Малышки-дочки для потеряшки-папы - Диана Фад

— Ты не знаешь откуда? — хмыкаю я.

— А ты сам-то знаешь?

— Пап, ну был у меня почти пять лет назад роман с одной девушкой, что такого? Можно подумать, в твоей юности такого не было.

— В моей нет, я был ответственным мужчиной, в отличие от тебя.

— Поэтому мама по залету за тебя выскочила?

— Откуда ты…

— Считать умею, пап. Вы расписались, когда я уже в проекте был, два месяца как.

— Допустим, но я на твоей матери женился, а не оставил ее с ребенком. Да и не это главное. Мы с мамой любили друг друга, а ты?

— А что я? Кажется, тоже любил, — скребу от досады затылок. — Короче, ошибка вышла. Я дурак.

— Ну этому я как раз не удивляюсь, — хмыкает папа. — Но мать детей? Что за безответственность⁈ Родить двоих и не сообщить отцу?

— Обиделась она на меня, вот и не сказала.

— А сейчас, значит, сказала? Ты хотя бы анализ на отцовство сдавал?

— Пап, я их второй день как вижу и узнал про девочек так же.

— В смысле? А зачем еще ты в эту дыру поехал? — удивляется папа. — Мне, когда из службы безопасности доложили, что твоя машина здесь стоит уже больше суток, я сразу и поехал сюда. Мама на хвост села, за тебя переживала. Как знала, что тут женщина замешана. Но чтобы дети, да еще двое…

— Так получилось, — пожимаю плечами. — Факт есть факт. Девочки мои.

— Ты уверен?

— В Алене да, но если вы сомневаетесь, то сделаем потом анализ.

— Допустим, всё это правда, но мать девочек где?

— Алена срочно в больницу попала, аппендицит, а я на хозяйстве остался.

— Ты⁈ На хозяйстве⁈

— Ага.

— Вот не повезло твоим дочерям, — хмыкает папа. — Получается, у нас две внучки… Однако!

— Фёдор, иди сюда! — кричит из кухни мама, и мы с папой торопимся на зов. — Собирайся, мы уезжаем.

Мама вся в волнении, запыхалась, да и в шубе жарко.

— Как это уезжаем⁈ — возмущается папа. — Это же наши внучки!

— Поэтому и уезжаем, и детей с собой забираем! — поправляет норковую шапку на голове мама и вытирает со лба пот. — Ну чего стоите? Одевайте девочек и едем.

— Мам, подожди, — тяну девчонок себе за спину, а те смеются, вертятся. — Как это уезжаете и забираете? Мы дождёмся Алену с больницы, решим все вопросы, и я приеду.

— Вот именно, ты решишь, я знаю как, и как приедешь тоже, поэтому вопрос решен, — заявляет приказным тоном мама. — Девочки, давайте быстрее, а то магазины закроются.

— Мы быстло, бабушка, — отвечают дочки и уносятся одеваться.

— Я не понял, что происходит вообще⁈

— А то, что твоя мама только что бабушкой стала, — смеется отец.

— Да, и мы забираем девочек и едем за подарками, — кивает мама.

— Да у них всё есть! — пытаюсь спорить я.

— Ничего у них нет! Ты дом видел? Деревянная развалина! В каких условиях живут наши внучки. Игрушки нормальной нет, а одеты как? Платье в штанах, волосы не расчесаны…

— Да это я с утра не проследил…

— Конечно, ты за собой уследить не можешь, куда тебе до детей, — фыркает мама. — Короче, Фёдор, не спорь со мной! Мы едем по магазинам, а ты пока тут лечись, чем ты там лечишься.

— Мама, я думал, ты про меня спросишь, как я себя хотя бы чувствую⁈ — искренне возмущаюсь я.

— А, — отмахивается она. — На ногах стоишь и языком вертишь, значит, всё в порядке. Миша, позови водителя, пусть к воротам ближе подъедет и пригласит кого-нибудь, дорогу у дома расчистить, не проехать.

— Да, дорогая, — соглашается папа и уходит.

— Девочки, ну вы долго? — кричит мама.

— Мы тут, бабушка! — спускаются дочки вниз.

— Н-да, с одеванием у вас проблемы или с одеждой, — осматривает внучек мама. — Но ничего, сейчас всё сделаем.

И они выходят из дома, направляясь к машине. Смотрю в окно, вижу, как уезжают, и обречённо вздыхаю.

— А родители у тебя ничего так, — встаёт со мной рядом баба Рая. — Котлетку будешь?

Суёт мне в руки котлету на вилке, а я машинально жую и чувствую, что моя жизнь изменилась на триста шестьдесят градусов. Кардинально, короче, и навсегда.

Глава 10

— Это ужасно, так разговаривать! — жалуется мама, когда возвращаются из магазина.

Я принимаю от нее пакеты с игрушками, какими-то тетрадками, книгами, короче, чего тут только нет.

— Да, я знаю. Я уже занялся поисками логопеда для девочек, — отношу партию пакетов в гостиную и иду принимать порцию от папы. — Куда вы столько набрали⁈

— У девочек ничего нет! — ругается мама, стягивая с ног сапоги и кидая шубу прямо на пуфик в прихожей.

Хмыкаю, замечая, как качает головой папа. Мама привыкла, что дома за ней все убирают, и даже не думает о шубе, что растеклась серебристой лужей по узкой прихожей.

Баба Рая уже ушла, напичкав меня перед уходом таблетками, чаем с медом и ромашкой. Теперь я хожу по дому почти здоровый. Даже головная боль прошла. Но при появлении мамы снова вернулась.

— Завтра мы все поедем к твоей девушке в больницу, — говорит мама, усаживаясь на диван и поджав губы рассматривает комнату. — Девочкам нельзя здесь оставаться одним в ее отсутствие. Заберем их пока к себе.

— Они не одни, а со мной, — сажусь рядом с дочками на пол, вытряхиваю на ковер первый пакет.

— Вот именно, что с тобой, ты сам за собой посмотреть не можешь. И вообще, Федя, я не понимаю. Как можно было не знать, что у тебя родилось двое детей⁈

— Сам в шоке. — искренне отвечаю родителям.

— Пап, смотли, — протягивает мне огромный набор цветных карандашей и фломастеров довольная… Так. Нужно их различать.

— Ты кто? — спрашиваю дочку.

— Это Вика, — подсказывает, фыркая мама. — Отец называется, дочерей не различает.

— Нет, это Аня, — подсказывает дочка и ловит строгий взгляд бабушки. — Ну да, Вика.

Тупит глазки, делает вид, что смущается.

— Врушки какие, — ласково отвечает им мама, а я удивляюсь. Чтобы она и снесла такие шалости⁈ Это просто конец света.

— А давайте вам имена ваши напишем, — предлагаю я, схватив розовый фломастер. — Вот здесь, на руке.

— На лбу еще напиши, — сердится мама, и я всерьез примериваюсь ко лбу одной из дочек, которая со смехом лезет ко мне на колени. — Не майся дурью, Федор.

— Нет, ну а что, — хватаю руку дочери. — Ты кто?

— Не хочу лозовый, — дует та губы. — Класный!

— Я знаю, что я классный, — довольно улыбаюсь дочери. — Но имя твое как, Дездемона?