Ознакомительная версия. Доступно 16 страниц из 105
Я усмехнулась в ответ.
— Мне ужасно понравился концерт, — призналась я. — Не уверена, что мне нравится вся классическая музыка, но эта была просто чудесна. — Я потерла нос. — Спасибо. Спасибо, что пригласили меня.
Мы молча сидели и смотрели на замок. Обычно по ночам он купался в оранжевом свете ламп, расставленных вдоль крепостной стены. Но сегодня, под полной луной, его затопило неземное голубое сияние.
— Как по-вашему, какую музыку там играли? — спросила я. — Наверняка они что-нибудь слушали.
— В замке? Средневековую музыку. Лютни и другие струнные. Я не особый любитель, но могу одолжить вам пару записей. Погуляйте по замку в наушниках, если хотите полностью погрузиться.
— He-а. Мне не хочется в замок.
— Так всегда бывает, когда живешь рядом с чем-то примечательным.
Я ответила уклончиво. Мы еще минуту посидели, слушая, как остывает мотор.
— Ладно. — Я отстегнула ремень. — Поехали домой. Вечерний ритуал ждет.
— Погодите минуту, Кларк.
Я повернулась на сиденье. Лицо Уилла было в тени, и я не могла его как следует разглядеть.
— Всего минуту.
— С вами все в порядке? — Я невольно посмотрела на его кресло, опасаясь, будто что-то прищемила или зацепила, что-то сделала не так.
— Все хорошо. Просто я…
Светлый воротник его рубашки контрастировал с темным пиджаком.
— Я не хочу домой. Хочу еще немного посидеть и не думать о… — сглотнул он. Даже в полумраке было видно, что сглотнул он с трудом. — Я просто… хочу побыть мужчиной, который сводил на концерт девушку в красном платье. Еще хотя бы минуту.
— Конечно. — Я отпустила ручку дверцы.
Я закрыла глаза, откинула голову на подголовник, и мы посидели еще немного вместе, два человека, заблудившихся в воспоминаниях о музыке, полускрытых тенью замка на залитом лунным светом холме.
Мы с сестрой никогда по-настоящему не говорили о случившемся той ночью в лабиринте. Не уверена, что у нас нашлись бы слова. Она обняла меня, помогла собрать одежду, а после тщетно искала в высокой траве мои туфли, пока я не сказала, что это неважно. Я все равно бы никогда их не надела. И мы медленно отправились домой. Я шла босиком, она держала меня под руку, хотя мы не ходили так с тех пор, как она училась в первом классе и мама требовала, чтобы я не оставляла ее одну.
Вернувшись домой, мы встали на крыльце, и она вытерла мне волосы и глаза влажной салфеткой, а затем мы отперли переднюю дверь и вошли, как будто ничего не случилось.
Папа еще не спал, смотрел какой-то футбольный матч.
— Что-то вы припозднились, девчонки! — крикнул он. — Я понимаю, что сегодня пятница, но…
— Да, папа, — хором ответили мы.
Тогда у меня была комната, в которой сейчас живет дедушка. Я вихрем поднялась наверх и захлопнула за собой дверь, прежде чем сестра успела произнести хотя бы слово.
На следующей неделе я обрезала себе волосы. Отменила бронь билета на самолет. Больше я не гуляла с девушками из моей старой школы. Мама была слишком погружена в свое горе и ничего не замечала, а папа объяснял все перемены настроения в доме и мою новую привычку запираться у себя в комнате «женскими штучками». Я познала самое себя. Я вовсе не хихикающая девчонка, которая напилась с незнакомцами. Я больше не носила ничего, что можно счесть вызывающим. По крайней мере, ничего, что может понравиться посетителям «Красного льва».
Жизнь вернулась в обычное русло. Я нашла работу в парикмахерской, затем в «Булочке с маслом», и все осталось позади.
Наверное, с тех пор я прошла мимо замка пять тысяч раз.
Но больше никогда не была в лабиринте.
Патрик стоял на краю беговой дорожки и подпрыгивал на месте, его новая футболка и шорты «Найк» слегка липли к влажным рукам и ногам. Я заскочила, чтобы поздороваться и сообщить, что сегодня вечером не приду в паб на встречу «Титанов триатлона». Натан был в отъезде, и я пообещала заменить его во время вечернего ритуала.
— Это уже третья встреча, которую ты пропускаешь.
— Правда? — Я посчитала на пальцах. — Да, наверное.
— Ты должна прийти на следующей неделе. Мы обсуждаем планы поездки на «Викинг экстрим». И ты не говорила, чем хочешь заняться в свой день рождения. — Патрик приступил к растяжке, высоко поднимая колено и прижимая к груди. — Как насчет кино? Обильная еда сейчас, во время тренировок, была бы некстати.
— Э… Мама и папа планируют праздничный ужин.
Он взял себя за пятку, направив колено к земле.
Я невольно обратила внимание, что его нога становится неестественно жилистой.
— Не слишком похоже на романтический вечер.
— Кинотеатр тоже. В любом случае я чувствую себя обязанной, Патрик. Мама в последнее время немного расстроена.
Трина уехала на предыдущих выходных — без моей косметички с лимонами, которую я спасла в ночь перед отъездом сестры. Мама была в отчаянии, она переживала больше, чем когда Трина отправилась в университет в первый раз. Она тосковала по Томасу, как по ампутированной конечности. Его игрушки, с раннего детства валявшиеся на полу гостиной, были сложены в коробки и убраны. Из буфета пропали шоколадные палочки и маленькие коробочки с соком. Ей больше незачем было ходить в школу к пятнадцати минутам четвертого и не с кем болтать на коротком пути домой. Эти прогулки были единственным временем, которое мама проводила вне дома. Теперь она вообще никуда не ходила, не считая еженедельного набега с папой на супермаркет.
Она три дня бродила по дому с несколько потерянным видом, а после с пылом, испугавшим даже дедушку, приступила к весенней уборке. Он невнятно протестовал, когда она пыталась пропылесосить под его креслом или обмахнуть его плечи метелкой для пыли. Трина предупредила, что первые несколько недель не будет приезжать домой, чтобы Томас освоился на новом месте. Когда она звонила по вечерам, мама беседовала с ними, а потом добрых полчаса плакала у себя в комнате.
— В последнее время ты постоянно работаешь допоздна. Я тебя почти не вижу.
— А ты постоянно тренируешься. Как бы то ни было, это хорошие деньги, Патрик. Я не собираюсь отказываться от сверхурочных.
С этим он поспорить не мог.
Я зарабатывала больше, чем когда-либо в жизни. Я стала отдавать родителям вдвое больше денег, каждый месяц откладывала определенную сумму на сберегательный счет, и все равно у меня оставалось больше, чем я могла потратить. Отчасти дело было в том, что я работала слишком много и покидала Гранта-хаус, когда магазины уже были закрыты. Отчасти — в том, что мне просто не хотелось тратить деньги. В свободное время я пропадала в библиотеке, проводя изыскания в Интернете.
Ознакомительная версия. Доступно 16 страниц из 105
