сновидения и встаю.
В холле застаю Егора, он собирается по делам.
— Слушай, а когда Женя улетает? И куда?
— В Лос-Анджелес. В субботу.
— Блин. В пятницу дедушка с бабушкой прилетят. Хочешь вместо него в Большой пойти?
— Не, я пас. Так всё, я в универ опаздываю. Ты дома будешь?
— Наверное. Не знаю.
Оставшись одна, понимаю, что сойду здесь с ума. Слишком много здесь вещей, напоминающих о нём. Одеваюсь, беру свой фотоаппарат и решаю погулять по Шелепихинской набережной. Видела много рилсов и красивых фотографий с неё. Лучше погуляю и поснимаю.
Путаюсь в бесконечных переходах и с горем пополам дохожу до нужного ракурса. Незаметно фотографирую интересных мне прохожих и понимаю, что сити классный издалека. Внутри же я находиться не могу. Скорее бы переехать.
Сажусь на лавочку у воды и думаю, что не так я сказала и как мне следовало себя повести. Я не верю, что нельзя ничего вернуть назад. Не верю, что любовь так легко отпускают.
Задумываюсь, почему я его прощала. Как он делал так, что у меня даже мыслей порвать не возникало? Как сделать также? Ну не трек с раскаянием же мне ему записать?
В голове никаких идей, но я цепляюсь именно за эти мысли. Я не хочу страдать и принимать данную ситуацию. Я не смирюсь. Я буду биться.
А вдруг он в этот момент вещи собирает, а я тут сижу? Он же не забрал свою одежду? Значит, ещё придёт. Вскакиваю со скамейки и бегу к нему домой.
Открываю дверь, но никого нет. Иду на кухню, достаю колу, мишек и травлю себя его вкусом.
Звонит телефон. Я уже вообще перестала кому-либо отвечать и смотрю на дисплей, только чтобы заглушить звук, но это Егор.
— Да?
— Тат, ты дома?
— Ага.
— Зайди в мою комнату, посмотри, пожалуйста, в синем рюкзаке мой паспорт. В переднем кармане.
— Секунду, — встаю и захожу к Егору в комнату, — Да, нашла.
— Сделай, пожалуйста, скан через заметки главных страниц. Чтобы они вместе были.
— Хорошо. Сейчас отправлю.
Выполняю просьбу Егора, и какое-то любопытство заставляет меня посмотреть прописку. Перелистываю страницу и вижу аннулированную регистрацию. Фотографирую к себе адрес и вызываю такси. Что за название улицы? Сивцев Вражек… В Петербурге однозначно с наименованием дела обстоят лучше.
На карте смотрю, что это центр, и я в этом районе не была. Бегу к своему чемодану и достаю платье, которое покупала мне мама. Убираю волосы в хвост и наблюдаю в отражении хорошую привычную себе Тату. Мама бы одобрила. Даже туфельки мэри-джейн надеваю.
Меня привозят, судя по всему, в довольно респектабельный район. Количество майбахов просто зашкаливает.
Поднимаю взгляд на дом, его будто с родной Петроградки перенесли. Хороший образец русского модерна. Наверное, конец девятнадцатого века. Не в пользу родного города отмечаю, что недавно отреставрирован, лепнина сохранена, кованые ограды в полном порядке. Нарядные угловые эркеры. Одинаковые окна. Но вот кондиционеры мешают, и розовый цвет я сделала бы спокойнее. Ну ничего, скоро выцветет.
Вхожу во двор, сверяю номер квартиры и ищу нужную парадную. Мне сегодня очевидно везёт, и из неё выходит женщина с очаровательной собачкой. Придерживаю ей дверь, здороваюсь и захожу во внутрь.
Поднимаюсь на последний этаж и сразу же звоню в дверь, не успевая отдышаться и одуматься.
— Да, здравствуйте! — Открывает дверь миловидная женщина. По выдающимся скулам и чёткому овалу точно понимаю, что это мама Жени. Увы, я даже не знаю, как её зовут. — Я могу вам помочь?
— Здравствуйте! Меня зовут Татьяна. Я невеста Жени и очень хочу с Вами познакомиться.
53. Мы увяданье наших лет
Женщина улыбается мне и смотрит одновременно с неверием и умилением.
— Невеста? Проходите, — запускает меня в квартиру. — Можете не разуваться. Хотите чай или кофе? Может быть, вина?
— С удовольствием выпью чаю, спасибо!
Следую за женщиной и отмечаю, что у нас с Женей много общего. Квартира, в которой он, судя по всему, вырос, похожа на нашу. Паркет ёлочкой, лепнина, много книг и картин, фортепиано в гостиной. Типичное жилище для питерской интеллигенции.
Конечно, я не думала, что у его мамы будет рэперская студия с неоновыми лозунгами, но эта схожесть меня удивляет.
Пока она готовит чай, я брожу по комнате, останавливаюсь у стеллажа, и смотрю на семейные фотографии.
Какой Женя был милаш без своих татуировок и крашеных волос. С интересом смотрю и на его папу. Видно, что серьёзный и деловой, а главное — умный. Интеллект налицо. Все счастливы, улыбаются, и заметно, как любят друг друга. Не ускользает от меня и то, что всё-таки Женя на всех фотографиях тянется больше к маме, а Егор — к папе. Что же у вас произошло, Бессоновы?
Интересно, как Женя воспримет мой визит. Конечно, если так посмотреть, это дико странно. Зачем я приехала к его маме? Сама не могу ответить на этот вопрос.
Кажется, что только она может дать мне ответы и ключ к нему. Наверное, я сумасшедшая.
Пытаюсь понять, что я к ней испытываю. Обиду? Возможно. Уверена, если бы не её алогичный поступок, он бы не стал таким. И тогда не стала бы такой и я.
Оборачиваюсь на шаги и улыбаюсь, когда вижу сервиз, который обожает моя мама.
— Спасибо! Красивая посуда! Я из Санкт-Петербурга, люблю наш фарфор.
— Благодарю! И я люблю! И Питер очень люблю! А как вы познакомились? — Улыбается и садится в кресло напротив меня. Смотрит на меня пытливым взглядом и явно рада моему присутствию. Разве она пустила бы меня, будь ей Женя безразличен?
— Женя со своим другом арендовал дом с нами по соседству.
— В Питере?
— Да. В Комарово.
— М-м-м, — улыбается. — Приехал на недельку до второго, влюбился и остался?
— Как-то так, да.
— Прелестно! Вы очень симпатичная и миловидная! Честно говоря, всегда переживала, что его избранницей станет какая-нибудь рэпперша в наколках, как он. А он выбрал такую очаровательную девушку. И когда у вас свадьба?
Фух. Если скажу, что следующим летом, то поспешность моего визита будет ещё более странной.
— В декабре. Хотим снежную свадьбу с новогодними мотивами.
— Вот как! Необычно! Угощайтесь, — улыбается и подаёт мне печенье.
Всё, конечно, очень миленько. Но чувствую, что она не расколется.
— Извините, а как я могу к Вам обращаться?
— Елизавета Владимировна.
— Елизавета Владимировна, Женя не знает, что я здесь. Но я хотела бы вас пригласить к нам на свадьбу.
— Я не приду, — спокойно отвечает. — Я очень рада за Женю, но я не могу.
— Жаль, — отпиваю чай. —
