Мне просто нужно согласовать несколько деталей с отделом кадров. Ты же знаешь, как медленно они работают.
Другими словами — нет. Никакого повышения она не получит. Он и дальше будет водить её за нос, оставляя на прежней должности и с прежней зарплатой.
— Отлично, — весело сказала она. — Как только меня повысят, я обязательно расскажу мистеру Доусону о втором предложении.
— Белла, будь благоразумна.
Он имел в виду вовсе не благоразумие. Гораздо точнее было бы сказать: «будь добровольно обманутой».
В дверь постучали.
Флинн.
— Мне пора, — сказала она. — Дай знать, когда отдел кадров меня всё-таки повысит.
Она закончила разговор и убрала телефон в сумочку.
Честно говоря, это было уже слишком. Феликс прекрасно знал, как сильно её задела продажа «Фонтэн», и всё равно пытался использовать её, чтобы выторговать у «Бейнбридж Кэпитал» ещё больше денег.
Она открыла дверь.
По ту сторону стоял Флинн — в чёрных брюках, серой рубашке на пуговицах и чёрном галстуке. Безупречный, элегантный образ. Либо у этого мужчины действительно был вкус, либо он просто умел слушать тех, у кого он есть.
— Привет.
Он улыбнулся ей, но взгляд оставался напряжённым. Его явно что-то тревожило.
— Как твоя мама? — спросила Белла.
— Надеюсь, доживёт до ужина.
— Прости за сегодняшнее утро. Я не хотела её расстраивать.
Флинн сунул руки в карманы.
— Это не твоя вина. Нам всем просто нужно быть осторожнее и не делать вид, будто всё в порядке.
— Может быть, мне всё-таки стоит пропустить ужин. Твоей семье сейчас нужно побыть вместе.
Она уже писала ему об этом раньше, но он сразу отверг эту идею.
— Если ты не придёшь, мама решит, что её разговор с тобой о Дейзи был напрасным.
Белла с обречённым видом вышла в коридор. Дверь за её спиной тихо защёлкнулась.
— Хорошо. Я пойду ради неё.
— Не ради Марко? — Они медленно направились по коридору. — Тебе совсем не хочется его увидеть?
В голосе Флинна слышалась насмешка, но в ней было и что-то жёсткое. Возможно, он просто не мог шутить по-настоящему, пока думал о матери.
— Я не жду встречи с Марко до субботы, — сказала Белла. — Таков был наш уговор.
— О, значит, теперь ты вспомнила о нашем соглашении. Отлично.
Голос у него был мрачным и раздражённым, хотя, с другой стороны, Белла понимала, что у него были на это причины.
Они молча поднялись на лифте. Сегодня ужин проходил в одном из самых красивых ресторанов курорта, с террасы которого открывался вид на пляж. Заведение славилось дорогими блюдами из морепродуктов и коктейлями с экзотическими названиями.
Пока лифт поднимался, Белла украдкой поглядывала на Флинна. Его глаза выглядели уставшими, а между бровями залегла складка, которую ей почему-то хотелось разгладить.
Глупая мысль, конечно.
Она даже представила, что бы он сказал, если бы она вдруг потянулась и провела пальцами между его бровями.
Когда они направились к ресторану, она тихо сказала:
— У тебя замечательная семья. Я знаю, тебе кажется, что в последнее время жизнь была к тебе несправедлива, но на самом деле тебе очень повезло.
— Ты ошибаешься. Я всегда знал, что мне повезло.
Он заметил своих родных, сидевших на противоположной стороне зала, за танцполом.
— Кстати, о везении, — сказал он. — Похоже, сегодня боги рассадки на твоей стороне.
За столом оставались два свободных места: одно рядом с Марко, другое — напротив него. В любом случае она могла бы свободно с ним разговаривать.
— Жаль только, что боги рассадки не отправили Дейзи куда-нибудь подальше, — пробормотала Белла.
Её бывшая соседка по комнате сидела с другой стороны от Марко, так что тоже прекрасно слышала бы весь разговор.
Скорее всего, семья специально оставила эти места свободными, чтобы Белла и Дейзи оказались рядом и смогли помириться. Миссис Доусон сидела чуть дальше, возле Дейзи, достаточно близко, чтобы наблюдать за ними обеими.
— Замечательно.
Белле предстояло провести весь вечер, изображая, будто между ней и Дейзи всё улажено.
— Я так и знал, что мне стоило пропустить ужин.
Флинн осторожно взял её за локоть и направил к столу.
— Сидеть рядом с Марко — плохая идея. Но если ты сядешь напротив него, окажешься прямо напротив Дейзи. Как думаешь, каковы шансы, что сегодня не разразится очередной скандал?
— Эй, вообще-то я уже пыталась помириться с ней. Ты же слышал, как я извинялась по телефону. А она назвала меня мстительной, вероломной бродяжкой.
— Хорошо. Тогда садись рядом с Марко, и будем надеяться, что Дейзи не станет перегибаться через него, чтобы поговорить с тобой.
— Отлично.
Они были уже почти у стола. Флинн слегка наклонился к ней.
— Не забывай про монетку. Теперь ты идеальная девушка.
Она театрально захлопала ресницами.
— Обязательно несколько раз назову тебя «пупсиком».
— Это сделало бы тебя идеальной девушкой для какого-нибудь Билли Боба, который живёт в своём грузовичке.
Они подошли слишком близко к столу, чтобы продолжать этот разговор.
Флинн отодвинул для неё стул. Белле нравилось, что он обращается с ней как с настоящей леди.
Потом он обошёл стол и сел на своё место.
Марко повернулся к ней.
— Ты сегодня прекрасно выглядишь.
Он просто был вежлив, но всё равно от этих слов у неё внутри приятно потеплело.
— Спасибо. Ты тоже.
Он поправил лацкан своего пиджака.
— Наверное, ты впервые видишь меня не в футболке.
— Возможно.
— Вообще-то именно поэтому я и стал врачом. Медицинская форма — единственная одежда, которая удобнее футболки и джинсов.
Флинн, листая меню, заметил:
— Не стоит говорить такие вещи модельеру. Такие, как ты, могут разорить её.
Белла внимательно окинула Марко взглядом, словно оценивая будущий образ. Это было совсем несложно.
— Я могла бы подобрать тебе несколько действительно удобных деловых вещей. — Она мысленно представила его в мягком хлопковом поло. Светло-голубом, подчёркивающем цвет его глаз. — Но взамен тебе придётся расстаться с несколькими своими футболками. Например, с той, что была на тебе вчера.
— Моей футболкой с символикой «Бронкос»? — с притворным ужасом спросил Марко. — Никогда.
— И с той, что была на тебе в понедельник, тоже придётся попрощаться.
Дейзи наклонилась к ним, явно собираясь вмешаться в разговор и, возможно, по-хозяйски положить руку на плечо Марко.
— О чём вы тут говорите?
— Белла хочет, чтобы я снял футболку, — невозмутимо
