моя Настя. Вся целиком.
С той ночи, когда зеленоглазка ночевала у меня, помню, какое прекрасное на ощупь ее тело. Бархатная кожа. Молочная. Со вкусом карамели.
Сглатываю слюну, выдержка моя трещит по швам.
— Чего ты боишься? — хрипло спрашиваю, укутываю объятиями, отрезая пути отступления. Включаю обаяние на полную катушку. Хищник вышел на охоту, жертва вот она, дрожит в моих руках, осталась самая малость — завлечь ее в свою кровать, залюбить до утра, чтобы ходить не могла…
— Тебя боюсь… — считывает мои мысли. — Сожрешь!
О да!
— Не сожру. Только пооблизываю. Ну, может быть чуть — чуть покусаю…
За талию увлекаю ее в свою обитель, мысленно хваля себя за преодоление первого этапа в покорении недотроги.
.
Встречаемся с Ильей на кухне. У него жуткий сушняк, я готовлю завтрак для любимой, она еще спит. В моей кровати. Голенькая, тепленькая, прекрасная.
— Как я у тебя оказался? — мутным взглядом двоюродный обводит помещение.
— Ты бы завязывал пить, брат. Негоже гендиру алкоголиком быть, так всю фирму пропьешь и не заметишь, — подаю ему минералку из холодильника и блистер аспирина.
— Да ну ее к чертовой бабушке, эту фирму, — закинув таблетки в рот, жадно присасывается к горлышку.
— Эй, что за разговоры, брат? Дед ее тебе оставляет, надеется на тебя, ты уж не подводи его.
— Ты что же, не будешь оспаривать его решение?
— Не буду. Мы с Настей начнем строить свою империю, не пропадем.
— «Мы с Настей», — кривит лицо Илья, будто в рот ему попал лимон.
— Да. Мы с Настей. Знаешь, не хочу хвастаться, но моя невеста очень умная девушка. Я разозлился на деда, от обиды будущее померкло, но она вправила мне мозги. Вот что у нас в жизни было? — воодушевленно размахиваю руками, меряя комнату шагами. — Дедова фирма. Мы с детства знали, что она будет нашей. И кроме нее ничего другого не видели. А сейчас, когда у меня развязаны руки, открываются такие перспективы… Я могу заниматься тем, чем действительно хочу, а не тем, чем надо. Помнишь, сколько дед моих проектов запорол? А они, между прочим, рабочие! Поедем с Настей в Китай, раскрутимся.
Илья положил локти на стол, повесил голову ниже плеч. Вид у него вообще не презентабельный. И как только Галя от него не сбежала ночью.
— А Милена у меня дура, — произнес Илья с горечью очевидное. — Ей от меня нужны только бабки. Уверен, скажи я ей, что дед меня без наследства оставил, исчезнет с горизонта. А я ей так и скажу, — решительно вскидывает голову. — Прямо сегодня. Все равно дед это сделает, как только узнает, что я на ней жениться не собираюсь. Я вон на Галке женюсь. Хорошая девочка. А дед… пусть продает компанию.
— Подожди, Илья. Не торопись. Давай дедов юбилей отметим, потом с невестами нашими разберемся.
— В смысле с невестами? — брат поднял на меня непонимающий взгляд. — Ты что? Ты же только что говорил «мы с Настей»…
— Говорил…
46. Мой идеальный
Просыпаюсь в Костиной кровати.
Одна!
Без любимого холодно и неуютно, а так хотелось пожаловаться ему, что болит все тело.
С трудом потягиваюсь. Ощущение такое, будто на мне спал кит, и меня расплющило как камбалу. При этом этот кит делал со мной всякие непотребные дела, от которых хочется провалиться сквозь пол. А это всего лишь Ширин добрался до сладенького, то есть до моего тела.
Всегда так будет, да?
Любимый одними облизываниями и кусаниями не ограничился. Изучил мое тело снаружи и внутри. Костя сказал, что впереди у нас еще много неизведанного. Мамочки! Так интересно!
Он такой… такой…
Не котяра. Тигрище!
Улыбка ползет до самых ушей, по телу бежит истома. Это все действие на меня будущего мужа. Ласково — настойчиво сломал мое сопротивление, хотя ладно, буду честной, не сильно — то я и сопротивлялась. Сама хотела, мечтала, желала, чтобы Костя был моим первым мужчиной.
И единственным!
Конечно единственным!
Ну и что, что не дождались первой брачной ночи, у нас все решено, мы женимся, так что секс чуть раньше это даже хорошо. Мы поняли, что полностью совместимы, не это ли главное?
Валяюсь еще, за окном светло, мы с Галкой прогуляли пары.
Стоп! Галка!
Как я могла о ней забыть?
Подскакиваю с кровати, охаю. Все тело болит, будто по нему проехались катком: кости ломит, мышцы тянет, между ног саднит. Все — таки Ширин для меня… великоват. Но он убежден, что нет.
Добираюсь до ванной. Кручусь перед зеркалом, рассматривая себя со всех сторон. Изменилась?
Если не считать засосы и отметины Костиных пальцев, то нет, а вот в глазах блеск аж слепит. И улыбка придурковатая.
А вообще — хорошенькая. Ширину здорово повезло с невестой. Вкус у него хороший.
Принимаю душ, одеваюсь, привожу себя в порядок. Иду искать Костю и его гостей.
В коридоре сталкиваюсь с Галкой. Она заблудилась и очень мне обрадовалась.
— Ты как? — спрашиваем друг друга одновременно. Рассмеявшись, говорим по очереди.
— Нормально, — начинает она первая. — Всю ночь Илью караулила. Беспокойно спал. А утром глаза продрал, увидел меня, обрадовался… Ничего не помнит, гаденыш.
— Галь, Илья тебе действительно нравится или ты с ним так?..
— Нравится. Жаль, что пьющий. Но я его предупредила, что больше не буду с ним общаться, раз он любитель выпить. Обещал бросить. На всякий случай еще к Марьяне съезжу, чтоб закодировала, — добавляет шепотом. — А у тебя как дела? Светишься вся. Было у вас что с Костей?
— Было… — оттянув ворот кофточки, показываю следы на коже.
— Вау! И как? Ладно, не отвечай, сама вижу, что твой Ширин молодец. Рада за тебя. Костя намного лучше Матвеева. Арсений мне никогда не нравился.
— Ой, Галь… Я такая счастливая… — эмоции переполняют.
— Тьфу, тьфу, тьфу, чтоб не сглазить, — подруга стучит по деревянному косяку. — Чур, я буду подружкой невесты.
— А как же Яна и Майя? Обидятся.
— Значит, будет у тебя три подружки невесты, но я первая.
— Вот бы вы с Ильей тоже поженились… — мечтаю я.
— Для этого ему надо отказаться от алкоголя, наследства и своей невесты. Насчет первого реально, а вот с остальным… Вряд ли он это сделает, — тускнеет подруга. — Так, а где наши мужики?
— Пойдем искать.
Идем на запах кофе и звук голосов, что доносятся из кухни. И…
Останавливаемся, не входя в нее. Тараща глаза друг на друга, подслушиваем с Галей разговор братьев.
— … Я вон на Галке женюсь, — узнаю голос Ильи. — Хорошая девочка. А дед… пусть продает компанию.
И —
