с пола и, бросив на стол двадцать евро за напиток, который успела выпить, пока ждала его, стремительно направилась к выходу.
– Да, и, если он попытается украсть деньги, – громко объявила она всем присутствующим, внимание которых и без того было приковано к ней, – не стесняйтесь звонить копам. Они точно будут знать, где он. Скорее всего, у него на лодыжке электронный браслет.
– Ким, ну пожалуйста, – кричал он ей вслед, но она уже, не помня себя от бешенства, приближалась к выходу. – Дай мне еще один шанс! Это был все лишь условный срок, кража со взломом – преступление без жертв!
– Прибереги эти слова для следующего судьи, – крикнула она ему через плечо, встреченная шквалом аплодисментов из бара, пока он все продолжал выкрикивать ее имя, развлекая толпу, а она уже бежала по Коппингер-роу. ***
В это субботнее утро Ким все еще была в кровати и спала беспробудным сном, наслаждаясь возможностью поваляться в выходные, все как обычно. Правда, за исключением такой незнакомой и немного пугающей тишины в доме. Обычно утро в выходные начиналось с шума, который производила Конни, гремя кастрюлями и сковородками внизу, подпевая во весь голос любимой радиостанции с песнями ее времен или громко разговаривая по телефону с кем-то из соседей. Удивительно, как ей было не лень вести эти разговоры, находясь от соседей через стенку.
Не привыкшую к такому, Ким эта тишина нервировала, и ей потребовалось несколько секунд, прежде чем ее все еще затуманенный мозг вспомнил, что к чему, и она все поняла.
Конни вроде уехала в Уиклоу на выходные. С этим лысоголовым придурком, Ронни, который так беспокоил Ким. Проснувшись окончательно, Ким немного подождала, пока все ее тревоги вернуться на круги своя, что они не замедлили сделать. Пачками. Суть их заключалась в следующем: тот факт, что ее мама проводит столько времени с этим Ронни, сводил ее с ума, и чем больше она пыталась разобраться в своих чувствах, тем больше запутывалась.
Почему она вообще так невзлюбила Ронни? С самого первого дня она уже заочно воспылала к нему неприязнью и чем больше узнавала его, тем сильнее становилось это ужасное, непростое чувство. Что, блин, с ней было не так? Разве не она больше всех уговаривала Конни зарегистрироваться на сайтах знакомств, снова вернуться к жизни, расширять горизонты общения? Женщина сейчас именно это и делала. Так почему Ким так не нравились эти новые отношения матери? Потому что они слишком быстро развивались? Потому что она не вполне доверяла Ронни и чувствовала, что еще не до конца раскусила этого типа?
«Не то чтобы я сама этим не грешила раньше, – подумала она сердито. – Черт, да она вела с парнями разговоры о том, чтобы съехаться, уже после нескольких месяцев отношений – не ей было рассуждать о том, что „все развивалось слишком быстро“».
Затем другая, еще более удручающая мысль посетила ее. Она снова плюхнулась в постель, натягивая одеяло поверх головы, и задумалась. Может быть, все дело было в том, что она немного ревновала и чувствовала себя покинутой? Не только ее друзья сейчас находились в новых и многообещающих отношениях, но даже у ее собственной семидесятилетней матери, казалось, в самом разгаре был роман, ее приглашали на романтические ужины и уик-энды и моря. И пусть эти ужины были поздними дешевыми бизнес-ланчами в местной пиццерии, щедро снабжающей всех купонами на скидки, а уик-энд у моря проводился в арендованном доме на колесах в часе езды от дороги на Бриттас-Бэй.
В это время Ким оставалась бродить по пустому дому, совсем одна и без какой-либо надежды на веселые выходные. Ну разве что она не попробует найти еще кого-нибудь через Analyzed, что, правда, обязательно приведет ее к очередному горькому разочарованию. Не очень-то соблазнительно.
Она как раз собралась снова вернуться в объятия Морфея и, возможно, закрыться от внешнего мира, когда вдруг снизу послышался требовательный стук во входную дверь.
– Уймись, кто бы ты ни был, – прорычала она, заворачиваясь в одеяло и не собираясь вылезать из кровати ни при каких обстоятельствах. Но затем позвонили в звонок. И еще раз. И в третий раз, правда, теперь этот невоспитанный придурок, который стоял у двери, держал палец на звонке и звонил нон-стоп – ясно как день, что уходить он не собирался, пока не достигнет желаемого.
Ким тяжело вздохнула, еле заставив себя сесть и с трудом выбираясь из кровати. А, черт с ними. Ей не будет спокойствия, пока она не избавится от этого незваного гостя. Может, она что-то заказала онлайн и забыла об этом? Она частенько оформляла онлайн-заказы поздно ночью, когда была подшофе, а потом потерянно и удивленно принимала доставку коробок с вещами с ASOS или Bohoo.
Дверной звонок снова пронзительно зазвонил, и на этот раз Ким уже не выдержала.
– Дай мне шанс, а! – закричала она, голыми ногами шлепая по ступеням лестницы. – Я иду!
Господи, она прибьет того, кто там стоит. Хотя в глубине души она была почти уверена, что это всего лишь мамина подружка Бетти зашла на чашечку чая и на очередной пассивно-агрессивный разговор, в котором она одна будет трепаться направо и налево, какие расчудесные у нее детишки по сравнению с Ким и насколько ее жизнь прекраснее, чем жизнь Конни.
Ким встала на носочки, чтобы отодвинуть задвижку на двери и открыть ее, но, к ее удивлению, на пороге стоял абсолютный незнакомец. Она все еще была в полудреме и должна была хорошенько прищуриться, чтобы разглядеть его через свою топорщащуюся челку и удостовериться. Но нет: кто бы это ни был, она определенно видит его в первый раз в жизни. Это был парень примерно ее возраста, высокий и худой, с козлиной бородкой, одетый в джинсы и футболку, руки скрещены на груди, словно бы он готовился защищаться в королевской битве. У тротуара был припаркован черный джип, новый и по виду дорогой. Кто бы ни был этот парень, он сердито хмурился и выглядел таким же разъяренным, как Ким. Может, новый сосед, пришел пожаловаться на что-то… но на что?
– Чем могу помочь? – сонно спросила она, пытаясь понять, какого черта здесь происходит.
– Ты дочь? – спросил он ее.
– Прошу прощения?
– Потому что я сын. И думаю, что нам давно пора немного поболтать.
Глава двадцать шестая
Конни
– Как жаль, что нам нужно так рано уезжать, – повторяла Конни вновь и вновь, пока они с Ронни ехали по шоссе в направлении дома. – Я бы с удовольствием осталась там еще на пару дней, как мы и планировали.
Гробовое молчание в ответ. Вместо ответа
