напуганная внезапным видением.
Что это было, чёрт возьми? Это точно не воспоминание. Оно слишком безумно провокационное и сексуальное. Я бы запомнила, если бы что-то подобное произошло в моём прошлом. Ничто не могло бы стереть этот образ из моей памяти.
Я быстро моргаю, чтобы прояснить зрение, и прижимаюсь лицом к двери, боясь что-нибудь упустить, пока мой разум не в себе. Я ожидала, что выйду и застану Гейба на какой-нибудь эксклюзивной вечеринке, возможно, с какими-нибудь развратными стриптизершами или ещё на чем-нибудь таком, частью чего он не хотел бы видеть свою игрушку для траха. Но теперь, когда я вижу, что происходит на самом деле, я ни на секунду не могу оторвать от этого глаз. Такое чувство, что каждое мгновение имеет решающее значение для понимания того, что, чёрт возьми, происходит.
Я на секунду задерживаю взгляд на гигантском блондине, прежде чем перевести его на высокого парня в костюме, который выглядит дорогим и идеально сидит на его безупречной фигуре. Я бы сказала, что он самый красивый мужчина из всех, кого я видела, но я уже видела Гейба обнажённым, и каким бы великолепным ни был этот парень, он не сравнится с ним. Но что-то в его ледяных голубых глазах задевает меня за живое, а его суровое безразличие, так явно выраженное на лице, кажется мне более чем знакомым. Я знаю этого человека. Возможно, даже близко.
Моё зрение снова затуманивается, и я вижу лицо холодного парня всего в нескольких сантиметрах от себя. Я почти чувствую, как его рука прижимается к моему горлу, когда он толкает меня назад, в какую-то стену. Я помню, как испугалась и в то же время возбудилась, а потом Дин что-то прошипел мне в лицо. Дин! Я знаю его имя. Не знаю как, но я уверена, что его зовут Дин. А потом, словно кто-то шепчет мне на ухо, я слышу: Дин Блэкмур.
Я без тени сомнения знаю, что это правда.
И вместе с этим знанием на меня обрушивается поток воспоминаний:
Я кружусь перед зеркалом в полный рост и рассказываю о своей свадьбе. Босые ноги несут меня вниз по холодным каменным ступеням, а белое платье, похожее на халат, пропускает сквозняки, от которых я продрогла до костей. Мрачная комната с большим каменным алтарём в центре. Острая боль пронзает мою голову, и я закрываю глаза, прижимаю кулак ко лбу и сгибаюсь пополам, ослеплённая.
И тут раздаётся первый выстрел. Меня что, подстрелили? Нет, это бессмысленно. Я все ещё в сознании, всё ещё жива. Сердце подпрыгивает к горлу, и я могу думать только об одном: где Гейб? С ним всё в порядке? Я с трудом открываю глаза, боль затуманивает мой взор. В ужасе я смотрю, как Рико отходит от свежего трупа, заливающего пол сарая кровью. Затем Даллас подходит к мужчине, которого охранял, и, не колеблясь ни секунды, всаживает ему пулю в голову.
Мне приходится зажать рот, чтобы заглушить возглас ужаса, который я издаю при виде разворачивающегося передо мной кошмара. Я знаю, что будет дальше: Нейл тоже подходит, и на его обычно дружелюбном лице появляется каменная решимость, когда он стреляет в своего пленника. Меня пугает то, как легко друзья Гейба могут лишить кого-то жизни, сделать это без раздумий, без колебаний.
Когда Гейб подходит к человеку, с которым он вышел из клуба, меня чуть не тошнит. Я не знаю, насколько это связано с пульсирующей болью в моей голове и насколько с тем, что холодные, бесстрастные глаза Гейба говорят мне, что он будет действовать без угрызений совести, как и его товарищи по клубу. Он даже не вздрагивает, когда кровь брызжет ему в лицо, а меня начинает трясти, когда я вижу, как мужчина, в которого я начала влюбляться, хладнокровно убивает кого-то.
Меня охватывает ужас от осознания того, что меньше часа назад я позволила ему поцеловать меня, быть внутри меня. Я борюсь с отвращением, подступающим к горлу, потому что нужно убить ещё одного связанного пленника. Но он не смиряется со своей участью. Поднявшись на ноги с впечатляющей для человека его комплекции ловкостью, массивный бородатый мужчина врезается лбом в крепкого парня, который сидел рядом со мной за завтраком этим утром.
Моё сердце бешено колотится в груди, когда он бросается на черноволосую девушку. И теперь я уверена, что в прошлой жизни мы с ней были соперницами, потому что облегчение, которое я испытываю, видя, как этот мужчина набрасывается на неё, глубже, чем просто надежда на то, что он действительно выйдет из этой передряги живым. Я хочу, чтобы он причинил этой девушке боль. Хоть я и не знаю её имени, я уверена, что ненавижу её всем сердцем, и теперь я точно знаю, что это из-за неё. Она причина того, что все эти люди умирают.
Но моё мимолётное предвкушение разбивается вдребезги, когда не кто иной, как мой возлюбленный, крепко хватает за руку оставшегося пленника, а Нейл помогает ему, и вместе они с такой силой швыряют здоровяка на пол, что сарай сотрясается. С поразительной силой они ставят мужчину на колени, и Марк сам делает шаг вперёд, чтобы всадить в него последнюю пулю.
Когда последний заключённый падает замертво, я словно освобождаюсь от чар, удерживающих меня на месте. Не думая ни о чём, кроме побега, я бегу через усеянный камнями двор обратно в клуб. Я не осмеливаюсь оглянуться, чтобы проверить, заметил ли меня кто-нибудь. Я могу думать только о том, что мне нужно сбежать.
Ворвавшись в гостиную, я лихорадочно оглядываюсь по сторонам, пытаясь составить хоть какой-то план. Но, похоже, мой мозг решил вывести меня из строя. Перед глазами мелькают образы, и я вслепую бреду в сторону коридора и спальни Гейба. Больше всего на свете я хочу сбежать из этого дома, скрыться от того, что я только что увидела, но с такой скоростью я не пройду и сотни футов, и теперь я уверена, что это Дин Блэкмур и та девушка, Афина? Те, от кого Габриэль пытается меня защитить.
Но это даже не имеет смысла, потому что он только что защитил девушку от единственного человека, который пытался ей противостоять. Сегодня вечером он казнил члена своего клуба по приказу Дина. Как я могу доверять Гейбу, если он работает с моим врагом?
Я едва добираюсь до его комнаты, как передо мной возникают образы поместья Блэкмур, загородного клуба и человека, которого я считаю своим отцом. У меня нет времени
