замолчал. Он только что заметил, что на предплечье Аурианны остался след там, где Скроуп приложил свою руку. Его глаза, обычно полуприкрытые и – искренне или наигранно – беззаботные, широко раскрылись. На лице не осталось и тени цинизма. Он выпрямил спину. А его шрам проявился яркой белой линией поперек губ.
Через секунду все прошло. Он снова откинулся в кресле, прикрыл глаза, надел маску цинизма и заметил:
– Жаль, что Скроуп уже мертв. Я мог бы с ним еще поразвлечься. Вы голодны? Я попросил принести нам чай и что-нибудь поесть. Или вы хотите что-нибудь покрепче?
Аурианна вылечила синяки на руках.
– Уже половина четвертого. Пусть миссис Парсон поспит.
– Миссис Парсон все еще в состоянии пережить маленькое ночное приключение, – сказала экономка, появившись в гостиной с подносом, заставленным фарфором и серебряными приборами.
– Как вы пьете чай? – спросил Мордант, наливая Аурианне чашку. – Немного молока?
– Нет, благодарю вас, – отказалась Аурианна.
– Сахар?
– Нет.
– Никакого веселья. Я мог бы и догадаться.
Аурианна проследила за тем, как Мордант наливает в свою чашку чуть ли не литр молока.
– Веселье? Так вот как вы называете разврат.
– У каждого есть пороки, – ответил Мордант, насыпая в чашку не менее абсурдное количество сахара.
Миссис Парсон поставила перед ними блюдо с печеньем и вазу с фруктами и оставила их наедине.
– Гранаты, – отметила Аурианна.
– Да, и это метафора, – сказал Мордант.
В вазе с фруктами лежал еще и большой и переспелый банан. Аурианна не стала уточнять, был ли и банан тоже метафорой.
Она не прикоснулась ни к чаю, ни к фруктам.
– Что случилось с рукой миссис Парсон? – спросила она.
– С рукой? Ах, это. Несчастный случай с мясорубкой, когда она была еще девочкой. Она показывает забавную пантомиму, когда говорит об этом, вам стоит спросить у нее самой.
Аурианна не считала подобные несчастные случаи забавными, но решила оставить эту тему и не пускаться в нравоучительные рассуждения.
– Нам надо поговорить о том, что случилось сегодня вечером.
– Действительно, – согласился Мордант. – Глупо было туда приходить. Будьте добры, отложите дурацкие костюмированные мероприятия на некоторое время, пока не закончите меня лечить. Мне все равно, что с вами будет потом.
– Нам нужно поговорить не об этом, – сказала Аурианна. – Благодаря этому дурацкому костюмированному мероприятию я получила информацию, которая была мне необходима.
– Вы даже не знаете, полезна ли эта информация.
– И, возможно, никогда не узнаю, потому что вы – раз уж мы говорим о дурацких поступках – убили осведомителя. Вот об этом я и хочу поговорить с вами: о шлейфе из трупов, который за нами следует. Я не решаю так вопросы.
– Но так вопросы решаю я, – ответил Мордант.
– Что ж, по-вашему мы больше делать не будем.
– Я и не говорю, что вы должны что-то делать по-моему. Я говорю, как делать правильно.
– Нет ничего правильного в проникающей травме грудной клетки, вызванной повреждением вилкой и ставшей причиной летального исхода.
Мордант взмахнул рукой в перчатке:
– Когда вы говорите, все становится таким непоэтичным.
– Прошу прощения, вы бы предпочли, чтобы я повторила то же самое пятистопным ямбом?
– Да.
Аурианна не стала, потому что не смогла вспомнить, что такое пятистопный ямб. Она собралась с силами и сказала:
– Мне бы хотелось договориться с вами использовать насилие лишь в качестве крайней меры.
– Но это же какая-то ерунда.
– Не убивать людей хотя бы в течение пяти минут кажется вам ерундой?
Мордант запрокинул голову и со вздохом уставился в потолок.
– Насилие – первое и наилучшее средство. Но, ладно, не стану мешать вам цепляться за иллюзии.
– Тогда мы договорились: больше никаких трупов.
– Меньше трупов.
– Никаких.
– Меньше.
Они уставились друг на друга. Аурианна осознала глубину пропасти между ними – в вопросах морали, этики, законопослушности. Все, что казалось ей точками соприкосновения, стало не имеющим значения.
– Почему вас так пугает смерть? – задал ей вопрос Мордант.
– Смерть меня не пугает. Я близко – слишком близко – знакома со смертью. Проблема в том, что вы убиваете, не задумываясь.
– Я никого не убиваю бездумно, – возразил Мордант. – Я профессионал. Я оцениваю ситуацию и действую соответственно.
– И я профессионал и сохраняю жизни, а не отнимаю их как на скотобойне.
– На скотобойне? А это хорошая идея.
– Хорошая идея для чего?
– Не забивайте голову. Это неважно.
– Давайте перейдем к тому, что важно. К имени, которое назвал мне Скроуп.
– Давайте. Так какое имя он назвал? – уточнил Мордант.
– Бардольф Уэллсли.
Мордант резко выпрямился.
– Уэллсли? В самом деле?
– Вы его знаете?
– Это же один из ближайших соратников Королевы Уэссекса. Влиятельный. Богатый. Как вы можете не знать его?
– Я не слежу за тем, что происходит у королей и королев. Мой Орден вне политики, – заявила Аурианна.
– Как и мой, формально, но это не значит, что я живу, ничем не интересуясь, – ответил Мордант. – Каждый Орден находится под контролем кого-то из королевских особ, и ваш не исключение. И решается это на высшем уровне.
– Вы неправы.
– А вы наивны.
Они снова впились друг в друга взглядами.
Мордант пожал плечами и продолжил:
– Королева Уэссекса – самый могущественный монарх в Десяти Королевствах. А вот Бардольф Уэллсли, хм. Интересно, конечно, если это правда. Но, может, и нет. Вероятно, Скроуп хотел произвести на вас впечатление громким именем.
– Если это правда, то зачем кому-то из приближенных Королевы Уэссекса отправлять людей в Лебединый камень? – недоумевала Аурианна. – Люди же не настолько глупы. Если, конечно, не считать одного выдающегося идиота, который вломился в замок, чтобы найти меня, доверившись волшебным сказкам.
Выдающийся идиот лишь прищурился.
– Что может быть такого в замке, чего Уэллсли не смог бы получить иным путем? – размышляла Аурианна. – Или же он хотел что-то уничтожить? Истории болезни пациентов? Подготовленные к публикации статьи? Наши архивы? Деньги в нашем хранилище?
– Уэллсли богат. Деньги вашего Ордена его не заинтересовали бы.
– Если бы Скроуп был еще жив, мы могли бы выяснить у него, откуда он получил такую информацию, – упрекнула Морданта Аурианна.
– Если бы он был еще жив, он бы истязал Керис до тех пор, пока она не рассказала ему, кто вы такая и где вас найти. И узнал бы слишком много лишнего. И мне все равно пришлось убить его.
– Не выдумывайте.
– Кто из нас лучше знаком с преступниками и их психологией?
– Вы, – признала Аурианна. – Вы же один из них.
– Прошу прощения? Я? Такая же грязная крыса, как Скроуп? Разве вы не видели, где я живу?
Аурианна осмотрелась по сторонам. Сточной канавы в самом деле видно не было, поэтому она
