Незаконнорожденный Принц - Хлоя Уолш

— Я сказала, что убью тебя, а не попытаюсь, — поправила я, вызывающе вскинув подбородок. — Не путай мои обещания с угрозами.

— И как ты предполагаешь меня убить, малолетняя шлюшка? — насмехался он, зажимая меня в углу — Этими тощими ручками? — опустив руку, он приложил ладонь к моей плоской груди и грубо швырнул спиной к стене, — Или этим худым тельцем?

Воздух со свистом вырвался из моих легких, а книга выскользнула из пальцев, упав на пол.

— Я найду способ, — выдавила я, тяжело дыша, — Я тебе обещаю.

— Ты ничего не сделаешь, потому что у тебя нет власти в этом мире, — бросил он вызов, приближаясь, — Ты девушка. Ты ниже меня. Ты годишься только для одного, — он сделал паузу, чтобы схватить меня за интимное место, — И я это испорчу.

— Ты умрешь, если только попытаешься! — прорычав, я толкнула его в грудь, а он ударил меня тыльной стороной ладони, снова припечатав к стене, — Пошел ты, — всхлипнула я, губа задрожала, когда я прижала ладонь к горящей щеке, — Ты за это заплатишь.

— О, я трахну тебя, маленькая шлюха, — мрачно пообещал он, — А потом поделюсь тобой со своими братьями.

Содрогнувшись, я скривила губы от отвращения и снова толкнула его в грудь.

— Ты Креллидовская мразь!

— А ты киска Нортвудов.

Мой желудок взбунтовался.

— Я слишком маленькая.

— Мне плевать.

— Я не хочу.

— Мне плевать, — повторил он, улыбаясь мне сверху вниз.

— Пожалуйста, — теперь я умоляла, — Не надо.

— Ты еще не поняла? — он жестоко рассмеялся, когда моя попытка оттолкнуть его снова с треском провалилась, — У тебя здесь нет власти. Ты делаешь, что тебе говорят, когда тебе говорят, как хорошая маленькая шлюшка, которой тебя научат быть.

Я всхлипнула, чувствуя, как моя храбрость улетучивается, — Я не шлюха.

— Ты шлюха, а я принц, — исправил он, — Ты живешь в моем замке, шлюшка, и твой папочка не вернется из могилы, чтобы спасти тебя.

— Вы все преступники, — выплюнула я, дрожа, — И единственное, в чем ты и твои братья принцы, так это в злодействе.

— Ты говоришь так, будто это плохо, — усмехнулся он, — Будто ты сама не из того же теста порока. Сузив глаза, он прошипел: — Твой отец был таким же плохим, как и мой, если не хуже.

Я не стала отрицать, не могла, даже если бы захотела.

— Я здесь король, детка-шлюха, — продолжал он, — Я высший хищник, а ты то, что я скажу. Если бы ты родилась мальчиком, имя твоего отца сделало бы тебя моей ровней, но ты совершенно бесполезна. Шлюха-наследница. Все наследство твоего отца: собственность, земля, бизнес — все достанется тому из моих братьев, кто изберет тебя на твоем посвящении, и ты ни хрена не сможешь сделать, чтобы это предотвратить.

Его слова превратились в рычание, когда я нырнула под его руку и бросилась к двери.

— Ты не можешь убежать от нас, — прорычал он, сжимая мои волосы в кулак и таща обратно, — И тебе негде спрятаться. — Обхватив мое маленькое тело несгибаемой рукой, он потащил меня обратно к кровати, — Ты наша, Эштон Нортвуд. Твой отец отдал тебя нам, — прошипел он, бросая меня на кровать и потянувшись к моим джинсам, — Одному из нас. Всем нам. — Он мрачно осклабился. — Одновременно.

— Не трогай меня, — закричала я, царапая и толкая его грудь, когда он грубо стягивал джинсы с моих ног, — Пожалуйста!

— Обожаю, когда шлюхи умоляют, — прорычал он голодно, — Умоляй, детка-шлюха. — Он зацепил длинными пальцами резинку моих хлопковых трусиков и стянул их тоже, — Плачь для меня.

Задыхаясь и давясь, слова Василия замерли у него на языке, и его голодное выражение лица сменилось паникой, белки глаз налились кровью, когда он отпустил мои трусики и лихорадочно вцепился себе в горло.

Дрожа с головы до ног, я смотрела, как его большое тело начало оседать.

Только когда Василий оказался на коленях на полу моей спальни, я заметила огромного, темноволосого, чужого парня, нависающего над ним, прижимающего кусок веревки к его горлу.

Мое дыхание вырвалось внезапным рывком, когда я увидела, как бастард Фабио душит своего сводного брата до состояния полуобморочного подчинения.

— Te gusta follar bebés? — спросил он ледяным тоном, не ослабляя мертвой хватки на веревке, обернутой вокруг шеи брата — Eres un bastardo enfermo!

— Триггер, — начал нервно Джетро, делая шаг в комнату, — Я... э-э... может, тебе не стоит... — Он глубоко сглотнул, руки затрепетали по бокам, — Кажется, ты его убиваешь...

— Silencio, príncipe bebé! — скомандовал Триггер, и, хотя я не понимала, что он говорит, я слышала предупреждение в его голосе.

Джетро тоже услышал, потому что быстро захлопнул рот.

— Voy a enseñarle una lección a tu hermano! — прорычал черноволосый парень, ослабляя хватку, прежде чем завести руку за спину. — Corre a lo largo si tienes miedo.

Достав зубчатый кинжал, бастард-принц склонил голову набок и уставился на брата, хватающего ртом воздух, стоя на четвереньках.

В тринадцать лет бастард был младше своего чистокровного брата, но никто бы не догадался об этом по тому, как он с легкостью физически одолел Василия.

— Si no te gusta la vista de la sangre, debes irte ahora, — сказал он с проблеском безумия, сияющего в его темных глазах, и мое сердце бешено забилось, жар прилил к щекам.

Разрывая его джинсы, ему удалось раздеть старшего брата до боксеров.

— Не надо, не надо, не надо, — закричал Василий, сворачиваясь клубком на полу, когда Триггер сжал его пенис и опустил лезвие, — Пожалуйста... Боже... Иисусе, не делай этого со мной!

— Orarando a Dios no te salvará, — ответил Триггер, голос его был смертельно спокоен, — Mi madre también oró a Dios, — опускаясь на колено, он потянул за интимное место Василия так сильно, что тот громко закричал, — Qué le dijiste a ella? — он усилил хватку, — Qué le dijiste a mi madre cuando rogaba misericordia?

— Я не понимаю, что ты говоришь... О