цокает языком.
– Нет, Банни, мы не можем уйти, пока ты не скажешь ему это.
Мне требуется пара долгих секунд, чтобы понять, чего хочет Кэмерон.
– Кстати, Брайан, к черту твое мороженое, – говорю я, закидывая сумку на плечо.
– Это моя девочка, – усмехнувшись, Кэм опускает палочку в креманку и, отряхнув руки, поднимается.
Брайан окидывает меня недоверчивым взглядом, словно не верит, что я вот так просто уйду, не попросив круглую сумму. Как только мы отходим от стола, я вижу, как расслабляются его плечи и он с облегчением выдыхает.
По мере того как мы пробираемся к дверям, я все больше чувствую легкость и свободу. Мы выходим на улицу, и я полной грудью вдыхаю свежий воздух. Сжимая мою руку, Кэм встревоженно смотрит на меня, пытаясь понять, разревусь я или нет.
Мне так много нужно сказать ему, но все слова кажутся ничтожными на фоне того, что я чувствую. Поэтому я кладу ладонь на его щеку и, прильнув к его губам, дарю долгий поцелуй, благодаря за каждую секунду, что он был рядом. Каждым движением губ рассказываю, как скучала и как мне жаль, что нам пришлось расстаться на неприятной ноте. Благодарю за то, что он боролся за меня каждый раз, когда я пряталась за стеной из страхов и предубеждений. Я молча признаюсь в любви этим поцелуем, потому что если начну говорить, то просто задохнусь от избытка чувств и слов.
Раздается громкий автомобильный сигнал, заставляющий меня вздрогнуть. Я оборачиваюсь и вижу Зейна за рулем автомобиля. На носу у него солнечные очки, хотя небо пасмурное и нет даже намека на солнце.
– Как раз собирался сказать тебе, – обняв меня со спины, Кэм складывает руки на моем животе, – что приехал не один.
Зейн взмахивает пальцами с зажатой в них сигаретой.
– Садитесь уже оба в машину. И Багз, и Банни, или как вы там друг друга называете.
24
Салон машины Зейна.
29.03.18. День.
– Ты решил свои проблемы? – тихо спрашиваю я Кэма, написав Джин, что доеду до отеля вместе с ребятами.
– Эм, сложно сказать. И можешь не бояться задавать вопросы при Зейне: он в курсе, что я все рассказал тебе.
Что ж, это правда многое облегчает.
– Ты сказал, что есть проблемы с Майком. Так что именно случилось?
– Он снова влез в неприятности и на этот раз умудрился втянуть в них всех, включая Феликса. Фел – не единственный, кто занимается перегоном машин. Чтобы избежать кровопролитных войн между… Назовем их «бизнесменами», – Кэмерон делает пальцами кавычки. – В общем, территорию условно поделили на равные части. Членам других банд ни в коем случае нельзя угонять машины на территории Фела так же, как и его ребятам – за пределами своих границ. Майк влез на территорию парня по имени Блэйк. Чтобы ты понимала, Блэйк и Фел, мягко говоря, недолюбливают друг друга.
– Да, – подтверждает Зейн. – Вечно меряются, кто круче.
– После того как Майк узнал, что мы с Зейном до сих пор в деле только из-за него, он просто взбесился. Он пришел к Фелу с предложением: он возвращается в дело, а Феликс развязывает нам руки. Конечно же, Майк получил отказ, и у него снесло башню. Он полез на территорию Блэйка и прямо на глазах его людей украл угнанный ими автомобиль. До сих пор не понимаю, как он выбрался оттуда живым. Тачку нашли брошенной недалеко от города, но Майку и не нужна была машина. Блэйк давно знает Майка как одного из нашей тусовки, и он не был в курсе, что тот больше не работает на Фела.
– Майк решил стравить заклятых врагов?
– Да. На самом деле все должно было закончиться тупой перестрелкой без лишних разговоров, но, кажется, Блэйк слишком уж удивился такой наглости и поэтому решил сначала переговорить с Феликсом. Тогда Фел и приехал в Хэмптонс; а мы с Зейном нужны были ему для того, чтобы объяснить Блэйку и компании, что Майк уже давно не в деле: мы отрабатываем долг за его грехи, а Майк сам по себе.
– И где Майк сейчас?
– Если бы знал, то уже нашел бы его и набил морду, – сжав челюсть, Кэм пробегается пальцами по волосам. – Мы скинули ему на почту электронный билет до Атланты, потому что ему нельзя больше оставаться в городе.
В этом мы с Майком похожи: хотим сделать как лучше, а вместо этого устраиваем катастрофу.
Отельный комплекс. Висконсин-Деллс.
29.03.18. Вечер.
Весь день я откладывала звонок Келси, набираясь смелости, чтобы рассказать ей обо всем. Гостиная переполнена голосами и смехом, я оставляю ребят и поднимаюсь в комнату. Как только сажусь на кровать и смотрю в экран телефона, вся легкость, которой я наслаждалась только что, вмиг испаряется. И чем темнее становится на улице, тем тяжелее ощущается груз сегодняшнего дня.
– Ну как ты? – без приветствия начинает Келс.
– Супер. Отец пригласил меня домой, подарил велосипед, мы жарили барбекю, а потом он плакал об упущенных возможностях.
– Он повел себя как настоящий урод, да?
– Нет, – откинувшись на спину, прикрываю глаза. – Я бы повела себя так же на его месте. Знаешь, я правда рада, что мы с ним встретились. – Сначала я нехотя делюсь подробностями, но затем слова начинают словно литься из меня водопадом. К концу рассказа я понимаю, что мои щеки влажные от слез. Я жду, когда Келси начнет ругаться, но она молчит и лишь изредка шмыгает носом. Думаю, это последний раз, когда мы плакали из-за отца.
Завершив разговор, еще некоторое время лежу, пялясь в потолок, снова и снова вспоминая события сегодняшнего дня. Когда я спускаюсь, в доме стоит оглушительная тишина. Из пустой гостиной иду в кухню, где нахожу Гарри, склонившегося над плитой.
– А где все?
– На улице, решили устроить вечер барбекю. Ну как ты, Уолш?
– Хорошо, но устала от того, что все задают мне этот вопрос. Что ты там готовишь?
– Варю какао.
Усмехнувшись, я подхожу к плите и убеждаюсь в том, что это не шутка.
– Это бабушкин рецепт, главный секрет в щепотке корицы; вот, попробуй. – Гарри протягивает ложку, собираясь угостить меня с рук. Цокнув языком, я забираю ложку из его пальцев и сама отправляю ее в рот.
– Знаешь, на удивление вкусно.
– Ты испачкалась.
Гарри протягивает руку и, дотронувшись пальцем до моей нижней губы, медленно проводит по ней.
– Ты опять это делаешь, – качаю головой. – Мы уже говорили об этом.
– В том-то и
