Она устремлялась ему навстречу, тяжело дыша и налегая грудью на его тело. Каждый раз когда он находил место, к которому хотел прикоснуться, Дженнифер замирала на секунду, чтобы Джек почувствовал ее тело, а затем отталкивала его своей огнедышащей грудью, заботясь прежде всего о собственном удовольствии.
Потом она прижала Джека к стене. Ее натиск был так силен, что оторвались еще несколько колец занавески.
Из горла Дженнифер вырвался пронзительный стон, и она подалась назад так резко, что Джек закричал. Опустившись на колени, она взяла его пенис губами. Просунув руки под занавеску, Дженнифер завела их за ноги Джека и сжала его ягодицы. Несмотря на отчаянные крики любовника, она крепко держала его.
– Ты совершенно больная! – кричал Джек. – Прекрати!
Дженнифер снова поднялась на ноги, готовясь получить очередную порцию удовольствий.
– Ты большой человек, Джек. Она не нужна тебе. Ты же директор, и это твоя идея.
– Но на ее стороне будет закон, если она обратится в профсоюзный комитет. – Джек застонал. – Я готов, Джен, я хочу проникнуть в тебя.
– Сейчас. – Если бы не несколько оставшихся колец, то занавеска сорвалась бы и упала между их соприкасающимися животами. – Будь уверен, она тоже многое потеряет, Джек.
– Каким образом?
Дженнифер наклонила его голову. Она водила грудями по лицу Джека, так что соски то и дело попадали ему в рот.
– Все, что бы она ни сделала, в большей степени, несомненно, повредит ей самой. Объясни ей, что она потеряет, если останется.
– Она очень честолюбива, – возразил Джек.
Дженнифер задрожала, затрепетала, крепко обхватив руками бедра Джека, – она получила наконец то, что хотела.
– Теперь моя очередь, – сказал он.
– Попробуй убедить ее: пусть попытается добиться успеха где-нибудь в другом месте. Иначе у нее возникнет конфликт с коллективом. А это будет работать против нее, если она вдруг решит бороться. Сделай так, Джек, поговори с ней.
– Ты кое-что упускаешь из виду. Я думаю, у нас возникла проблема, о которой мы пока даже не догадываемся.
– А теперь – то, что ты хотел, – сказала Дженнифер, направив его член так, что он глубоко ушел в ее плоть. – Желаю приятно провести время, Джек.
Джек хрюкнул от удовольствия. Холодные струи воды смыли с него пот.
– Гэвин…
– Только не сейчас, – пробормотал он. – Гэвин слаб. Если бы он начал задавать вопросы, то получил бы в ответ какую-нибудь историю о переезде.
– Если бы ты позволил мне договорить, то услышал бы, что я собиралась предложить тебе оставить Гэвина мне.
Давление Джека усилилось. Дженнифер забралась на край ванны, оперлась о стену рядом с ними развела в стороны свои великолепные колени.
– Потянись за мной, Джек. Это всегда лучше, если хочешь что-то получить.
Занавеска все еще мешала Джеку. Он привстал на цыпочки. Чтобы удержать равновесие, Джек крепко обхватил скользкое от мыла тело Дженнифер.
– Да, да, – промолвила она, используя свое гибкое тело гимнастки в качестве орудия сексуальной пытки. – С Гэвином проблемы не будет.
– Давай отложим этот разговор ненадолго.
– Я прекрасно справляюсь с несколькими делами одновременно, Джек, и могу позаботиться о том, чтобы немного помучить художника. Это не составит мне никакого труда.
– Я не хочу неприятностей.
– Доверься мне, Джек, и их не будет. Если где-нибудь произойдет какой-то срыв, то я сама справлюсь с этим.
Джек вытащил пенис из влажной плоти любовницы. Он тоже забрался на край ванны, присев так, что его бедра оказались рядом с бедрами Дженнифер, и схватился за перекладину занавески. Руки Джека сжали ржавый металл, и он попытался снова проникнуть в Дженнифер.
Дженнифер рассмеялась.
– Неунывающий оптимист, – сказала она, когда поняла, что Джек уже выдохся.
И тут перекладина сорвалась вниз, и они грохнулись на пол ванной, запутавшись в занавеске.
Нэсти дождался звонка от Романа.
– Иногда Дасти ведет себя как старая дама, – сообщил он другу. – Он тебе все объяснит.
– Мы всегда говорили, что тебе нужна хорошая женщина.
– Пока вы с Дасти играете в сватов, я по уши увяз в дерьме.
– После позапрошлой ночи случилось что-нибудь еще?
– Нет, – фыркнул Нэсти. – Просто я никак не могу восстановить дыхание.
– Как рука?
Нэсти попытался согнуть забинтованный одеревеневший большой палец на левой руке.
– Дасти еще не утратил свою квалификацию, палец не отвалится.
– Думаешь, это проделка колумбийца?
– Подобное вообще не должно было произойти.
– Я не о том спрашиваю.
Нэсти оторвался от листа, на котором рисовал портрет Дасти, и взглянул в открытую дверь студии. Полли работала над сценой о скульптурах на улицах. Сегодня Джек Спиннел отвел Нэсти в сторону и заявил, что не выпустит ее из поля зрения, так что средь бела дня, во всяком случае, он всегда будет рядом с ней, поэтому они могут ничего не бояться.
– Нэсти, слышишь?
– Да. Я не уверен, что это дело рук колумбийца, но все может быть. Чувствуется, что на этот раз история должна была закончиться печально, не так ли?
– Месть?
– Похоже на то. Я мешаю им, ведь они считали, что меня уже нет в живых.
Роман прищелкнул языком.
– Тебе надо получше присматривать за тылом.
– Я и так все время начеку. – Нэсти вспомнил, что обещал Бобби забрать его из магазина Дасти до того, как зайдет за Полли. – Она понравится тебе, Роман, так же как и Финикс.
– Если ты любишь эту женщину, то мы ее тоже полюбим. Думаешь, ее используют для того, чтобы выйти на тебя?
– Она не понимает этого.
– Я о ней и не говорю.
Нэсти задумался.
– Да, я полагаю, что они поступают именно так. Возможно, мне придется спрятать ее.
– А она согласится на это?
– Согласится ли она бросить шоу? Скорее всего, нет, хотя она и опасается за Бобби. Это обстоятельство может повлиять на ее решение.
– Возможно, ты ошибаешься, Наст. – Роман никогда не был оптимистом. – Кроме того, если это люди из Боготы, то у нас возникла серьезная проблема.
– И на сей раз мы не имеем официальной санкции на ответные действия, – заметил Нэсти, прежде чем осознал, что Роман сказал «мы». – Это у меня нет официальной санкции на какие-то действия. А ты уже готов приехать как заботливый опекун, мой старый друг. Но все же это моя проблема, а не твоя.
– Я что-то не припомню, чтобы ты не совал свой нос в мои дела, когда понимал, что мне нужна помощь.
Нэсти переставил на столе зеленого стеклянного дельфина. Подарок от Финикс заставил его вспомнить о ней и улыбнуться.
– «Нужна» – это слишком серьезно. Я пока не уверен, что мне нужна чья-нибудь помощь. Если она понадобится, то я тебя позову.
