этот другой…
Я резко выпрямилась, наблюдая за отношениями этой троицы — Лендона, Пакстона и Пенни. Между ними как будто оставалось пустое пространство, словно в компании не хватало одного человека… А ведь его действительно не хватало.
Потому что четвертый из первых Мятежников не брал перерыв в тренировках. Тем человеком, который разбился, был Ник. Тем, кого парализовало.
Вот почему Пакстон так одержимо пытался исполнить это тройное сальто. Для того, чтобы превзойти друга, который увел у него девушку? Единственную из всех девушек, к которой Пакстон испытывал настоящие чувства? Нет, это вряд ли. Пакстон не такой мелочный.
Но все, что он делал, говорило как раз об обратном.
Добавим к этому, что не все в команде Мятежников заботились о безопасности Пакстона и кто-то явно пытался ему навредить. Неудивительно, что меня практически тошнило от страха.
Пакстон выбрался из ямы и послал мне воздушный поцелуй, я обняла колени и выдавила из себя улыбку. Мне совсем не хотелось сидеть здесь и ждать катастрофы, которая могла грянуть в любую минуту, но, если я сейчас уйду, Пакса это расстроит, лишит концентрации и, возможно, навлечет ту самую катастрофу.
Поэтому я оставалась на месте.
Каждый раз, когда он несся к трамплину, у меня все внутри замирало. Вот он снова взлетел, и я прикусила губу, наблюдая, как Пакс переворачивается в воздухе. Один раз… второй… третий…
И приземляется на оба колеса в поролоновой яме.
Вся команда взорвалась победными криками. Пакстон не стал дожидаться подъемного крана. Он выбрался из ямы и побежал ко мне, снимая шлем на ходу.
Я вскочила на ноги, охваченная восторгом. У него получилось!
А потом я оказалась в его объятиях, и Пакстон уже целовал меня, запустив руки мне в волосы. Я обхватила его за шею и держалась за него изо всех сил, зная, чем он рискует и почему надо ценить каждый наш поцелуй, каждую секунду вдвоем.
— У тебя получилось! — воскликнула я, когда он подхватил меня на руки и закружил.
— Не совсем, но почти, — сказал он и снова поцеловал меня.
— В каком смысле? — не поняла я.
— Надо будет еще отработать приземление на трек, — ответил мне Лендон, хлопнув Пакстона по спине. — Это было потрясающе!
Да, я была права.
Они все сумасшедшие.
* * *
Да блин! Сколько можно?
Мне уже больно на это смотреть.
Второй день наблюдений за Пакстоном, который активно пытается себя убить, и наш последний день на Миконосе. Я снова сижу на траве и смотрю. Они переместили рампу, на что ушло несколько часов, и утрамбовали землю в виде приподнятой дорожки, на которую должен был приземлиться Пакстон.
Только он чаще падал, чем приземлялся как надо.
Каждый раз, когда он ударялся о землю, я ощущала эти удары в собственных костях, чувствовала его ссадины собственной кожей. И каждый раз Пакс поднимал мотоцикл, показывал мне большой палец и начинал все сначала.
Когда же все это закончится?
Честно, я ужасно устала. Мне приходилось все время напрягать глаза, следя за каждым движением вокруг Пакстона, и высматривать, не пытается ли кто-нибудь повредить его экипировку, мотоцикл, рампу, кран… Это должен был быть кто-то близкий к нему, кто-то знакомый с его снаряжением и расписанием тренировок. Вчера вечером за тихим ужином в тесном кругу мы исключили Малыша Джона из списка подозреваемых — в конце концов, испорченные тормоза нашли на корабле, а после отплытия из Майами Джона не было на борту.
Значит, под подозрением оставалась вся команда Мятежников.
— Трудно на это смотреть, да? — сказала Брук, усевшись рядом со мной.
— О! Когда ты приехала? — спросила я.
Она поднесла руку ко лбу, прикрывая глаза от солнца.
— Сегодня утром. Надо было закончить с сайтом и каналом. За последнюю пару недель нас несколько раз взломали и удалили часть видео.
— Они знают? — Я указала на Пакстона, который обсуждал последнее приземление с Лендоном и Пенни.
— Да. Пенни попросила меня разобраться. Я управляла их сайтом еще до того, как они стали популярными, и Пенни не спешит доверять чужим людям, даже если платит им за техническую поддержку.
У меня все сжалось внутри.
— Думаешь, кто-то пытается им навредить? Испортить сайт?
Брук пожала плечами:
— Не знаю. Но могу сказать точно: если бы эти хакеры хотели испортить сайт, все могло быть гораздо хуже, чем удаление нескольких видео.
Взлом сайта сам по себе действительно казался чем-то несерьезным, но в сочетании с неприятными происшествиями на трюках Пакстона уже был повод задуматься. И если Пакстон знал о хакерской атаке, почему ничего не сказал мне? Потому что ты бы не успокоилась, пока он не отменит все свои тренировки.
— Да, наверное.
Я поговорю с ним позднее.
— Может быть, это какие-то глупые детишки, которым хотелось похвастаться перед друзьями. Я бы не стала сильно переживать, — сказала Брук. — Они что, на сегодня закончили?
— Вроде бы не должны, еще даже не время обеда… — Я осеклась, когда Пакстон снял защитный нагрудник, а потом и футболку, оставшись восхитительно голым по пояс. Пот стекал по рельефным линиям мышц, загорелая кожа блестела на солнце. Сбоку на грудной клетке расплылся огромный, уже позеленевший синяк, но даже он его не портил. Пакстон, наверное, излучал бы сексуальность даже полностью упакованным в гипс.
Он посмотрел на меня, и одного его взгляда хватило, чтобы все мое тело затрепетало, хотя сегодня до завтрака мы занимались любовью.
Или, скорее… вместо завтрака.
Пакс подошел к нам с Брук и улыбнулся. Наклонился и поцеловал меня.
— Ты такая красивая, что тебя хочется съесть.
Я подняла бровь, и он рассмеялся. Видимо, не только я думала о сегодняшнем утре.
— Кажется, кто-то готов пообедать, — сказала я.
Его взгляд упал на мои губы. Он обхватил меня за талию, поднял на ноги и прижал к себе.
— Всегда готов.
Да.
— Нет. Я имею в виду настоящий обед. Еду, которая питает тело, которое ты измучил.
— Ты питаешь меня, Огонек. — Пакстон снова поцеловал меня, и я чуть не забыла, что мы здесь не одни.
— На вас тошно смотреть. Вы оба милые, но все равно тошнотворные, — сказала Пенни из-за спины Пакстона. — Давайте уже собираться. У нас бронь, и остается всего полчаса.
— Бронь? — не поняла я.
— Я приглашаю тебя на обед, — сказал Пакстон. — Ты иди с Пенни, а я быстро в душ.
— Групповое свидание, — добавил Лендон.
— Групповое свидание, — повторила я как попугай. — Я и не знала, что еще кто-то с кем-то встречается.
— Ну, ты встречаешься с одним из нас, а мы вроде как прилагаемся, — улыбнулась Пенни.
