отстранилась, было что-то такое, отчего я пожалел, что не сумел удержать язык за зубами.
Это был первый звоночек.
* * *
— Хотя бы сделай вид, что тебе весело, — сказал Бобби, прежде чем уйти.
Лендон закатил глаза и допил остатки пива.
Обычно громкая музыка в клубе меня отвлекала, но сегодня здесь было как-то совсем уныло. Притвориться веселым будет непросто, но когда меня пугали трудности?
— Он все еще злится, что нам пришлось отменить съемки в Стамбуле из-за твоей травмы.
— А как злюсь я сам!
Я допил свой «Ньюкасл» и, когда Лендон заказал себе еще пива, взял просто воду. Мне оставалось высидеть здесь еще час-полтора, и можно будет вернуться в каюту и весь вечер наслаждаться телом Лии, что требовало полной самоотдачи.
Лендон то и дело поглядывал на двух блондиночек-Барби, которые активно строили нам глазки. Мне хотелось сказать ему, что не стоит трахать всех девушек на корабле, пытаясь заполнить внутреннюю пустоту бессмысленным сексом, но, если учесть, что его нынешнее состояние — это во многом моя вина, я точно не вправе… Хотя знаете что? Да пошло оно.
— Ты не думал сбавить обороты? — спросил я, указав на девчонку, которая захихикала, поймав жаркий взгляд Лендона.
Он пожал плечами и принялся отковыривать этикетку с пустой бутылки.
— Не думал.
— Да, мы об этом не говорим… — сказал я и осекся, когда друг так и обжег меня взглядом. — Но я все же скажу. Ты не перестанешь скучать по ней и не найдешь утешения под юбкой у этой девчонки, или той, что будет после нее, или той, что будет потом.
— Не понимаю, о чем ты. Со мной все в порядке.
Однако смотрел Лендон жестко, из разряда «я тебя убью», что говорило об обратном.
Он все понимал.
— Ладно. Я…
— Прекрати, — процедил Лендон сквозь зубы, а уже в следующую секунду снова изобразил ослепительную улыбку Казановы, готовясь наклеить еще один пластырь на свое до сих пор кровоточащее сердце.
— Ты Уайлдер, да? — спросила меня Барби номер один, наклонившись поближе, чтобы ее было слышно сквозь грохот музыки.
— Да, — сказал я, нацепив обязательную улыбку.
В пятницу вечером клуб был переполнен, ведь завтра занятий не планируется. Завтра — наш единственный день в Афинах, и я обещал Лие, что мы обойдем все места, которые ей хочется посмотреть, но непременно заедем на Олимпийский стадион, чтобы Бобби мог снять, как Мятежники играют в зорб-боулинг[5]. А потом мы, конечно, засядем учиться на все воскресенье, чтобы подтянуть весь пропущенный материал. Но Миконос того стоил.
Однако сейчас мне предстояло сыграть роль Уайлдера, горячего плохого парня, чтобы Бобби отснял свои кадры.
— Я Кэнди, — сообщила мне Барби, сверкнув белоснежной улыбкой, явно озолотившей ее стоматолога, и смотря на меня жадным взглядом из разряда «возьми меня». Она указала себе за спину. — А это Джулия, моя подруга.
— Приятно познакомиться, — сказал я.
Лендон на другой стороне кабинки смотрел на Джулию так, словно нашел себе дело на все выходные. Вполне в его духе.
— Не возражаешь? — спросила Кэнди, пристраиваясь на свободные десять сантиметров между мной и краем сиденья.
Я подвинулся, чтобы она не свалилась.
— Вовсе нет, — сказал я, потому что от меня этого ждали, особенно если принять во внимание микрофоны, спрятанные прямо у нас за спиной в искусственных цветах лотоса.
Джулия села к Лендону на колени.
Если Кэнди рассчитывала провернуть такой же маневр со мной, то она жестоко просчиталась. Черт, мне нужно было поговорить с Лией сегодня, но она слишком разнервничалась из-за учебы. Я не мог объявить на весь свет о наших с ней отношениях, не заручившись ее согласием. Все, что Бобби отснял на Миконосе, я потребовал удалить, надавив на нужные рычаги.
— Может быть, по коктейлю? — предложила Кэнди, и ее грудь чуть не вывалилась из микроскопической розовой маечки, когда она подняла руку подозвать официантку. — «Секс на пляже»?
Господи, дай мне сил! Я не мог отказаться под камерами.
— Да, можно, — ответил я, кивнув официантке. — Спасибо.
— А почему тебя называют Уайлдером? — спросила Кэнди, и ее рука оказалась в тревожной близости от моего бедра.
Обычно я был только за. Почему бы не провести ночь с симпатичной девчонкой без всяких обязательств?
Но теперь у меня была Лия, а Кэнди — не Лия.
— Это моя фамилия, — ответил я.
Она надула губки.
— И все?
— Потому что он всегда готов принять вызов, — сказал Лендон. — Безбашенный парень с диким нравом.
— Я люблю безбашенных парней, — сказала Кэнди, придвинувшись ближе ко мне.
Я отодвинулся еще сантиметров на десять.
— А почему ты Нова? — спросила ее подруга.
— Казанова умеет обольщать женщин, — помог я ему.
Не то чтобы Лендон нуждался в моей помощи. Черт, ему нужен был тот, кто дернет за поводок и напомнит, какой он настоящий под этой маской отпетого кобеля. Плохо только одно: это напоминание будет стоить мне моих собственных отношений.
«Она все поймет, если ты ей расскажешь», — подсказал внутренний голос.
«Ты прошел мимо двери в честность, приятель. Наслаждайся тем, что у тебя есть, пока оно есть», — добавил другой внутренний голос.
Но потерять Лию… Мне не хотелось об этом думать. Меня накрывало черной как ночь тоской и практически тошнило от мысли, что я уже испортил лучшее из всего, что было у меня в жизни.
— Это видно, — сказала Кэнди, а ее подруга хихикнула.
Я провел большим пальцем по бокалу с ледяной водой, стирая конденсат. Неужели я действительно вот так проводил свои ночи до того, как попал на «Афину»? И я и правда был счастлив?
Черт, я вообще хоть когда-нибудь раньше был счастлив?
Всегда чем-то занят, да. Всегда в поисках острых ощущений. Моя жизнь была напряженной, а временами просто потрясающей, но я не мог вспомнить, чувствовал ли я хоть когда-нибудь себя… счастливым. Таким же счастливым, как в последние дни.
— …тебе не кажется? — Кэнди уставилась на меня в ожидании ответа на вопрос, которого я не услышал.
Потому что не слушал.
— Думаю, Уайлдер не согласится, — пришел мне на выручку Лендон. — На Бермудских островах было круто, но, похоже, ему больше понравилось на Миконосе.
Я понял намек.
— Да, там шикарные пляжи.
— Кстати, о пляжах и сексе, — сказала Кэнди, когда официантка принесла наши коктейли.
Отличный переход.
— За незабываемые впечатления без сожалений, — сказала Кэнди, поднимая бокал. — И без обязательств. — Она выразительно посмотрела на меня своими огромными голубыми глазами.
Я кивнул и отпил приторно-сладкий коктейль, мысленно моля всех богов ниспослать мне терпения.
— Похоже, на сегодняшний вечер ваши балльные книжечки уже заполнены, —
