я наивна. Возможно, назовете дурой и что мне нужно было уехать с Жаном и забыть все, как страшный сон. Но…
— Я не скажу, так, — тихо ответил мистер Мартинес. — Вот только я бы хотел немного поправить Вас, мисс Эванс?
— Мисс Уокер, — быстро уточнила я.
— Да, простите, — мистер Мартинес тяжело выдохнул и достал из внутреннего кармана своего бежевого тренча две фотографии.
На одной из них была запечатлена счастливая молодая пара. Женщина лет тридцати и мужчина немного старше. Они обнимали друг друга под дождем из осенних листьев. Их лица светились от радости и любви. А на другой фотографии эти же люди лежали с пустыми, безжизненными глазами на деревянном полу в луже крови. Дом показался мне знакомым, слишком знакомым.
Мое сердце забилось быстрее, когда я осознала, что это тот самый дом, в котором мы и находились.
— Вы знаете их? — спросил меня мистер Мартинес, внимательно наблюдая за моей реакцией.
Я отрицательно покачала головой на его вопрос. Следователь достал еще одну фотографию. На ней был запечатлен мальчишка лет двенадцати. И этот взгляд мне не с чьим было никогда не спутать.
— Алек, — его имя самое еле слышно слетело с моих губ.
Мистер Мартинес положительно покачал головой, а потом продолжил:
— Это произошло не шесть лет назад, мисс Уокер, а двадцать пять лет назад. В этом доме. Соседи вызвали полицию, когда обнаружили их тела. Вот только их сын пропал. Мы даже думали о том, что это мог сделать он, но потом следствие зашло в тупик. Никаких улик или доказательств. А Джеймс Стивенс повел себя слишком праведно — он не только отыскал этого мальчика, но еще и усыновил сына своего убитого друга Адама. Я все это время искал хоть какуе-то зацепку на Джеймса, чтобы сделать обвинитетельный иск в суд. Я знал, что мотив был только у него, но доказать это не смог. А вы помогли мне в этом, мисс Уокер.
От слов мистер Мартинесе холодок пробежал по моей спине. Я уже слышала эту историю, но в эту секунду она показалась мне по-особенному мрачной…
— Что будет с Алеком? — судорожно выдохнула я, не сводя глаз с его фотографии.
— Я сделаю все возможное, чтобы защитить его, — ответил мне мистер Мартинес. — Но он должен начать говорить.
Алек никогда не станет говорить и мы оба это знали.
— Он не станет говорить, — уверенно сказала я.
— Я уверен, что Вам удастся его переубедить...
В этот момент мой мобильный неожиданно завибрировал, и я, чуть не упустив его из рук, быстро взглянула на экран. Имя Люка светилось ярким огоньком.
Это могло означать только две вещи — либо через пару секунд моя жизнь оборвется, потому что его уже оборвалась, либо мы начнем все с чистого листа вместе. Я глубоко вздохнула и нажала на кнопку принятия вызова.
— Малышка… — услышала я слабый мужской голос.
Мои руки задрожали и я почувствовала как теплые струйки потекли по моим щекам.
— Я не хотел ему давать телефон, — перебил Алека голос Люка. — Но ты ведь знаешь, что у него отвратительный характер!
— Забери меня отсюда… Я больше не могу чувствовать этот больничный запах.
Глава 30. Я не мог поверить в то, в чем она призналась..
Алек
Я мог идти сам, но она настояла на том, чтобы я оперся на ее хрупкое плечо. Я мог сам опуститься на диван в гостиной, но она снова помогла мне и заботливо накрыла мое тело пледом. Мне нравилась ее забота, но я не мог понять, почему это так раздражало меня.
— У меня всего лишь небольшая царапина на животе, а ты ведешь себя так, словно я лишился одной руки и ноги, — сказал я, пытаясь скрыть свое недовольство.
Мия не ответила мне и даже не улыбнулась. Ее лицо было сосредоточено, а изящные бровки нахмурены так, как будто она пыталась решить какую-то сложную задачу.
Я потянул руку к ней и попытался притянуть к себе, но она быстро вывернулась, уклоняясь от моего прикосновения. В ее глазах я увидел недовольство и уязвимость.
— Алек, не начинай, — неожиданно сказала Мия, стараясь сохранить дистанцию между нами. — Я не готова к этому.
А я и не начинал, мне всего лишь хотелось показать ей, что я рядом и всё сложное время миновало. Меня беспокоилось что с того момента, как я покинул стены больницы, она ни разу не улыбнулась мне и постоянно отводила свои глаза в сторону, стараясь даже взглядом не соприкасать со мной. И да, я знал, что эти дни без меня она варилась в адовом котле, но она больше не была одна. Я был снова рядом с ней…
Против её воли, откинул каштановые локоны на один бок и замер, заметив на ее шее следы от чьих-то крупных пальцев.
— Откуда это у тебя? — спросил я её, проведя пальцем по желто-синим следам. — Кто это сделал? Фрэнк?
Мия подорвалась с дивана и быстро повернулась ко мне спиной и я увидел, как ее плечи задрожали. Я знал, что она сильная, но в этот момент она показалась мне слишком хрупкой.
— Ответь мне! — выкрикнул я ей и сразу же ощутил во рту привкус дерьмовый гнева.
— Бастиан был слишком недоволен тем, что я вызвала полицию, — печально улыбнулась она мне в ответ.
Стена молчания повисла между нами. Мне потребовалось время, чтобы осмыслить то, что она сказала.
— Так это ты вызвала полицию… — наконец-то решился я озвучить то, о чем давно и сам догадался, прервав идеальную тишину вокруг нас.
— А как я должна была поступить? — голос Мии прозвучал резко, но тревожно.
— Точно не так! — ухмыльнулся я в ответ. — Ты могла набрать… Бастиана.
— У вас у всех одна методичка, да? — неожиданно выпалила мне Мия.
Да! Бастиан перегнул палку и я обязательно накажу его за это, но он, как не крути, был прав.
— Ты просто должна запомнить, что не при каких условиях нельзя этого делать, Мия, — попытался я разрядить обстановку.
Несмотря на острую боль, я приподнялся с подушки и резко притянул ее лицо к своему. Так близко, что снова ощутил вкус любимых лесных ягод у себя во рту.
— За то, что он причинил тебе боль, Бастиан заплатит, — выдохнул я в ее губы.
— Хватит! Мне надоели твои игры в плохого парня! — перебила меня Мия и ее зеленые глаза засверкали от гнева.
Моя рука легла ей на затылок и снова притянула ее лицо к моему. Она попыталась отстраниться от меня,
