на этот раз решение существовало, и она его нашла. Он и раньше знал, что она гений, но лишь сейчас почувствовал в полной мере, в чем заключается ее гениальность. Ее магия струилась внутри него исцеляющим потоком, связывая поврежденные ткани.
Почувствовав, как внутри него течет ее магия, Озрик понял, что с ним все будет в порядке, и снова погрузился в бессознательное состояние.
Каким бы негодованием ни пылали ее щеки и какими бы резкими ни были ее слова, она собиралась не дать ему умереть.
Глава 18. Преступница Аурианна
Аурианна
Спустя два часа Аурианна, испытывая головокружение из-за перерасходования сейда, с багровыми от ран руками, затекшей шеей и все еще в своем любимом платье, превратившемся в кровавую катастрофу, наконец удовлетворенно откинулась на спинку стула: состояние Морданта стабилизировалось.
Сил рассказал ей обо всем, что сам увидел, и ее гнев и испуг уступили место смущенной благодарности.
Ее фамильяр парил в воздухе над лицом Морданта. Его хвост беспокойно метался из стороны в сторону:
– Мне не нужно попросить о помощи Кэт?
– С ним все будет в порядке, – сказала Аурианна. – Каким-то чудом лезвие не задело его внутренности.
Морданту повезло, а значит, повезло и ей. Если бы у него возникли осложнения, связанные с перфорацией кишечника, ее опыта не хватило бы, чтобы оказать необходимую помощь, и пришлось бы обратиться к Кэт, другого выбора не осталось бы.
Сил перестал метаться и разместился на плече Аурианны, оставаясь практически невесомым.
– Хвала Фрейе. Было бы непросто объяснить Кэт, почему в твоей детской спальне оказался раненый убийца из Ордена Теней.
– Мне даже самой себе непросто объяснить, почему в моей детской спальне оказался раненый убийца из Ордена Теней, – заявила Аурианна.
– Все случилось очень быстро. Он сказал, что кто-то из его коллег отправился в Лебединый камень. Он думал, что ты там. Он не знал, что должен был сделать тот, другой, из Ордена Теней, поэтому убил его. Тень – наш Тень – даже не осознавал, что был ранен.
Аурианна рассматривала мужчину, лежащего на ее кровати: он пребывал в промежуточном состоянии между забытьем и сном. Его лицо было пепельно-серым, а волосы – заварной крем она с них смыла – мокрыми от пота. Он прижимал к груди левую руку в перчатке, покрытой запекшейся кровью. Аурианна не стала ее снимать, чтобы никто не смог увидеть его Знак.
– Какое-то безумие, – произнесла Аурианна.
– Я знаю, – согласился Сил.
– Он сумасшедший. Он убил человека из своего же Ордена.
– И поджарил его тело, – добавил Сил.
– Когда он такой тихий, мне еще больше не по себе.
– Думаешь, он переживает? Что убил одного из своих? – спросил Сил. – Думаешь, в Ордене Теней считается нормальным убивать друг друга?
– Я не знаю, насколько это выходит за рамки их кодекса чести, если у них вообще он есть.
Сил бросил на Морданта испытующий взгляд. Аурианна сделала то же.
Фамильяр озвучил вопрос, который Аурианна не осмеливалась задать сама:
– Должны ли мы были позволить ему умереть?
Оказалось, что ответить ей проще:
– Я бы не смогла это позволить.
– Я видел, – сказал Сил. – Ты спасла ему жизнь еще до того, как узнала, что он сделал.
– Когда я увидела, как он страдает, я…
Аурианна перестала пытаться объяснить свои чувства, потому что слов не хватало. Никакими словами нельзя было описать страх, который она испытала, сняв с него пропитанный кровью плащ и осознав, как он близок к ледяным объятиям богини Хель. Не нашлось бы ни одного грамматического правила, чтобы выстроить фразу о прикосновении его рук, охваченных лихорадочной дрожью. Никакие познания в орфографии не смогли бы помочь описать без ошибок ту боль, от которой сжалось ее сердце.
Но какими бы неприступными ни были скалы ее эмоций, их тем не менее омывали тихие волны здравого смысла. Она лишь должна излечить его от дегенерации сейда. Он Тень. Сотни людей погибли из-за него, и в будущем он сможет убить еще сотни людей. Правильно ли она поступила? Хорошо ли она поступила?
Сил не отрывал от Аурианны своих красных глазок. Он устроился, поджав под себя лапы, и практически не двигался, что было ему не свойственно.
– Он для меня важнее, чем я хотела бы, – сказала Аурианна.
– В любом случае ты для него тоже важнее, чем он хотел бы.
– Считать его важным – нормально, – отметила Аурианна. – Это легко обосновать. Мы нужны друг другу.
– И ничего кроме этого?
– Ничего. Он тот, кто он есть.
– Он тот, кто он есть, – повторил Сил, мрачно кивнув.
Аурианне хотелось бы, чтобы ей было достаточно этого вывода, этой возможности сбежать в безопасный мир, где у всего есть определение, где все можно классифицировать и структурировать. Мордант был Тенью. Всего лишь Тенью. Но… когда мужчина убивает человека из своего Ордена ради тебя – позволяет выпотрошить себя ради тебя – едва живой появляется у твоей двери, потому что волнуется о тебе – и теряет сознание у тебя на руках, – он кто-то или тот, кто всего лишь?
Когда Сил впервые рассказал ей, что видел, Аурианна почувствовала целую гамму чувств, которым не смогла бы дать названия – или, есть быть честнее, которые она не хотела называть своими именами. Она не хотела восхищаться Тенью, относиться к нему с уважением или светиться благодарностью, думая о нем. Но кто знает, какую резню мог бы устроить Брит в Лебедином камне? Как много людей Мордант сумел спасти?
Она знала, что у Морданта были веские и совершенно эгоистичные причины сделать то, что он сделал. Он защищал ее как свое средство достижения цели. Он старался ради нее настолько же, насколько старался ради себя. И тем не менее совершил доброе дело.
Сил вздохнул так, что даже его усы завибрировали.
– Мне лучше исчезнуть. Я отбираю у тебя остатки сейда. Твои руки уже выглядят так, будто ты засунула их в ящик со скальпелями и начала ими размахивать.
– Хорошо. Мне кажется, что все-таки стоит проконсультироваться с Кэт по лечению и реабилитации в таких случаях.
– Насколько это разумно? – уточнил Сил. – Разве она не начнет задавать вопросы?
– Начнет. Я скажу, что пока не могу ответить. Она эксперт, и мне важно знать, все ли я сделала правильно. Он этого заслуживает. Пожалуйста, отправляйся к ней и спроси, сможет ли она встретиться со мной завтра? Кажется, утром она оперирует. Мы могли бы пообедать вместе в пабе.
– Я все сделаю, – ответил Сил и, описав круг почета, растворился в воздухе.
Оставшись одна, Аурианна позволила
