помолвкой.
— Артур, всё в порядке. Мы проведём церемонию…
— Гейл, твой брак — это государственное дело. Принц Эрсовии не может тайно жениться в другой стране, как будто это какой-то стыд! Невеста принца должна, как минимум, быть представлена. Ты не считаешь это важным? Если люди узнают, что вы поженились не по традиции, они подумают, что ты отверг её. И обвинят в этом её.
Я посмотрел на Одетт, её большие карие глаза смотрели на меня с беспокойством. Я покачал головой и улыбнулся, даже несмотря на то, как Артур заставлял меня принять реальность.
— Они скажут, что она делает тебя американцем вместо того, чтобы ты сделал её королевской особой. Хочешь, чтобы первое, что о ней подумали, было то, что ей наплевать на наши традиции?
— Ты убедил меня, — признал я.
— Отлично. Теперь постарайся не натворить ничего больше хотя бы до вечера. Через два часа мне нужно быть в Монельрене, и я хочу немного поспать. Не у всех есть время на романтические поездки в Америку.
— Это ты меня сюда отправил.
— Если я правильно помню, с твоей стороны было много протестов. Однако теперь, когда она в твоих объятиях, ты, кажется, наслаждаешься временем там. Похоже, я всё-таки не обрёк тебя на брак без любви, — он явно гордился собой, довольный тем, что его аргументы сработали.
— Да, я так счастлив, что подумываю о парных татуировках. Что скажешь?
— Это не смешно.
— Немного смешно, — усмехнулся я.
— Будь готов вернуться через неделю.
Улыбка на моём лице исчезла.
— Арти… ещё рано.
— Что значит «ещё рано»? Ты помолвлен с ней. Миссия выполнена. Теперь нам нужно подготовиться, так что будет лучше, если она окажется здесь…
— Дай ей больше времени, — я посмотрел на Одетт, которая снова вертела кольцо на пальце.
— Ей или тебе?
Хороший вопрос.
— Нам двоим?
Он тяжело вздохнул.
— Ладно. Ещё две недели. Постарайся не разрушить то, что она в тебе нашла, за это время.
— Ничего не обещаю, особенно учитывая, что я сам до конца не понимаю, что она нашла.
Он так долго молчал, что я подумал, будто он уснул.
— Арти?
— Ты действительно, по-настоящему, в неё влюбился, да? — хмыкнул он.
Ничего остроумного не приходило на ум. Я лишь кивнул.
— Да. Да, влюбился.
— О, как же я жду встречи с ней, чтобы увидеть, что она с тобой сделала, — и он отключился, не дав мне ничего ответить.
— Он сердится? — тихо спросила она, когда я вернул телефон Искандару.
Я протянул ей руку, и, когда она вложила свою ладонь в мою, поднёс её пальцы к губам, целуя.
— Он больше рад, что мы вместе, чем наоборот, обещаю. Не волнуйся, жена.
— Я думала, мы будем держать это в тайне.
— Секрет — это не значит неправда, — прошептал я, наклоняясь к её лицу и целуя её щёку.
Я не мог перестать касаться её. Не мог перестать её целовать.
Но мне пришлось.
Последнее, что я хотел сделать, это задушить её своей привязанностью. Корона справится с этим позже.
Отпустив её, я поднял свой дневник, который упал на пол машины. Разорвал страницу, на которой мы оба писали, сначала пополам, потом ещё и ещё, и выбросил клочки в окно.
* * *
Одетт
Я сделала это.
Я вышла замуж за мужчину, которого едва знала, и по причинам, которые сама едва понимала. Это был брак по расчёту, и всё же время, проведённое вместе, сделало его чем-то большим. Моё учащённое сердце сделало его чем-то большим.
Я посмотрела на красный бриллиант в форме слезинки, окружённый мелкими белыми камнями, который теперь покоился на моём пальце. Он был прекрасен, но тяжёл. Не физически, а морально. Казалось, я ощущала присутствие всех женщин, которые носили его до меня, шепчущих, чтобы я готовилась.
Вдохнув, я посмотрела на своё отражение в зеркале. Все кудри распущены, шарф оставлен в стороне. Разговор об этом я отложу на другой раз. У меня не было красивого белья, но я не хотела выглядеть так, будто слишком стараюсь. Я выбрала атласный топ и короткие шортики, которым уже пару лет, но их я ни разу не надевала.
Раздался стук в дверь.
— Входите, — сказала я, выходя из ванной.
Он вошёл в длинных чёрных атласных брюках и простой серой футболке с V-образным вырезом. Его голубовато-зелёные глаза скользнули по длине моих ног, поднялись к груди и только потом встретились с моими.
— Я... я пришёл пожелать спокойной ночи.
— Что? Ты не останешься?
— Сегодня я переночую в своей комнате.
Серьёзно? Я потратила почти час только на волосы, а он не останется? Он хоть понимает, сколько усилий уходит на то, чтобы выглядеть хорошо даже перед сном?
— Значит... спокойной ночи, — сказал он.
— Подожди, — остановила я, подходя ближе.
Его глаза стали слегка затуманенными, когда я оказалась рядом.
— Почему?
— Прости?
— Почему ты не хочешь остаться?
Он протянул руку, положив её на мои щеки.
— Ты разве не видишь? Я до боли хочу остаться, Одетт.
— Так почему уходишь?
Его ладонь скользнула с моего лица к талии.
— Я обещал держать тебя близко, но давать тебе пространство, помнишь? Сегодня мы стали мужем и женой. Я уверен, позже ты захочешь немного предаться панике. Я не хочу добавлять к этому ещё больше волнения, заняв твоё время.
По телу пробежал холодок от его слов.
— Гейл…
— Не искушай меня, Одетт, — прошептал он, мягко убирая руку.
— Хорошо. Спокойной ночи.
— Спокойной ночи, жена, — улыбнулся он, отступая.
Закрыв за ним дверь, я облокотилась на неё, закрыв глаза и сделав глубокий вдох.
И снова стук в дверь.
— Да? — спросила я, открыв дверь и увидев его руки, упёртые в дверной проём.
Я не успела ничего сказать, прежде чем его руки обвили моё лицо, а его губы накрыли мои. Наши тела прижались друг к другу, и я не могла сдержать стон.
Но, как только он начал, так же быстро и остановился.
— Этого должно хватить, чтобы дотянуть до утра, — прошептал он, коснувшись губами моего плеча, а затем резко развернулся и вышел.
Я не удержалась и засмеялась, крикнув ему вдогонку.
— Может, тебе и хватит, а как же я?
Он остановился у двери в конце коридора и с улыбкой произнёс.
— Выйти ко мне в таком виде — это заслужить немного помучиться!
— Ах, вот как? Ладно, больше никогда не буду наряжаться ради тебя!
— Как и ты никогда не собиралась выходить за меня замуж? — ухмыльнулся он.
Я сердито уставилась на него.
Он подмигнул.
Я хлопнула дверью.
Что мы вообще делаем? И почему
