глаза.
— Даже не напоминай.
— И что ты будешь делать?
Он пожимает плечами.
— Ждать, пока риелтор перезвонит.
— Ладно. Удачи, — машу рукой. — Пока!
Он машет в ответ и уезжает.
Илья
Я подъезжаю к подземному паркингу у дома Кирилла и выхожу из машины.
— Рад вас видеть, Илья! — кивает парковщик.
— Привет, Рома! — улыбаюсь я. — Кирилл дома?
— Должен быть.
Я отдаю ключи и поднимаюсь на лифте на его этаж. Здесь отдельный холл, как в отеле. Я жму кнопку звонка. Слышу внутри короткое «дзынь», жду, рассматриваю новую картину на стене.
— М-да… средненько, — бормочу себе под нос.
Дверь открывается. На пороге растрепанный Кирилл в одних боксерках.
— Привет. Ты чего здесь?
Я улыбаюсь и приподнимаюсь на носочки.
— Привет. Собирайся. Я тебя забираю.
— Сейчас не самое…
Я не даю ему договорить, прохожу внутрь и тут же упираюсь взглядом в красивую брюнетку на диване. На ней только мужская футболка.
— Ой, — криво улыбаюсь. — Простите, я… не вовремя.
Кирилл смотрит на меня таким взглядом, что смысл понятен без слов.
— Все нормально. Илья, познакомься: Соня.
Я киваю.
— Привет.
— Привет! — сияет она.
И тут из коридора появляется еще одна — рыжая, тоже в футболке Кирилла и тоже слишком уверенная в себе.
— А-а… — я вежливо улыбаюсь. — Здравствуйте.
— Это Жанна, — быстро говорит Кирилл, как будто закрывает вопрос.
— Приятно, — киваю я.
Жанна смотрит на меня оценивающе, почти вызывающе. Я ловлю взгляд Кирилла: «Только не начинай».
— Девушки, простите, что врываюсь, — говорю я максимально ровно. — Но мне нужно украсть брата на пару часов.
— Ну-у… — Соня явно недовольна.
— Да, дела зовут, — Кирилл говорит так, будто это ежедневная рутина. — Все, девочки. На сегодня все. До следующего раза.
Девушки выглядят обиженными, но все равно собираются.
Еще недавно такая жизнь была нормой. А сейчас я смотрю на это и понимаю: мне скучно. Пусто. Как будто все это один и тот же вечер, повторенный сотни раз. Не то. Не она.
Я вспоминаю Катю, как она смотрела на меня вчера, как смеялась, как была рядом — настоящая. От одной мысли внутри что-то теплеет и одновременно бесит.
— Что за лицо? — ворчит Кирилл, когда возвращается на кухню.
— Какое?
— Такое, будто ты сейчас не здесь.
Я поднимаю глаза.
— Ты слишком медленный. Собирайся.
Кирилл фыркает:
— Ага.
Мы едем в мой новый дом. Когда мы въезжаем во двор, Кирилл выглядывает в окно.
— Я не вижу уток.
Вокруг тишина.
— Хм, — я осторожно открываю дверь.
— Смотри, чтобы они тебе… ничего важного не откусили, — бросает Кирилл, вылезая следом.
— Поверь, у меня все важное в порядке, — бурчу я.
Мы идем по дорожке, обходим дом, смотрим в сторону озера.
— Ну и где они? — Кирилл щурится.
Мои глаза скользят по воде, по полям.
— Не знаю…
Тишина.
— Я все равно не вижу уток, — повторяет он.
Кирилл упирает руки в бока и смотрит вправо, на дальние загоны.
— Это тоже твоя земля?
— Да.
Кирилл прищуривается, смотрит в даль.
— А что оно делает?
— Кто — «оно»?..
Я замолкаю. У забора стоит огромный черный баран с закрученными рогами. Он отходит назад, разгоняется — и со всей силы бьется лбом в столб. Глухой удар разносится эхом.
— Это еще что такое? — шепчу я.
Кирилл хмурится.
— Психованный баран.
