Владрик слышал, как она прошмыгнула в ванную и напрягся. Он понял, что даже если Шанталь сожалеет о случившемся, она не подойдёт к нему по своей воле. А она сожалела: он увидел в её глазах сожаление, как только включил свет в коридоре.
Гордые девушки ему нравились. Особенно потому, что их надо было уламывать разными действенными методами. И вот теперь Шанталь создала очень удобную ситуацию и идеальное место для встречи. Владрик довольно расхохотался и встал с дивана. Снял рубашку и бросил её на пол. И пошёл к двери, прекрасно понимая, что девушка заперлась. Эту дверь он мог вышибить одним пальцем.
Она успела только промыть волосы, когда в дверь вежливо постучали.
— Шанталь! — позвал весёлый голос. — Пустишь меня?
Она выронила мыло и едва не свалилась, но вовремя уцепилась за плотную занавеску.
— Владрик, — прошептала она в страхе, — не заходи! Прошу тебя!
— Мне нужно лекарство, оно стоит на полке возле входа, — ответил он.
— Ты выдумываешь! — резко произнесла она.
Но он сказал правду. Лекарство действительно там стояло, и голова у него действительно ныла. И не только голова, но Шанталь о его ранах знать было не обязательно.
— Я не вру, Шанталь. Открой дверь и дай мне взять его.
— Если я… если я открою… ты… — в её голосе он услышал ужас и покривился. Нет, он не хотел чересчур сильно напугать её.
— Я возьму эту проклятую склянку и уйду! — наигранно взревел он. — Открой дверь!
Она вылезла, заматываясь в полотенце, и дрожащими пальцами отперла замок. Владрик шагнул внутрь, едва на неё поглядев. Прошёл к полке и взял пузырёк. Шанталь поняла, что он не соврал и сразу успокоилась.
— Владрик! — сказала она ему в спину, и он нехотя повернулся.
— Что?
— Прости. Я поступила как идиотка. Прости меня.
Он поднял брови.
— Неужели?
— Да. Но согласись, ты держишь меня здесь и не отпускаешь, пугаешь своей грубостью!
— Ну, отпущу я тебя, и куда ты пойдёшь? — хмуро спросил мужчина. — К тому же я всего лишь копирую тебя, Шанталь. Посмотри в меня, как в зеркало — и ты всё поймёшь.
— Неужели я такая? — спросила она.
— Пренебрежительная, высокомерная, резкая, недобрая? Да, — кивнул он, — такая и есть. Неприятно посмотреть на себя со стороны, да? Ты и сама прекрасно знаешь, что ты такая. Знаешь это, но не собираешься меняться. Это ничего, сладкая. Оставайся такой. Тебе идёт.
И он вышел, захлопнув за собой дверь.
Его слова необыкновенно смутили девушку. Она домылась и вышла, поискала его на кухне и в спальне… и удивлённо подняла брови, поняв, что он лёг на диване в гостиной.
— Ты что, будешь спать здесь?
— Угу, — буркнул мужчина. — Больно охота терпеть твои выходки. Ещё съездишь мне ночью по башке. Нет уж, спасибо. Одного раза вполне достаточно. Я больше привык обниматься с женщинами, чем драться и выламывать им руки.
И он отвернулся от неё, укутываясь в одеяло. Растерянная, Шанталь вернулась в спальню и причесалась. Сначала она убеждала себя, что нужно радоваться произошедшему, но у неё плохо получалось. Она решила лечь, но никогда ещё не засыпала так отвратительно. Подушка вся скомкалась, одеяло кололо, ей было то душно, то холодно, простынь елозила. Тиканье настенных часов сводило с ума, и она проворочалась часа два, прежде чем уснуть. И это при том, что Владрик тихо храпел в гостиной.
Наутро он разбудил её громким окриком.
— Шанталь, вставай!
Она подскочила на кровати.
— Куда? Зачем?
— На комоде лежат ключи, можешь пользоваться. Иди, куда хочешь, больше я тебя не держу. Только смотри, возьми с собой вот эту карточку, и если тебя схватят, покажи её. Не знаю, как ты будешь спускаться, попробуй по лестнице… Запомни номер дома и квартиры, если захочешь вернуться. И ещё. В ящике есть деньги, трать на здоровье. Этого добра у меня навалом.
— Стой, а ты куда? — Она вскочила с кровати и, завернувшись в одеяло, побежала за ним, нагнала возле выхода.
— Пойду по делам. Вечером буду в клубе «Гранда». Если хочешь найти меня — поймай такси и скажи, куда тебя отвезти. Всё, пока.
Он даже не поглядел на неё.
До обеда Шанталь сидела в квартире, надеясь, что Владрик скоро появится. Она никогда не боялась больших городов, но этот пугал её. Девушка знала, что может ждать её там, за пределами уютной квартиры, и не желала выходить. Снова оказаться на торгу? На сей раз там не будет Владрика, который спасёт её. Пора бы уже начать пользоваться собственными мозгами, а не полагаться на везение. Сиди дома! — внятно говорил ей здравый смысл. — Дожидайся его тут, а потом попроси помочь попасть в Промежуток — и приветики.
Она не могла оставаться в квартире. Из открытых окон доносился шум, и он действовал на Шанталь как магнит. Решайся, красавица! — вдохновенно пыхтела гордость. — Ты это можешь. Плевать на разумность!
И Шанталь плюнула. Она долго спускалась вниз по лестнице, цепляясь за перила. Хорошо хоть стены были не прозрачными. Потом она долго бродила по светящимся широким проспектам, разглядывая витрины магазинов. Ей безумно понравилось одно платье: короткое, без бретелек, с широким поясом на талии, прекрасного нефритового цвета. Оно было сделано из какой-то чудесной переливчатой ткани. Девушка не сдержалась и купила наряд, а к нему — золотистые туфли, сумочку и короткое болеро, а также накидку, чтобы не замёрзнуть по дороге. Она посмотрела на себя в зеркало, даже встала в ту же позу, что принимала в момент торгов. Ничего, вполне себе симпатично. Поглядим, посмеет ли Владрик сказать ей, что она плохо одета! Кто он такой, чтобы указывать ей, что носить, а что нет? Она поймала такси и решила заявиться в клуб, угостить мужчину своим обликом и тут же высокомерно отправиться восвояси.
В клуб её пустили сразу, как только она вышла из такси и поднялась по лестнице, хотя пускали туда далеко не всех. Шанталь не хотела думать о причине такого уважения, ей казалось, что всё правильно, иначе и быть не может. Действительно, какой смысл не пускать внутрь красивую, ухоженную женщину, у которой явно были деньги? Она прошла по коридору — и её оглушила громкая музыка. Девушка с трудом удержалась, чтобы не закрыть уши руками.
В огромной зале была уйма народу: кто-то танцевал, кто-то пил, кто-то орал, кто-то дрался. Она присела за барную стойку и взяла себе сока. Бармен поглядел на неё как на дуру, и она в ответ одарила его убийственным взглядом. Тот же Хруст никогда не позволял себе насмехаться над посетителями. Что говорить — гадостный мирок. И что, интересно, Владрик тут забыл? Он жаждал разнообразия, но нужно ведь и меру знать! Болезни, люди, не понимающие, что такое вежливость, рабы и работорговцы — неужто это привлекало его?
