что им будет дозволено — наслаждаться горькими плодами с деревьев, которые приносят те деревья, которые они сами и посадили.
Моя моральная дилемма встала комом в горле, сжимая его так, что мне стало трудно дышать. Я понятия не имел, что должен был выбрать. Ведь речь шла не о безопасности только Мии, она хотела, что я так обезопасил себя и наше будущее. И это было бы слишком цинично с моей стороны — предать верных мне людей в обмен на свое спокойное будущее.
Слишком цинично и слишком низко.
— Нет, я не могу, — слова сами слетеле с моих губ. Слишком тихо и неуверенно, хотя внутри меня бушевала буря. — Прости, но нет.
На мои слова я ждал взрыва — ярость, слёзы или хотя бы упрёк, но Мия промолчала. Тишина, которая повисла между нами, оказалось такой оглушающей, что я невольно прикрыл уши руками, обхватив себя за голову.
Я знал, что это молчание — не просто затянувшееся пауза, а глухая стена, которая навсегда может отделить нас друг от друга.
Я мог убить, я мог пойти против всей своей семьи ради неё, но в этот раз она попросила слишком большую цену за наше счастье.
— Ты знаешь где меня найти, — бросила она мне с каким-то особым презрением и отчаянием, даже не обернувшись в мою сторону.
Мия быстро одела на свое тело толстовку брата и даже не прихватив никаких своих вещей вышла из дома.
Вот так просто. А я не стал останавливать её.
И почему я её не остановил? Да черт его знает!
Я знал, что должен был сказать ей что-то. То, что могло изменить ситуацию, но я не мог этого сделать. Мия была права — я знал, где её найти, но теперь, когда она была так далека, я не знал, смогу ли я это сделать…
Я сидел, погружённый в пустоту, не веря в то, что произошло. Мия ушла от меня, и даже кольцо на её безымянном пальце не смогло её остановить. Дорогие камни могут привлекать женщин, но настоящая ценность заключается в мужских поступках. Хотя я мог бы завалить пол этого дома бриллиантами, в своих действиях я, к сожалению, оказался слаб.
Телевизор, который все это время тихо бубнил на фоне привлек мое внимание, когда я услышал знакомое имя.
Фрэнк Мэттью Стивенс скончался от многочисленных ножевых ранений прямо в палате центральной городской больницы.
— Мать твою! — выкрикнул я в экран телевизора.
— Красиво, да? — услышал я знакомый мужской голос у себя за спиной.
Обернулся и увидел его — человека, которого не ожидал увидеть снова. Его лицо было как всегда умиротворенным, но в глазах читалось что-то зловещее.
— Ты? — произнес я, пытаясь осознать происходящее. — Ты это сделал?
— Немного не так, — ответил он с ухмылкой. — Я доделал то, что ты не смог. Ты не сдержал обещание, Алек!
Тайлер медленно подошел к большому обеденному столу, схватил стул, с силой потянув его к себе, и с характерной вольностью уселся напротив меня. Стул скрипнул под его весом, а сам Тайлер, словно не замечая этого, откинулся назад, положив руки на подлокотники. Скинул со своей головы капюшон и я снова увидел тот шрам, который когда-то оставил на его лице.
— Ты помнишь о чем я говорил тебе, когда дал ее координаты?
Я почувствовал напряжение в воздухе и не мог оторвать взгляд от Тайлера, который, казалось, наслаждался моментом.
Я не помнил, мать его! Не помнил…
— Она теперь моя, — напомнил мне Тайлер с ухмылкой, в его голосе звучала самодовольная уверенность.
По моему телу пробежала дрожь. Как я мог согласиться на такие условия? Чертов идиот!
— Нет! — выпалил я, вскочив на ноги, сердце заколотилось в груди, как бешеное. Я все еще был слаб и чувствовал, как земля уходит из-под ног, и меня слегка шатает, но в этот момент это не имело значения.
И пусть я знал, что не смогу крепко держать в руке свой нож, но перегрызть этому ублюдку горло, даже если руки дрожат, я точно смогу.
— Ты уже не тот Алек, которого я когда-то знал, — произнес он, приближаясь так близко, что я мог почувствовать его дыхание. В его глазах читалась насмешка, а в голосе — холодная угроза. — Тебе не остановить меня. Твоя жена сейчас едет к своему братцу, и мне понадобится не больше получаса, чтобы…
— Ты скрепил наш мир рукопожатием! — прошипел я ему в лицо, перебив. Я был готов разорвать его на части, но слова все еще звучали в голове, как эхо предательства.
— А ты дал мне слово, что убьёшь его, а лишь набил ему морду! — с презрением ответил Тайлер, его лицо исказилось от злобы.
— Я мог бы всё исправить, но ты не дал мне этой возможности!
— Исправить? — ухмыльнулся Тайлер. — Как? Сдать нас всех полиции?
— Откуда ты...
— Уже все знают о том, что она сделала, — тяжело выдохнул Тайлер, его голос звучал как приговор. — Она совершила ошибку, и ты знаешь, что ей за это отомстят. И они не пойдут к тебе, нет. Они пойдут за ней, чтобы ты преподать тебе урок за то, что ты позволил своей женщине допустить такую глупость.
— Я уничтожу любого кто прикоснется к ней! Можешь передать каждому мое послание.
— О чем ты? Больше никто не боится Алека. Все знают, что его приручила юная девчонка, которую ты не смог уберечь даже от своих братьев!
— Это тебя не касается! Безопасность моей жены — не твое дело, Тайлер! — ответил я с яростью, чувствуя, как адреналин бурлит в венах.
— Этой девочке никогда не выбраться из нашего мира. Ты завел ее сюда, а теперь… Посмотри на себя! — продолжал он, его глаза сверкали холодным презрением. — Посмотри! Со мной она будет в безопасности, а ты, Алек, уже не сможешь ей этого дать.
— Только через мой труп, Тайлер, — прошипел я ему, крепко стиснув зубы. — Ты получишь ее только, когда перешагнешь через мой труп. И возможно, я желаю смерти, но обещаю тебе, что буду биться до конца.
— Хочешь смерти? Ты ее получишь, — с усмешкой ответил Тайлер, его глаза заблестели от злорадства. — Но твоя смерть будет стоить тебе всего. Я получу всё. Договорились?
А я задумался о том, как многие убийцы, подобные мне, воспринимают жизнь и смерть. Для нас смерть — это не конец, а лишь еще одна сделка.
Глава 32. На часах была полночь..
Мия
Мне сообщил Люк.
Что чувствует женщина, потерявшая любимого человека? Она
