в психологическом насилии. Манипуляции, подрыв самооценки, изоляция от знакомых…
Такое действительно сложно доказать. Но этого достаточно мне, чтобы подтвердить мои домыслы. Каминский действительно отличный манипулятор.
А дальше в папке ещё больше информации.
Я изучаю всё жадно. Одного понять не могу — почему этого не было заметно раньше. Нельзя подобное скрыть.
Либо Каминского кто-то пытается просто окончательно закопать… Либо Лев искусно умеет играть. Манипуляторы этим славятся.
Потому что мой муж и так достаточно ублюдских поступков совершил. Его никак не оправдать. Тут не нужны лишние поводы, чтобы уйти.
Достаточно было лишь увиденного на дачи. Лев и моя дочь… Ух, до сих пор тошнит от той картины.
Всё остальное — вскрывшиеся инфекции. Когда ты идёшь горло проверить, а выплывает миллион скрытых болезней. Так и со Львом произошло.
Вскрывшийся нарыв, полный отвратительного гноя.
Мой муж — гнилой человек.
Мой главный провал как аналитика.
Я перечитываю старые обвинения. Каминский тогда был моложе, мог не знать, как себя вести? Как манипулировать правильно?
Со мной он ведь совсем другим был. Да, оглядываясь в прошлое… Я могу заметить моменты, в которых он ограничивал.
Легко, постепенно. Просто я не из тех женщин, которых можно в четыре стены загнать и принудить к чему-то. За десять лет у Каминского мало чего получилось.
Но получилось.
Вспоминаю, как раньше я Максима всегда одёргивала, чтобы не болтал слишком много при посторонних. Потому что он выдумывать любит, а слухи…
Слухи меня мало интересовали до брака с Каминским. Но он ведь не простой мужчина, нужно оглядываться.
Первый муж к этому относился намного проще. Во многом собственной семье наперекор пошёл.
И водитель… Я отказывалась от этого постоянно, меня бодрило самой водить машину. Но Каминский аккуратно поднимал эту тему раз за разом.
Продавил, когда появился Даня. Тогда я просто не успевала всё, была довольно уставшей. Согласилась.
И таких примеров — есть много. Но все они мелкие, незаметные в море других поступков. А с микроскопом изучишь… И страшно становится.
— Ты в порядке? — брат замечает что-то на моём лице, обеспокоенно всматривается. — Карин…
— Да, — я натянуто улыбаюсь, поспешно киваю. — Просто обдумывала. Ну… Полезно знать, с кем десять лет прожила, да?
— Моё предложение его в подворотне встретить — всё ещё актуально. Чисто для удовольствия.
— Для удовольствия я грушу бью. А ты — не лезь. Я серьёзно, Макс. Мне нужна другая помощь. Ты привык решать проблемы по-своему, но я хочу это закончить правильно.
— Правильно? После всего, что Каминский натворил?
— Я не должна опускаться на его уровень, чтобы победить.
Это совсем не то, что я думала совсем недавно. Я готова. Я буду. Драться грязно и подло, если понадобится.
Но с подобной информацией… Всё может закончиться намного быстрее и проще.
Я прикрываю тыл со всех сторон. Охрана для детей и меня. Информация для развода.
Регина на стороне Льва меня раздражает, но это не критично. Адвокат разберётся, я не сомневаюсь. А я своих союзников собираю.
Борис хотел встречи, поэтому я соглашаюсь. Ожидаю… Всего, на самом деле. И подставы, и шантажа, и намёка на цену.
Детектив находит мне информацию, что бизнес Тигиринского идёт не так хорошо, как раньше. Несколько провальных проектов.
Теперь я понимаю, почему Борис разговаривал с Каминским. Тот разговор, который подслушала Регина. Попытка получить деньги.
Тигиринский умён, его бизнес не тонет. Но лишняя помощь не помешала бы, чтобы укрепиться и не падать.
— Я готов выступить, — произносит Борис. — Подтвердить всё. Но взамен попрошу кое-что. Ты можешь отказаться.
— И ты выступишь на стороне Льва, — я хмыкаю, медленно делаю глоток кофе. — Занятно.
— Нет, не выступлю. И то, что могу сказать — скажу на суде. Независимо от твоего решения. Я сказал, что прошу, а не требую, Карина. И я готов заплатить, не вопрос. И учитывая твой декрет, понимаю нехватку времени… Был бы признателен, если бы ты нашла время для работы.
Я говорила, что Тигиринский умён, да? А он такой. Он отлично понимает, что инвестиция — это временное решение, если ничего не поменять в самой фирме.
Поэтому вся его просьба — это сделать анализ для его фирмы. Найти другое направление, просчитать риски и доходы.
Всё это с посылом, что я ничего не обязана. Мол, мужчина и так поможет. А вот если я захочу помочь в ответ…
Но этим Борис загоняет меня в рамки благодарности.
Конечно, я бы могла отказаться. Вроде как он это поймёт. Но с его попытками помочь — это будет так некрасиво.
Я говорила, что мне плевать на красоту?
Я не благопристойная принцесса, с которой птички поют. Я ведьма королевской крови, которая всё снесёт на своём пути.
— Посмотрим.
Я пожимаю плечами. Всё будет зависеть от времени и исхода суда. Если развод будет тянуться много месяцев — мне будет не до работы.
Если не найду чем заняться ночью, после того как детей уложу — посмотрю. Большего я Борису не обещаю.
Но его устраивают и такие условия.
А я…
Я готовлюсь к судебному заседанию. С нетерпением жду приближающуюся дату. И даже представить не могу, что там будет.
Глава 36
Зал суда оказался гораздо больше и отталкивающе, чем я ожидала. От стен веет холодом и каким-то трауром.
Такой себе МОРГ для брака.
Я поднимаюсь, когда заходит судья. Держусь уверенно и непринуждённо, хотя очень хочется одёрнуть юбку или поправить причёску.
В сторону Льва я стараюсь не смотреть. Я специально ждала в машине до последнего, чтобы не допустить встречи.
Но его взгляд я чувствую. Легко преодолевает все преграды, раскалённой кочергой впивается в мою щеку. Хочется смахнуть этот зуд, но я не двигаюсь.
Я не собираюсь давать мужчине повод думать, что он может меня хоть как-то задеть. Контролировать мои реакции. Нет, я больше этого не позволю.
Каминский для меня теперь — чужой человек. Незнакомый. Его присутствие не должно тревожить.
— Заслушивается дело по иску Карины Рустамовны Каминской-Исаевой о расторжении брака с Львом Самуиловичем Каминским.
Судья — мужчина лет шестидесяти — бросает взгляд на документы, а после на нас. Присаживается, и мы следуем его примеру.
Видно, что судье глубоко всё равно на то, что происходит. Он быстро изучает заявление, поправляет небольшие очки.
«Развожу вас, идите с богом».
Я очень жду этой фразы, хотя понимаю, что всё не закончится быстро. Адвокат предупреждала меня, что будет несколько заседаний.
Если бы мы со Львом были согласны, то всё решилось бы быстро. Но
