и неудивительно, ведь сёрфинг был его жизнью. Брент держался на волне до последнего, а как только та схлынула, не теряя ни секунды, снова грёб к линии прибоя, готовый покорять следующую.
И так раз за разом.
Прошло два часа. Ветер усилился, волны стали беспорядочнее. Надвигалась буря. Организаторы приняли решение завершить соревнования досрочно. Брент выступал не в качестве официального участника, а скорее как приглашённая звезда, так что никаких наград не получил. Но, судя по его широкой и сияющей улыбке, ему было всё равно.
— Вы это видели? Как же здорово снова оказаться там! — воскликнул он, подбегая к нам и, не дав мне опомниться, подхватил на руки, закручивая в воздухе.
Я рассмеялась, обхватив его за плечи и поддавшись его безграничному восторгу. Почти захотелось попробовать сёрфинг самой.
Почти. Но нет.
Его взгляд вспыхнул радостью, когда он посмотрел мне за спину.
— Мам! Пап! — Брент распахнул руки, явно радуясь встрече. — Ребята, познакомьтесь, это Ники. Ники, это мои родители — Роуз и Генри.
Я смущённо помахала рукой, но Роуз тут же притянула меня в тёплые объятия.
— Так приятно, наконец, встретить девушку, из-за которой наш сын так долго не возвращался домой, — улыбнулась она, отстраняясь, чтобы получше рассмотреть меня.
Затем повернулась к Бренту:
— Она просто красавица.
Щёки запылали, и я невольно придвинулась ближе к Бренту.
— Очень приятно, — выдохнула я, а затем, вспомнив о Бриджит, добавила: — А это моя лучшая подруга Бриджит.
— Рада знакомству, дорогая. — Роуз обняла её не менее крепко, внимательно оглядев. — Какие же вы красавицы, чикагские девочки!
— Перестань флиртовать, Рози, — наконец, заговорил Генри. Его голос был удивительно похож на голос сына, только глубже и более хриплый. Сказывались годы.
Роуз лишь усмехнулась, но всё же выпустила Бриджит из объятий.
— Нам пора двигаться дальше, — напомнил Брент, привлекая внимание. — Джим говорил, что ресторан совсем рядом, прямо на берегу. Так что... Идём? — Он переплёл свои пальцы с моими и повёл нас вперёд.
Ресторан оказался небольшой закусочной у самого пляжа. Единственным указателем, что мы на месте, был Джим, ожидавший нас у входа. Заведение закрыли для посторонних, но это не помешало небольшой толпе собраться неподалёку. Судя по всему, многие из них наблюдали за Брентом на пляже.
Большинство из них были женщины.
— О, Боже, Брент, я тебя обожаю! — завизжала одна.
— Женись на мне, Брент! — выкрикнула другая.
— Брось эту сучку, Брент, и пошли со мной! — последнее прозвучало особенно мерзко.
Эти слова тут же вернули меня в прошлое, напомнив, что ненавистники никуда не делись.
— Голову выше и просто иди вперёд. Не дай им понять, что они задели тебя, — тихо посоветовала Бриджит, кладя руку мне на поясницу. — Тебя это тоже касается, Брент. Не ведись, они только этого и ждут.
Я почувствовала, как он напрягся от злости. Брент не привык к тому, что кто-то обращает подобные слова в мой адрес.
— Брент, пожалуйста, просто идём. Давай зайдём внутрь, — попросила я.
Неохотно, но он подчинился, ускоряя шаг, чтобы быстрее уйти от навязчивых взглядов. Внутри нас встретили и проводили к столику у окна с видом на океан. Я ещё не успела сесть, как Брент притянул меня к себе и поцеловал в лоб.
— Мне не нравится, что она так тебя назвала.
— А мне не нравится, что тебя так любят, — попыталась пошутить я, чтобы разрядить ситуацию.
— Ники, серьёзно. Она не имела права говорить такое.
— Это далеко не первый случай, и уж точно не последний, — пожала я плечами. — Но я... — Я вовремя осеклась, едва не ляпнув «люблю тебя». — Благодарна тебе за то, что тебе не всё равно.
Я надеялась, что он не заметил подмену слов, но, судя по выражению лица Бриджит, она всё услышала.
Хотя если честно, то я ведь не имела в виду «люблю» в романтическом смысле. Просто... Любила его как друга. За то, что он так обо мне заботился.
Да. Именно так.
Брент отодвинул для меня стул рядом с Бриджит, и я с облегчением плюхнулась на него. День вымотал меня до предела, а впереди ещё был ужин с его семьёй и перелёт домой.
— Ники, а чем ты занимаешься в Чикаго? — спросила Роуз, как только мы сделали заказ.
Ну конечно, сразу сложный вопрос.
— У меня диплом по бизнесу, но я пока не нашла подходящую работу. Поэтому сейчас занимаюсь благотворительными проектами, — ответила я, надеясь, что это звучит достаточно достойно.
— Она скромничает, — встряла Бриджит. Я тут же пнула её под столом, но, как и обычно, она проигнорировала меня. — Ники помогает подросткам готовиться к колледжу, обучает их жизненным навыкам, а по вечерам печёт для благотворительных столовых и лично раздаёт еду бездомным, уделяя внимание каждому, кто туда приходит.
Бриджит выставила меня какой-то святой, хотя на самом деле я занималась всем этим лишь для того, чтобы избежать нудных походов в загородный клуб, как того желала моя мать.
— Да бросьте, это ерунда, — отмахнулась я, стараясь сменить тему.
— Это очень благородно, — с восхищением кивнула Роуз.
— Правда, ничего особенного, — пробормотала я, чувствуя, как щеки начинают гореть под градом комплиментов.
— Бизнес-школа, значит? — неожиданно спросил Генри. — Уже решила, чем хочешь заниматься дальше?
Я покачала головой.
— Пока не уверена, — солгала я, не желая раскрывать свою мечту об открытии пекарни.
— А если бы у тебя была возможность выбрать что угодно? — Он не отставал.
— Честно, не знаю, — пробормотала я, чувствуя себя глупо. — Это, наверное, пустая трата образования. Я ведь не использую свой диплом и даже не представляю, когда он мне пригодится. — Родители повторяли мне это с самого выпуска и не уставали напоминать каждый раз, когда я вновь не могла задержаться на работе.
— Нет, это разумный выбор, — неожиданно сказал Генри. — Однажды ты точно найдёшь ему применение.
Я слабо улыбнулась, надеясь, что он прав, но не зная, что сказать в ответ. К счастью, Бриджит снова пришла мне на выручку:
— А ты, Брент, почему выбрал преподавание?
— О, да он всегда был учителем, — рассмеялась Роуз. — С детства думал, что знает больше всех, вечно раздавал советы, как правильно делать то или это. Сводил друзей с ума! А когда понял, что хорош в математике... О, держитесь крепче! Он мог часами забрасывать нас числами и уравнениями, которые никому, кроме него самого, не были понятны.
— Что тут скажешь, — пожал плечами Брент. — Я человек цифр.
— Он умница, — добавил Генри. — И наверняка не рассказывал тебе, что однажды рассчитал, сколько соревнований по сёрфингу ему нужно выиграть, чтобы оплатить учёбу. Он любил сёрфинг, но понимал, что деньги важнее, и
