помогать и поддерживать, но…
— Я от вас не отворачиваюсь, мама! — резко поворачивает голову в мою сторону. — И я… я искренне рада, что вы с папой снова сошлись! Просто… — слова застревают где-то в горле моей девочки.
— Говори, — с мягкой улыбкой шепчу я.
— Я просто боюсь, что папа вновь может…
— Знаешь, а я ему верю, — уверенно выдаю и встаю с кровати. — Ждем тебя на ужин, Злата.
Выхожу из комнаты, прикрыв за собой дверь.
Да, судьба всех нас треснула об землю, но разбить не смогла. И я знаю, что моя старшая дочь тоже найдет в себе силы пережить предательство и сделать верный выбор, исходя из сердца.
В жизни все не просто. И порой наши лодки попадают в сильные штормы.
Но только настоящую и искреннюю любовь двух людей ничего не сможет разрушить.
Никогда.
Финал
— Давай Анечку мне, а сама поспи, — командный голос Коли, обращенный к нашей дочери, заставляет меня заулыбаться еще шире.
— Пап, а ты? Тебе ведь на работу… — Машка малышку к себе прижимает и на меня коситься.
А я и сама уже дремлю, сидя на полу рядом с сыновьями. Облокотилась спиной на диван и сквозь опущенные ресницы устало смотрю на мальчишек.
Злата вынимает из стульчика для кормления свою дочку Афину. Зевает шумно.
— Все спать, — произносит Коля. — Что я, с ребенком сам не справлюсь?
— Пап, так был бы один ребенок, а тут четверо… — шепчет Машка.
Павлик рядом со мной переворачивается на живот и хватает погремушку. Дом заполняется громким шумом, вслед за ним раздается плач Афины, который моментально подхватывает Костя.
— Только не это, — обреченно шепчет Златка. — Чш-ш-ш-ш, Афиночка, не плачь!
— Зря мы дали детям поспать на ночь глядя, — произношу я и тянусь к ревущему Косте, пока его брат продолжает стучать погремушкой по полу.
В нашем доме тишина — редкое явление. И когда все четверо младенцев решили дружно уснуть в семь вечера, мы обрадовались и пошли на кухню пить чай. Полтора часа тишины и приглушенных разговоров с дочками под вкусный пирог теперь аукнуться бессонной ночью.
— Маша, спать! — вновь командует Коля и забирает из рук дочери малышку.
Машка пару секунд мнется, а затем все таки сдается.
— Спокойной ночи, — пожимает плечами и уходит вверх по лестнице.
Злата дает Афине соску и опускает ее на пол. Маленький быстрый вихрь Афина на четвереньках ползет к Павлику и выхватывает погремушку из его руки.
И снова громкий детский плач.
— Я больше не могу, — Златка морщится. — С ума можно сойти! У меня завтра занятие в автошколе, я опять буду выжата, как лимон.
— Иди спать, Злата. Я справлюсь! — заверяет старшую дочку Коля.
Я возвращаю успокоившегося сына Костю на пол, а сама перебираюсь на диван. Поджимаю ноги под себя и прикрываю веки.
А Коля когда-то хотел десять детей...
Теперь в нашем доме четыре маленьких орущих рта. И, надо признать, мой муж неплохо справляется. Но если представить, что все эти бессонные ночи будут продолжаться десять лет — тут же глаз дергается и волосы на голове дыбом встают.
— Ладно. Если что, то сразу меня буди, пап! — сонно зевает Злата и тоже уходит на второй этаж.
Коля садится на пол рядом с детьми. Одной рукой качает Анечку, второй тянется за погремушкой, чтобы развлечь Афиночку.
— Вот и остались только ты да я, — говорит Коля и ласково на меня смотрит.
— Нет, — качаю головой, удобнее укладываясь на диване. — Остался ты один. Я тоже уже сплю.
— Может, в спальню тогда пойдешь?
— Оставить тебя одного с четырьмя детьми? — бормочу с закрытыми глазами.
— Ладно, спи…
Сквозь сон я чувствую поцелуй в висок и тепло, окутавшее все тело.
Просыпаюсь в четыре утра, когда Багет громко лает во дворе. Даже вздрагиваю и резко поднимаюсь на диване.
Плед соскальзывает на пол.
Видимо, Коля укрыл меня ночью.
Встаю и встревоженно осматриваюсь. Все игрушки убраны, детский коврик свернут и поставлен на место рядом с манежем. На кухне — хаос. Детская ванночка, гели для подмывания младенцев, на полу три шезлонга для новорожденных. На столе грязные памперсы и слипы.
А в нашей с Колей спальне горит тусклый свет.
На цыпочках крадусь разведывать обстановку.
Мальчишки спят в своих кроватках — вымытые и переодетые.
Афина на нашей с Колей кровати между подушками.
А мой муж в кресле с маленькой Анечкой на руках.
— У меня все под контролем. Жопы всем помыл, спать всех уложил, — не открывая глаз произносит Николай. — Будь у меня молочная грудь, я бы даже Машку час назад не стал тревожить.
— А мальчики не просыпались?
— Нет. И ты тоже крепко спала.
Я и правда выспалась.
— Спасибо, Коля… — шепчу, приближаясь к мужу.
Обвиваю его со спины, скольжу по плечам ладонями, прижимаюсь щекой к его щеке. Прикрываю веки и глубоко вдыхаю его запах.
По телу приятная дрожь, а изнутри льется свет и любовь. Это чувство помогло мне забыть всю боль и женскую обиду.
Помогло залатать раны и расслабиться.
Помогло заново довериться мужу.
И теперь я точно знаю, что Коля никогда меня не предаст.
Он хороший отец. Отличный дед.
И, самое главное, внимательный муж, готовый брать на себя полное финансовое обеспечение нашей жизни и быть нянькой.
В декрете не просто, но с таким мужем, как Коля, все дается мне легко. Я наконец-то получаю от Коли то тепло и заботу, что были в молодости.
И его глаза горят любовью.
…
У Агаты и Николая родились двое крепких здоровых мальчика — Костик и Павлик. Дети стали для Агаты смыслом жизни, она сняла с себя рабочую нагрузку, отсидела три года в декрете, а после осталась преподавать в институте историю по три лекции в неделю.
Николай сумел расширить свое производство и наладить поставку за границу.
Злата переехала от родителей в город спустя два года после родов. Отдала дочку Афину в садик, а сама стала налаживать свой собственный бизнес — салон красоты, специализирующийся на волосах. Папа помог ей раскрутиться и крепко встать на ноги. Когда ее дочке Афине исполнилось шесть лет, Злата встретила достойного мужчину, и через три года в крепком браке у нее родился сыночек Макар.
Первая любовь разбила Маше сердце, но подарила смысл стать сильной и самодостаточной. Она поступила в институт, как и хотела. Родители помогали ей с ребенком, пока Маша училась. А после института молодая красивая девушка начала строить карьеру в крупной фирме, где ее заметил молодой и успешный
