понимаю.
— Это Джексон Кинг и Дин Блэкмур, — без обиняков говорю я, больше всего на свете желая, чтобы мне не приходилось их представлять, как будто она и так не знает, кто они такие.
— Тебе так повезло, — с завистью говорит Уинтер, окидывая Дина пристальным взглядом. Кажется, он нравится ей ещё больше, она перекидывает свой длинный светлый хвост через плечо и кокетливо теребит его кончик. — Я Уинтер Ромеро.
— Приятно познакомиться, — вежливо говорит Дин. Джексон просто игнорирует её, что, как я ясно вижу, раздражает её, а у меня в животе появляется небольшое тёплое чувство.
— Боже, я бы все отдала, чтобы жить с тремя такими великолепными парнями. Ты, должно быть, самая счастливая девушка на планете, Афина, — говорит Уинтер, улыбаясь мне, хотя улыбка не доходит до её глаз. — Просто прелесть для глаз весь день, каждый день.
— Конечно, — бормочу я, зная, что Дин меня слышит, и прекрасно помня, как он отреагировал на то, что в тот первый день я наставила девочку на путь истинный на уроке английского. Последнее, что мне нужно, это какое-то вуайеристское наказание здесь, на виду у всех, и я не совсем уверена, что им это не сойдёт с рук.
Мы ждём у боковой линии, когда начнётся игра, игроки выбегают на поле. Я сразу же замечаю Кейда, и Уинтер завистливо вздыхает.
— Боже, он в ударе, — говорит она, провожая взглядом Кейда, который пересекает поле. — Как ты вообще выбираешь? Они все такие аппетитные.
Я закатываю глаза, чтобы убедиться, что меня никто не видит, и пытаюсь сосредоточиться на игре. На самом деле я ничего не знаю о регби и его правилах, но это сложный вид спорта, который меня удивляет. Я бы никогда не подумала, что Кейд способен на что-то настолько жестокое, но, возможно, ему нравится это насилие. Ещё более удивительно то, что его отец позволяет ему это делать, что заставляет меня задуматься о Кейде так, как я не думала раньше. Может быть, в нём есть бунтарская натура, о которой я не знаю.
Пока мы с Мией пытаемся следить за игрой, я вижу, как Уинтер протискивается между двумя парнями, переводя взгляд с Джексона на Дина, и что-то тихо говорит им. Джексон смеётся, и я снова чувствую это жжение в животе, ревность, о существовании которой я даже не подозревала. Я даже не хочу их, думаю я про себя, но ощущение тошноты в животе говорит о другом.
Правда в том, что я больше не знаю, чего хочу. Всё, что, как мне казалось, я планировала в своей жизни, перевернулось с ног на голову, и теперь мне кажется, что моя жизнь превратилась в череду запутанных событий, одно за другим.
Команда Блэкмура выигрывает матч, что неудивительно. Даже на мой неопытный взгляд, всё это время казалось, что они убивают соперников. Они празднуют победу, кричат, подбадривают и толкают друг друга в грудь по всему полю. Затем Кейд срывается с места и направляется в нашу сторону. Он потный и грязный, в нескольких местах к нему прилипла трава, и, несмотря ни на что, я чувствую волнение, когда он шагает к нам.
Уинтер, кажется, вся светится, когда Кейд ныряет под канат, отделяющий нас от поля.
— Кейд Сент-Винсент! — Визжит она. — Я так много о тебе слышала. Я не могла дождаться встречи с тобой. Поздравляю с победой.
Кейд смотрит на неё, его взгляд скользит вверх и вниз по её телу, прежде чем он пожимает плечами.
— Не могу сказать, что когда-либо слышал о тебе, — прямо говорит он, а затем хватает меня за локоть. — Пойдём, Афина.
— Что... — начинаю я, но он уже тащит меня за собой, и я вдруг понимаю, что он ведёт меня в мужскую раздевалку. — Не думаю, что мне стоит туда заходить...
— Ты пойдёшь туда, куда я скажу, — огрызается он. — Давай.
Он явно не в духе, несмотря на победу, и я ломаю голову над тем, что я могла сделать, чтобы расстроить его. Впрочем, мне не пришлось долго ждать.
Как только мы оказываемся внутри, он пинком захлопывает дверь и хватает меня, разворачивает к одному из шкафчиков и с силой прижимает к нему. На секунду у меня перехватывает дыхание, и мои глаза расширяются, когда я смотрю на него, нависающего надо мной.
— Кейд, — шепчу я, чувствуя, как моё сердце начинает бешено колотиться. — Что происходит?
— Я слышал, у тебя что-то было с Джексоном, — мрачно бормочет он, глядя на меня сверху вниз. — Далеко от дома, только вы двое.
— Ничего сверхъестественного. — Я вырываюсь из его объятий, но его ладони крепко сжимают мои, почти оставляя синяки. — Кейд, ты делаешь мне больно.
— Хорошо. — Его зелёные глаза темнеют, жадно вглядываясь в моё лицо.
— Не утруждай себя преуменьшением. Я и так знаю. У нас нет секретов друг от друга, у нас троих. Джексон сказал мне, что полизал твою киску. — Его бёдра прижимаются ко мне, и я чувствую, какой он твёрдый. Он трётся о моё бедро, и, вопреки моему желанию, с моих губ срывается тихий стон. Моя задница, прижатая к шкафчику, болит, и ладони Кейда на моих руках причиняют боль, но я чувствую, что возбуждаюсь. — Ты хочешь, чтобы я полизал твою киску, малышка?
Я быстро качаю головой.
— Нет, — шепчу я.
— Не лги мне. Только плохие девочки врут. Плохих девочек наказывают. — Кейд прижимается ко мне сильнее, и я всхлипываю.
— Мне больно, Кейд. У меня болит задница.
— А что, если я ещё раз её выпорю? — Может быть, на этот раз я воспользуюсь кнутом. Ты заслуживаешь этого за то, что солгала мне.
— Я не хочу, чтобы ты это делал.
— Я слышал, ты и отсосала ему. Узнала о его маленьком сюрпризе. Тебе понравилось?
— Нет. — Я качаю головой, но мой голос звучит далеко не убедительно.
— Теперь я знаю, что ты мне лжёшь. — Кейд хватает меня за руки и прижимает их над моей головой к шкафчику, в то время как другая его рука ложится мне на грудь. — Держу пари, если бы я прямо сейчас стянул с тебя эти джинсы и трахнул тебя у этого шкафчика, ты бы кончила на мой член, сказав, что не хочешь этого, и умоляя меня остановиться. Ты такая маленькая лгунья, Сейнт. И ты заплатишь за всю эту ложь.
Его бёдра снова вжимаются в меня, его рука сжимает мои запястья так сильно, что я чувствую, что начинаю терять кровообращение.
— Почему ты не вела себя так со мной? Ты ведёшь себя так, будто сосать мой член
