я напряженно посматриваю на нее. — Я слышала, что вам сказали в кабинете ультразвукового обследования. Вы ждете ребёнка?
На миг наши взгляды сталкиваются.
— Похоже на то, — она вздыхает.
— Простите, что я задаю вопросы, но…
— Я тебя понимаю, Лена! — обрывает меня она. — Успокойся. С Малининым мы переспали всего один раз, в Москве. Несмотря на огромное количество выпитого алкоголя, мы предохранялись. Да и срок намного больше. Отцом моего ребёнка может быть только один человек.
— Кулагин, — догадываюсь я.
Она кивает.
— Я снова жду ребёнка от Кулагина. Но честное слово, я бы многое отдала за то, чтобы отцом был кто-то другой! Мне ужасно неприятно, что со мной произошло то же, что и с Калининой.
— И что вы будете делать?
— Я ещё не решила. Наверное, поговорю с этим кобелем. Пусть понервничает! Его родителям придется открыть ещё один ресторан, чтобы покрыть расходы на детей, которых он настрогал за последние два месяца!
Я смотрю на нее.
— Вы же… оставите ребёнка?
Она вздыхает.
— Я потеряла отца, Лена. В моей жизни не было человека ближе. Возможно, ребёнок — это подарок небес взамен моей потери. Жаль, что у моих детей такой безответственный отец.
Я смотрю в окно на проплывающие мимо весенние пейзажи и рассеянно улыбаюсь. На самом деле я чувствую невероятное облегчение от того, что Малинин не отец ее ребёнка. В противном случае мне было бы очень тяжело жить с мыслью, что у моего мужа есть малыш на стороне. Ну, а Кулагин.… Из героя он снова превратился в бабника, который умудрился заделать ребёнка не только Калининой, но ещё и зав отделения Романовой. И почему-то мне кажется, что в ближайшие полчаса от начальницы он огребет по полной.
Глава 45
Лена
Вот и больница. Я торопливо бегу по коридору — переодеться в форму и приступить к работе.
Проверяю телефон — а там пропущенное сообщение от Андрея. Он приглашает меня пообедать вместе. Звучит так, как будто меня приглашают в ресторан, но на самом деле мы просто спустимся на первый этаж и займем один из столиков в столовой. И все равно это мило. Есть в наших совместных обедах что-то настоящее, искреннее. То, что не купишь ни за какие деньги. Наверное, это и есть любовь.
Я застегиваю белый халат, прикрепляю бейджик.
Набираю номер Малинина.
— Андрюш, а ты далеко? Я уже переоделась, сейчас спущусь в столовую.
— Не торопись, я почти у вашего отделения.
— Хорошо, встретимся у лифта.
Я запираю сестринскую. За соседней дверью в небольшом процедурном кабинете слышны приглушенные голоса Кулагина и Калининой.
Я невольно притормаживаю.
— Ты сейчас пойдешь и просто напишешь заявление об уходе, поняла? Без шума и пыли! — доносится до меня недовольный голос Кулагина.
Я слышу, как всхлипывает Даша.
— Я ведь просто хотела, чтобы ты меня полюбил!
— Я тебе ничего не обещал.
Его ответ звучит безжалостно и холодно. В жизни таких, как Кулагин, нет места таким, как мы с Калининой.
Мое сердце сжимается. Мне бесконечно жаль Калинину и хочется врезать Кулагину.
Даша выскакивает из процедурной, и я едва не получаю удар дверью в лицо.
— Даша, постой! — пытаюсь остановить Калинину, но она отмахивается и несется вперед по коридору, не разбирая дороги.
Я заглядываю в процедурный кабинет.
— Дмитрий Борисович, это жестоко! — не могу сдержать свой гнев. — В том, что Даша от вас беременна, есть и ваша доля ответственности. Зачем вы вынуждаете ее увольняться? У неё мама болеет. Ей тоже тяжело. Как она справится одна с ребёнком?
Кулагин скользит по мне раздраженным взглядом.
— Во-первых, подслушивать некрасиво. А во-вторых, дело в том, Синичкина, что Даша не беременна.
— Как… не беременна? — удивляюсь я.
— Вот так. Она купила эту справку.
— А почему ей тогда стало плохо? Я из-за неё медосмотр не прошла!
— От страха ей стало плохо, Лена! Когда все вскрылось, она в обморок грохнулась. А знаешь, почему?
— Нет, не знаю. Просветите меня, Дмитрий Борисович.
— Потому что конверт Романовой она подложила!
— Дмитрий Борисович, это невозможно! В конверте было пятьдесят тысяч! У Калининой нет таких денег. У неё мама лежачая. Все средства уходят на лекарства, — закипаю я.
— Лена, я тебя понимаю. Ты переживаешь за Дашу, — приобняв меня за плечи, ухмыляется Кулагин. — Но поверь, она не заслуживает сочувствия. Пока ты была на медосмотре, я поймал ее в кабинете у Романовой. Знаешь, что она там делала? Она конверт искала! Думала, в полиции работают идиоты, которые просто его не заметили.
— Если она искала конверт, это не значит, что она его подложила!
— Она от страха созналась! Сказала, что оформила кредит на пятьдесят тысяч рублей. Сняла деньги со счета и упаковала в конверт, а потом позвонила в полицию.
— Боже мой.… - я прикрываю рот рукой. — Что же теперь будет?
Кулагин едко усмехается.
— Я пообещал ей, что верну деньги из конверта, если она сегодня же напишет заявление об уходе. Как уволится, получит их обратно. Заметь, я предложил ей написать заявление по собственному желанию! Она найдет работу в другом медучреждении. А мог бы поступить намного хуже.
Я оторопело смотрю на него.
У него в кармане звонит телефон.
— Да, Тамара? — раздраженно отвечает на звонок Кулагин. — Зачем спуститься? Пообедать вместе? А это не потерпит до вечера? Нет? Ладно, я сейчас спущусь в столовую.
Фыркнув, он прячет телефон обратно в карман халата. Смотрит на меня.
— Вот такие пироги, Синичкина. Не будь наивной, никакая Даша не бедная овечка. А вон и твой Малинин идет.
Кулагин спешит к лифту. Я осторожно выдыхаю. Не знает, бедный, для чего его позвала Романова. А я не скажу. Пусть будет сюрприз.
Ко мне подходит Малинин.
— Привет, птичка-синичка, — он притягивает меня к себе за талию и украдкой целует в шею. — Что это с твоим начальством?
Я улыбаюсь.
— Идем скорее в столовую, — тяну Андрея за руку к лифту. — Там сейчас такое начнется! Не хочу пропустить.
Малинин непонимающе приподнимает бровь.
— Что начнется?
— Сам увидишь, — подмигиваю ему я.
Мы заходим в лифт. Он захлопывает тяжелые двери и медленно едет вниз.
— Ну, ладно. А как прошел твой медосмотр?
— Гинеколог отправила нас с Романовой на УЗИ.
— И как? Все в порядке?
Я пожимаю плечами.
— До меня очередь не дошла. Но старшая медсестра пообещала, что мне печать поставят у нас в отделении на первом этаже.
— Что значит поставят печать, Лена? Плановые процедуры обязательны! Когда ты в последний раз проходила осмотр?
— Да не помню я, Андрей! Меня ничего не беспокоит.
