окинул собравшихся изучающим взглядом, и в его глазах появился холодный блеск. – Я мог бы убить их всех прямо отсюда.
– Нет, – не согласилась Аурианна.
– Или подойти ближе и…
– Нет.
– А что, если…
– Нет.
– Но мы обязаны наказать их за тот чай, – не сдавался Мордант. – Я просто немного их поубиваю.
– Немного поубиваете? Нельзя немного умереть.
Они не смогли продолжить спор об убийстве как о явлении частичном или окончательном, так как банда двинулась к ним. Аурианна узнала тех двоих, которые уже встречались с Мордантом. Их подкрепление – вероятно, больше сорока человек – придало им смелости противостоять Тени.
Судя по репликам бандитов, они взглянули на ситуацию сквозь свою преступную призму: они решили, что дамочка нанимает для защиты Тень тогда, когда сама многого стоит. Некоторые мужчины рассматривали Аурианну, некоторые поглядывали на ее сумку. (В сумке были гель от ожогов, пластыри и шина на общую сумму около тридцати тримс.)
Бандиты выдвинули вперед главаря, крупного мужчину, вышагивающего с уверенностью, подкрепленной количеством людей за его спиной. Он потирал руки, как трет лапки муха.
А в глазах Морданта светилось радостное предвкушение. Аурианна знала, что совесть позволит ему убить всех этих людей. Он понятия не имел, что такое угрызения совести.
Главарь банды ухмыльнулся, глядя на Аурианну. У него во рту не было ни одного зуба, если не считать одного или двух сарсеновых камней[83].
– Красивая леди, да еще и при деньгах, раз может нанять Тень, приехала к нам с визитом. Какая удача.
Аурианна остановила его жестом – в данном случае драматизм не показался ей лишним – и предупредила:
– Пожалуйста, не подходите ближе. Вам необязательно умирать сегодня.
– Красивая? – вмешался Мордант. – И кто же красивее, она или я?
Главарь задумался. Он прижал к подбородку мясистый палец и обратился за советом к коллегам.
Аурианна умоляла их бежать, пока есть возможность; Мордант велел ей замолчать и дать поговорить бандитам. Один из них заявил, что у нее лучше ресницы, а у него – скулы, и тем самым смертельно оскорбил обоих.
Главарь остановил обсуждение и подвел итог:
– Примерно одинаково.
Аурианна задохнулась от возмущения. Мордант, пребывавший в жестоком заблуждении, что красивее он, возмутился не меньше.
– Что ж, теперь вам придется умереть, – заявил Мордант.
– Не будь дураком, – ответил главарь. – Тень ты или нет, но нас сорок человек, а ты один.
Аурианна ждала, что Мордант выпустит штук двадцать метательных ножей и убьет этих людей, прежде чем они успеют сдвинуться с места. Но он просто наклонился и занялся шнурком на ботинке.
Главарь воспринял это как проявление покорности.
– А теперь, – сказал он, – давайте пригласим леди подойти к нам, осторожно и не спеша.
– Вы совершаете ошибку, – уговаривала бандитов Аурианна. – Он собирается вас убить. Дайте нам пройти к путеводному камню, и он никого не тронет. У меня нет денег. – Она потрясла открытой сумкой. – Смотрите: ничего ценного.
– Может, у вас и нет с собой денег, – согласился главарь, – но где-то в другом месте они точно есть. Чтобы нанять Тень, нужны миллионы.
– Я его не нанимала, – сказала Аурианна.
– Значит, папочка нанял, и он заплатит круглую сумму, чтобы получить обратно свою дочь.
– Нет. Никто не нанимал Тень. Он здесь по своей воле, а не за деньги.
Главарь банды усмехнулся:
– Тень? Не за деньги?
– Ваш цинизм вполне справедлив, – ответила Аурианна, – но только не в данном случае. Я вас не обманываю. Прошу, поверьте мне. Дайте нам уйти.
– Тени хороши, но они не боги, девочка. Он просто человек.
Мордант все это время оставался в той же позе, занимаясь обувью.
– Что вы делаете? – прошипела Аурианна.
– Готовлюсь немного поразмяться, – ответил Мордант. Он вытащил обувной шнурок из ботинка. – К тому же мне не хочется пачкать ножи. Оставайтесь здесь и делайте вид, что негодуете.
– Делать вид?.. Не убивайте их, – попросила Аурианна, вставая у него на пути. – Они просто идиоты, которым не хватает здравого смысла. Мы должны дать им шанс.
– Вы уже дали им шанс, – сказал Мордант. – Кроме того, они угрожали вам похищением.
– И? Вы тоже угрожали мне похищением.
– Так и есть. Лишь я могу так делать. Только не говорите, что смерть этих людей станет большой потерей для мира.
– Не вам это решать.
– Смерть – естественная часть жизни, – заявил Мордант.
– Вы не можете играть в бога и решать, кому умереть раньше, – упорствовала Аурианна.
– Тс-с, а вы играете в бога и считаете, что им надо умереть позже, в чем разница?
– В том, что я на стороне добра.
– А они нет.
Один из бандитов, которому, по-видимому, надоел этот философский спор, бросил в сторону Аурианны и Морданта топорик. Мордант поймал его, когда тот пролетал между ними (такая ловкость, безусловно, всех поразила), повернулся к бандитам и произнес:
– Это было ошибкой.
Он выпустил топорик из рук. И направился к бандитам, вооружившись только шнурком от ботинка, с такой беспечностью, что даже Аурианна обиделась бы, если бы была преступницей.
Шнурок болтался в воздухе. Перчатка соскользнула с руки. Знак озарился красным, как кровавое пятно.
Наиболее сообразительные среди бандитов вздрогнули, когда увидели череп адской гончей. Но остальные стали подбадривать друг друга, уверяя, что за леди дадут миллионы, а он всего лишь человек. Очевидно же, что он не сможет с ними всеми справиться и это лишь показательное выступление, чтобы их запугать, да и Знак, возможно, не настоящий, и что он сделает, убьет их всех.
– Высокомерный ублюдок, – заявил главарь.
– Даже не буду спорить, – согласился Мордант.
– Бегите, вы, идиоты, – выкрикнула Аурианна, прижав ладони ко рту.
– Сегодня ты усвоишь несколько уроков, – продолжил главарь.
– Я думаю, обучение будет взаимным, – сказал Мордант.
Главарь жестом приказал бандитам нападать. Их стратегия, по-видимому, состояла в том, чтобы окружить Морданта, который, в свою очередь, обернулся к Аурианне, гнусно подмигнув, и сказал:
– Самозащита.
Началась странная рукопашная схватка, во время которой Мордант с озорным удовольствием душил бандитов шнурком направо и налево, а они нападали на него с ножами, но не могли нанести ни одной раны и только ранили друг друга. Мордант действовал в полном одиночестве, но с каждым его балетным па двое или трое бандитов валились с ног, его Знак вспыхивал дьявольским красным, тела падали на землю, и он тенью скользил между ними за своей следующей жертвой. Он и правда был великолепен в своем деле. Проблема заключалась в том, что его дело было очень плохим.
Эта схватка могла бы стать массовым убийством, совершенным одним шнурком, если бы главарь банды, вооруженный копьем, не нанес Морданту скользящий удар