Мы переглядываемся.
— Что за место я купил?.. — тихо говорю я.
И в этот момент за спиной раздается злое кряканье. Мы оборачиваемся и видим, как утки несутся к нам, расправив крылья, будто идут в атаку.
— Беги! — ору я и срываюсь к дому.
— Вот же… — Кирилл тоже срывается.
Я шарю в кармане, достаю ключи на этой идиотской связке.
— О нет…
— Что?!
— Я не знаю, какой ключ от двери!
— Как можно не знать?!
— К машине! — рявкаю я.
Мы ныряем в машину и захлопываем двери. Утки кружат вокруг, крякают, стучат клювами по кузову. Кирилл тяжело дышит, держась за грудь.
— Ладно. Ты не врал.
— Что делаем? — спрашивает он.
Я завожу двигатель.
— Уезжаем отсюда подальше.
Мы быстро едим, выпиваем по бутылке пива и придумываем план. Потом возвращаемся. На заднем сиденье лежит новенькая лопата, на всякий случай.
Я паркуюсь и отдаю ключи Кириллу.
— Ты хотя бы примерно знаешь, какой? — спрашивает он, перебирая связку.
— Наверное, один из маленьких… медных. Но я не уверен.
Он кивает.
— Тихо.
— Надеюсь, они утонули в озере, — бурчу я.
— План?
— Я тебя прикрываю лопатой, ты открываешь дверь.
— Отлично, — Кирилл вылезает, потом оборачивается. — И не хлопай дверью.
— Умно.
Мы почти на цыпочках поднимаемся на крыльцо. Кирилл ковыряется с замком, а я стою спиной к нему, с лопатой в руке, как полный идиот, готовый защищать свой дом.
— Быстрее!
— А если они сейчас вылетят? — шепчет Кирилл.
Я сжимаю рукоять лопаты.
— Покажу им, кто тут хозяин.
Кирилл тихо усмехается.
— Да, вид у тебя прямо как у повелителя этих земель.
— Кирилл, молчи.
Замок наконец поддается. Мы входим, и я захлопываю дверь.
— Это уже смешно, — рычу я и иду на кухню. — Я на это не подписывался.
Я открываю ящики один за другим, нахожу конверт с инструкциями и быстро пробегаю глазами.
Пункт третий: «Уток необходимо кормить каждое утро гранулами. Если они голодны — становятся агрессивными. Гранулы хранятся в конюшне».
Я удивленно смотрю на Кирилла.
— Что там? — спрашивает он.
— Они… голодные.
Кирилл морщит лоб.
— То есть мы должны были их кормить?
— Да.
— И чем?
— Гранулами.
— Где они?
— В конюшне.
Кирилл тут же тычет в меня пальцем:
— Если ты думаешь, что я подойду к тому психованному барану, ты ошибаешься.
Я хватаю ключи.
— Поехали в магазин.
— Зачем?
— За кормом для уток. Как думаешь?
Вечером я сижу у камина, в руке стакан виски. Теплый свет ламп, угли потрескивают, по стенам пляшут тени. День был адский, но… я распаковал часть коробок и разобрался с утками. Оказалось, они просто возмущенные голодные девчонки. Получили корм — сразу стали милыми. Почти.
Я оглядываю дом. Он еще не «мой», но уже чувствуется правильным. Здесь будет хорошо.
Я беру телефон, смотрю на время: половина десятого. Позвонить Кате? Нет. Она с братом. Не лезь.
Но мне хочется услышать ее голос. Я все равно нажимаю «вызов».
— Привет, — мурлычет она.
От ее голоса у меня теплеет внутри.
— Привет.
— Привет, — повторяет она, и я слышу, что она улыбается тоже.
— Я звоню… сказать спокойной ночи.
— Правда?
У меня внутри все закручивается.
— Что ты делаешь? — спрашивает она.
— Думаю, как мне пережить ночь без тебя.
— Не думай. Приезжай и забери меня, — легко говорит она.
Я усмехаюсь.
— Я выпил вина. За
