— Почему? — судорожно сглотнув, спросила Наташа.
— Потому что страсть пройдет, но то, что вы можете сейчас сделать, разрушит ваши отношения.
— А разве их можно наладить?
— Деточка моя, — Галина Петровна достала из стола сигарету, хотя бросила курить еще десять лет назад, а пачку «Парламента» держала исключительно для гостей, — наладить можно все, пока люди живы. У меня была точно такая же история с первым мужем. Я любила его безумно. А потом тоже совершенно случайно узнала, что он встречается с другой женщиной. — Она помолчала. — Мне жить тогда не хотелось. Я не думала о том, что у меня есть сын, надо его поднимать, о себе не думала — что я еще молодая, красивая, все впереди. Я тогда словно помешалась. Поэтому я понимаю, как вам сейчас тяжело. И это еще долго будет продолжаться, а потом пройдет, и ваши переживания будут казаться такими глупыми.
— Вы помирились?
— Нет. Я устроила скандал, забрала ребенка, ушла, подала на развод. Он пытался вернуть, но я не могла простить. Но вы и представить себе не можете, как я потом жалела об этом! Мы оба мучились. Он стал жить с той женщиной, потом с другой, неудачные браки, пристрастился к бутылке — в общем, жалкое зрелище на сегодня. А я вышла замуж за человека, которого совершенно не любила и который меня раздражал. И все только для того, чтобы первый муж узнал и извелся от ревности. У меня любовники появились, хотя никто на самом деле не был нужен. Так, для самоутверждения. Тогда я поняла, что очень часто измены ничего не значат. Ерунда все это, минутное помешательство. Если бы начать все сначала, я простила бы своего первого мужа и не делала из этого трагедию.
— Говорите, она молодая и красивая? — Наташа повертела рюмку в руках. — Все хотят молодых.
— Хотят разнообразия. — Галина Петровна улыбнулась. — А состоявшиеся богатые мужчины нужны всем. На них всегда охота. Зачем вам его отдавать? Пусть будет. На всякий случай.
— Скажите, а что он ей покупал?
— Обычные тряпки. Не думайте об этом. Мода меняется, тряпки устареют, а ваш муж останется с вами.
— Я все-таки пойду. — Наташа неуверенно поднялась. — Спасибо вам.
— Если захотите поговорить — звоните, мы можем встретиться. — Галина Петровна тоже встала, чтобы проводить гостью. — Вот мой домашний номер. В любое время, я поздно ложусь спать.
Слава, судя по всему, заснул, заперевшись в машине. Наташе пришлось несколько раз постучать в окошко, чтобы он открыл ей дверь.
— Долго вы, я задремал. — Слава потянулся и повернул ключ зажигания. — Теперь домой?
— Да, — согласилась Наташа.
Она откинулась в кресле и закрыла глаза.
Машина выехала на Кольцевую автодорогу, не попав ни в одну пробку. Было уже поздно. Большинство москвичей сидели дома, готовясь к новой трудовой неделе. Где сейчас Андрей? Он даже ни разу не позвонил. Наташу вдруг охватило такое отчаяние, что ей захотелось выпрыгнуть из машины и броситься куда глаза глядят, лишь бы все эти мысли и думы куда-нибудь улетучились, исчезли, пропали, чтобы голова стала ясной, чтобы она перестала чувствовать себя растоптанной, брошенной, как ненужная вещь.
— Слава, мне нужно срочно выпить. Водки, вина, пива — все равно.
— Где же я возьму? — поразился тот.
— Остановитесь около магазина.
— Но на Кольцевой нельзя останавливаться, и здесь нет винных магазинов.
— Тогда высадите меня.
Слава удивленно посмотрел через зеркало на свою хозяйку. Что это с ней? Вся бледная, руки дрожат, как с похмелья. Может, с подругами переусердствовала?
— Сейчас сделаем, достану я вам водку, не волнуйтесь так. — Он завернул на заправочную станцию и остановился. В багажнике у него лежала бутылка «Гжелки», которую он собирался открыть перед ужином, когда наконец доберется до дома.
