Витя.
— Почти, — Птица хитро улыбается. Не нравится мне такая загадочность. Он пялится в телефон и идёт в сторону входной двери. А потом я слышу знакомый голос, он пробирает до неприятных мурашек во всем теле. Зернов тоже бросается к двери. Я сижу, не оборачиваясь, не хочу видеть её.
— Ты знаешь кто пришёл? Наша Ангелина. Вот это совпадение, — Аверина, наоборот, смотрит вовсю.
— Согласен. Наверное, они знакомы, — опять забываю, что Даша не знает, про наше с Гелей прошлое. Теперь ей и незачем знать. — Посиди секунду, я хочу кое-что спросить у Серёги.
Мне все таки приходится посмотреть на Очкарика. Она сегодня красивая, в скромном платье по фигуре, с распущенными волосами, а ещё без своих привычных браслетов, только тоненькая цепочка с сердечком блестит на левой руке. На правом запястье можно без труда рассмотреть букву А. Ей идёт. Она улыбается и смотрит так, будто ничего и не произошло.
— Птица, а она что здесь делает? — я отвожу его в сторону.
— Я пригласил, — он выглядит довольным, как слон.
— С какой целью?
— Чтобы вас помирить. Вы же не можете друг без друга.
— Давай я сам буду решать, как могу, а как нет, — я говорю ему, а сам все время слежу за Очкариком. Она уже подошла к дивану и теперь общается с Дашей. — Как я должен Даше объяснить её появление? Она ведь не в курсе.
— Ну, я не знал, что ты приведешь Дашу, — он делает равнодушный вид, типа твои проблемы — ты и решай. Друг называется.
— Она, как бы, моя девушка, кого я должен привести?
— Ну раз она твоя девушка, то с ней и бухай. А ещё рассказывай, как ты любишь другую. Мне надоело слушать.
— Я так говорил?
— Ага. И не только. Напомнить?
— Не надо. Хорошо, что я был не в себе. Ты же понимаешь это?
— Сокол, с тобой стало сложно. Давай уже заниматься делами. И прошу тебя, ищи себе другого собутыльника. Моя печень просит пощады.
— Больше не приду, обещаю.
Я возвращаюсь на свое место. Очкарика уже нет. Мне жутко хочется посмотреть, куда она пошла, но я стараюсь держать себя в руках.
— Прикольные у тебя друзья.
— Самому нравятся, — я все таки окидываю быстрым взглядом комнату. Ангелина о чем-то шепчется вместе с Птицей. Он ещё и предатель. Пригласил её, хотя знает, что мне непросто её видеть. В последнее время я итак слишком много злюсь, надо учиться держать себя в руках и не показывать лишних эмоций.
— Даша, держи, тебе шампанское, — Зернов протягивает ей бокал с шипучей жидкостью. — Тебе, Сокол, что налить?
— Сока.
— Точно? — он ещё и улыбается, всем своим видом показывая, что все обо мне знает.
— Точнее некуда.
— Ну тогда сам сходи и налей. Вон там стоят безалкогольные напитки. Алкоголь, если что левее, — и подмигивает мне, скотина. — Даш, а хочешь я покажу тебе свою футбольную коллекцию?
— Без Артема я не пойду, — она прижимается ко мне и кладёт голову на плечо.
— Я пас. Ненавижу футбол, и в сотый раз смотреть это не хочу. А ты сходи, если интересно. Я пока покурю.
— Сокол никогда не убежит, только если улетит, — Витя ещё и юморист.
— Ладно, я быстро, — Аверина нехотя встаёт с дивана и идёт за Зерном. С чего это вдруг он решил ей показать свои футбольные штучки?
Я накидываю куртку и выхожу на террасу. Она даже больше, чем наша, а вид почти такой же. Подхожу к перилам и смотрю на ночной город. Дверь сзади открывается. Видимо, кто-то решил присоединиться. Я оборачиваюсь, можно было бы догадаться, кто пошёл следом. Ангелина стоит без шапки и в лёгкой курточке, которую она запахивает дрожащими от холода руками. Мне хочется обнять её и согреть, но я гашу в себе это желание и отворачиваюсь.
Глава 46
АНГЕЛИНА
Едва оказавшись дома, отрубаюсь моментально. А утром все произошедшее ночью кажется сном. Только я точно знаю, что это была самая настоящая реальность. И окунувшись в неё я уже не хочу возвращаться к привычной жизни. Моё решение расстаться выглядит глупым и неправильным. А что, если я делаю ошибку, о которой потом буду жалеть?
С этими мыслями собираюсь в универ. Соколовского там не будет, вряд ли он в таком состоянии сможет появиться, а значит и бояться мне нечего. Сомневаюсь, что он вообще вспомнит наш ночной разговор.
Я захожу в аудиторию и привычно здороваюсь со всеми. А вот что для меня в новинку, так это оглушающая тишина в ответ. Одногруппники продолжают заниматься своими делами, будто не слышат и не видят меня. Однажды я уже была невидимкой в классе. И вот опять это чувство, что тебя нет для окружающих.
— Муромцева, решила появиться? Звезда ты наша, — Колесникова заходит в аудиторию и тут же обращается ко мне.
— Я болела, — вру, не моргнув глазом.
— Ну, конечно, — она говорит это таким тоном, словно испытывает ко мне неприязнь. Хотя я не сделала ей ничего плохого, собственно, как и всем остальным. — Сегодня новая тема. Но перед этим давайте устроим опрос по предыдущей. Ангелина, готова?
— Не особо, — первый раз в моей жизни, когда я даже не знаю, какая тема была на прошлой лекции. Я просто выпала из учебного процесса почти на две недели.
— Печально. Двойку, как в школе, конечно, не поставишь, но вот минус бал на экзамене вполне, — она делает свои пометки в журнале.
Видимо, я что-то пропустила. Почему все так резко поменяли отношение ко мне?
Риты с Дашей нет. Значит, и спросить мне не у кого. Не буду же я подходить к каждому и уточнять: "Почему ты меня игнорируешь?"
После первой пары я выхожу в коридор, пытаясь понять, что вообще происходит. В толпе студентов стоит Князев. Кажется, он единственный, кто видит меня и даже приветственно машет рукой.
— Привет, — я подхожу первой.
— Привет, — он довольно дружелюбно улыбается.
— Ты общаешься со мной?
— А не должен?
— Вся моя группа, включая Колесникову почему-то не особо вежливы сегодня.
— Странно, я сам только первый день, как пришёл. Синяки наконец-то стали совсем незаметны.
Как-то за своими проблемами я уже начала забывать, где и по какой причине от их заработал. Но выглядит он, и правда, намного лучше.
— Если что-то узнаешь, расскажешь?
— Конечно.
— Спасибо, — я хочу вернуться в аудиторию.
— Геля, если тебе нужна моя помощь, не стесняйся.
— Думаю, справлюсь.
Оставшиеся лекции проходят спокойно, если учесть, что со мной никто не общается, а преподаватели странно косятся. Мне не
