав, что теперь даже стыдно стало за такую мысль.
Серёжа выронил из рук книгу и обнял её в ответ.
— Ты не ушёл!
— Конечно, не ушёл. А разве должен был? — он с беспокойством оглядел Свету, будто она проявляла очень нездоровые симптомы. Да что тут могло быть здорового? Никаких нервов с этим Олегом не хватит.
— Нет, — замотала она головой, чтобы он не подумал, что она такого плохого о нём мнения. — Я просто… это…
— Это всё Олег? Он что-то сказал тебе обо мне, и ты ждала, что я тоже сбегу?
Нет, ну он слишком проницательный, возможно это побочное действие медицинского образования или встроенный рентген с тонкими настройками на женщин.
— Нет, — соврала примерно на четверть Света, — я ещё испугалась, что с тобой что-то случилось. Ты что, убрался тут у меня? — решила она резко сменить тему, чтобы не заползти туда, где не была уверена в своей правоте.
— Немного, — скромно ответил Серёжа, — стёкла были на полу, ты могла встать и наступить случайно. И лепестки эти завяли совсем, у Олега странное понятие о романтике.
— У него много странных понятий оказалось, — вздохнула она, — и обо мне, и о тебе. И вообще, — поняла, что опять забредает на скользкую почву, — не нужно было убираться. Я бы потом сама, ты же у меня в гостях, я тут хозяйка.
— Выброси из головы эту ерунду, ладно? Ты отдыхала, я прибрался, это нормально, мне не сложно. Потом я сидел, читал книжку, пока ты спишь, у тебя хорошая библиотека дома, — а теперь он уводил тему. Света немного улыбнулась.
Она совершенно случайно посмотрела на его босые ступни, он, оказывается, успел полностью разуться.
— Тебе не холодно? — она кивнула на ноги, — босиком?
— Мне жарко, не могу в носках ходить, они для меня как вторые ботинки. Без них удобней.
Светлана не смогла удержаться и не улыбнуться. Он совсем не такой, как Олег и дело тут не в носках.
— А что? Что-то не так? — на всякий случай переспросил Серёжа.
— Всё так. Очень даже так, — она потянулась к нему и мягко поцеловала, потом посмотрела на разбитую, всё же слегка припухшую губу, коснулась её кончиками пальцев, легко будто пёрышком, — болит?
— Твои