Он обошел машину и вынул из багажника водку. Надо на завтра взять отгул. До чего же ему надоело работать сутками, пока хозяева развлекаются в свое удовольствие. Ему тоже хочется в воскресенье посидеть с друзьями. Или с женой телевизор посмотреть. А не мотаться по всей Москве или часами неизвестно чего ждать в подворотне. Он — водитель высокой квалификации и за такие деньги будет лучше грузы возить, чем холеных дамочек с их капризами. Завтра же начнет поиск другой работы, позвонит в пару мест, где его с радостью возьмут.
— Стаканов у меня нет, — сказал Слава, открывая бутылку.
— Я могу из горла.
Нет, с ней явно что-то не в порядке. Надо Андрею Михайловичу рассказать, пусть лучше за супругой следит. Так ведь и спиться недолго, и глупостей всяких наделать. А он еще и виноват окажется.
— Слава, — прервала его раздумья Наташа, выпившая глоток, — а куда вы отвезли любовницу Андрея из аэропорта? Домой? '
Так он и знал, что она в курсе похождений мужа. И ведь терпит — ради денег, ради своего благополучия. Слава презирал таких женщин, которые легко шли в содержанки и цеплялись за благодетеля руками и ногами, что бы он при этом ни вытворял.
— А куда же еще?
— Скажите мне ее адрес.
— Зачем это? — Слава насторожился, почувствовав какой-то подвох.
— Она просила меня при случае заехать, но я куда-то засунула адрес и не могу найти.
— Так позвоните и спросите.
Наташа поняла, что прокололась. Хлебнув еще для храбрости, она повернулась к водителю и сказала:
— Слава, понимаете, в чем дело. Я узнала, что мне изменяет муж, но не знаю с кем. вы в курсе. — Она помолчала. — Я ничего не скажу Андрею, и он не узнает о нашем разговоре. Обещаю.
Вот это да! Только этого не хватало. Ну и денек сегодня. Все эти откровенные бабские разговоры не для него. Совсем недавно он подвозил подружку Андрея Михайловича Марину, и она тоже задавала всякие дурацкие вопросы о Наталье Николаевне, выведывала что-то. Но Слава сумел отделаться общими междометиями: мол, я человек маленький и ничего не знаю. А тут что сказать?
Он снова взглянул на Наташу в зеркало. Видно, что — переживает по-настоящему. Ну хоть водку больше не пьет. Самой же плохо станет, возись потом. Вообще-то она симпатичная, лицо доброе, хоть и изображает порой из себя неизвестно что. А как старалась, когда муж из Америки прилетел. Выглядела на все сто. Видимо, еще не догадывалась, что у него кто-то есть.
Интересно, а сама она на стороне не развлекается? Кто их знает, этих баб. Деньги есть, тряпки тоже, муж из дома — и она запросто может кого-нибудь привести. Может, ему за ней поухаживать? Клюнула бы или нет? Конечно, он ей не пара, но сколько таких романов между всякими богачками и их шоферами, телохранителями, массажистами. Может, она мечтает об этом?
Он осторожно дотронулся до Наташиной руки:
— Вы так дрожите. Замерзли, наверное?
— Это нервное. Так вы мне скажете?
— Ну раз вы обещаете меня не выдавать…
А что ему терять, в самом деле. Он все равно собирается увольняться с этой службы. И никто не просил его молчать. К тому же из чувства благодарности она может что-нибудь для него сделать.
— Девица — его секретарша.
Наташа усмехнулась:
— История старая как мир.
Они подъехали к дому, и Наташа увидела, что в окнах горит свет. Значит, Андрей дома.
У видел это и Слава. Какая досада! Он рассчитывал хотя бы быть приглашенным на чашку чая.
Глава шестая
Маша спешила. Сегодня надо было заработать хотя бы долларов двести. Старенькая «четверка» рассыпалась. И если ее после работы не загнать в автосервис, это может закончиться какой-нибудь трагедией. Как назло, по дороге еще спустило колесо, и в пробке на Новом Арбате водители от скуки сообщали ей об этом и слева, и справа. Особо разговорчивые давали советы, где можно найти дешевую и качественную резину. Маша даже записала пару вариантов, хотя точно знала, что пользоваться ими не будет. Мастер, у которого она постоянно ремонтировала свой автомобиль, находил нужные запчасти сам, причем по божеской цене. Впрочем, эти адреса она может передать ему.
