кто-то провалился.
Это, мягко говоря, чертовски стыдно.
— Ты можешь не заходить, Мако."
Он уже открывает дверь и огибает машину, чтобы открыть мне мою. У меня замирает сердце, когда я вижу маленькие глазки Барби, проглядывающие сквозь рваные занавески.
Ужас застывает в моей груди. Мне понадобится отбойный молоток, чтобы выбить ее оттуда, когда все будет сказано и сделано.
Я тяжело ступаю в дом, Мако идет за мной по пятам. Его присутствие подавляет и душит, а я всего лишь хочу выгнать его из этого дома.
— Ну и кто у нас тут, блядь, такой? - говорит Барби со стороны кухни, скрестив руки на своем хрупком теле. Ее глаза пожирают Мако, явно наслаждаясь видом, судя по нескрываемому возбуждению в ее глазах. "О, это новый вариант, дорогая. Намного лучше, чем тот, которого ты принесла в последний раз. Тот выглядел так, будто трахал себя палкой для удовольствия".
Я ничего не могу с собой поделать. Я фыркаю в ответ. Иногда я могу оценить честность, исходящую из уст Барби, даже если яд, который она извергает, в основном направлен на меня.
— Барби, это Мако. Не спугни его, - предупреждаю я.
На ее лице расплывается зловещая ухмылка. Это Барби в действии, хотя она знает, что Мако никогда не уделит ей времени. Мако, как и подобает джентльмену, отрывисто говорит: — Здравствуй, Барби. - Ее глаза расширяются, когда она чувствует его голос. Глубокий, чертовски глубокий, особенно когда он говорит тебе на ухо самые грязные вещи, находясь в тебе на глубине не менее девяти дюймов. Я содрогаюсь от воспоминаний.
Даже когда Мако поймет, что ненавидит меня, а не любит, я буду лелеять это воспоминание до самой смерти.
— Что вам нужно? - спрашивает Барби, заставляя себя отвести взгляд от магнетического мужчины, стоящего позади меня. Это требует серьезных усилий с ее стороны, я знаю это по опыту. Обычный яд в ее голосе отсутствует. Наверное, она слишком увлечена Мако.
— Время аренды, - щебечу я. Она опускает лицо, драматично закатывает глаза и поворачивается, чтобы пройти на кухню. Когда Барби не трахается в своей комнате, она на кухне курит, делает уколы или нюхает. Когда я была здесь в прошлый раз, мне понадобилось четыре сигареты, чтобы удержаться на этой кухне - той самой, где Билли подарил мне новые кошмары. Курить в присутствии Мако как-то неправильно.
Единственное, что отрывает мои ноги от земли, - это напоминание о том, что Мако здесь, рядом со мной. Его сила безмолвно вливается в меня, придавая мне мужества, необходимого для того, чтобы вернуться в мой личный ад.
Кухня в том же состоянии, что и в прошлый раз, когда я здесь была. И все предыдущие разы, сколько я себя помню. Я наблюдаю, как глаза Мако вбирают в себя каждую деталь. Непреодолимое желание завязать ему глаза становится почти невыносимым. Я ненавижу, что он видит место, где я выросла. Мне не нравилось, что Райан тоже видел это, но что-то в том, что Мако узнает, откуда я родом, ощущается иначе.
С Райаном я чувствовала, что должна произвести на него впечатление. Доказать ему что-то. А у этого убогого дома нет никаких оснований для того, чтобы произвести впечатление на своего парня. Райан усмехался и смотрел свысока на этот дом и Барби. Мне стало неловко, во рту остался неприятный привкус, и я почти уверена, что это заставило Райана смотреть на меня с меньшим благоговением.
Что касается Мако, то я просто хочу оградить его от такой жизни. Не потому, что мне нужно произвести на него впечатление, а потому, что я боюсь, что он будет меня жалеть. А мне меньше всего нужна жалость.
Но, конечно, Мако всегда удивляет меня. То, что потускнело в глазах Райана, сияет и в глазах Мако, когда он смотрит на меня. Благоговение. Ему не нужно произносить эти слова сейчас, он уже сказал их раньше. Он... гордится тем, что я вышла из такой дыры и стала той, кем являюсь сейчас. Даже если я убийца. Для Мако это не имеет значения. Не тогда, когда человек, которого я убила, заслужил все, что я с ним сделала.
— У тебя есть деньги? - нетерпеливо спрашиваю я. Барби сидит в своем обычном кресле, попыхивая сигаретой.
— Неужели ты не можешь хоть раз навестить свою мать? Ты приезжаешь сюда только за деньгами. Я начинаю чувствовать себя использованной.
Я бросаю на нее сухой взгляд. — Мило, Барби. Очень мило.
Чернота пляшет по краям моего зрения. Я ненавижу находиться на этой кухне.
— Ривер никогда не рассказывала тебе историю о том, как она получила свое имя? - спрашивает Барби, разглядывая Мако с ног до головы, как кусок мяса. Я бы поправила ее, если бы не была виновата в том, что делаю то же самое каждый раз, когда нахожусь рядом с ним.
— Нет. - Его ответ короткий и лаконичный. Я бы сказала, что мне это неинтересно, если бы не изгиб брови, направленный в мою сторону. Я вздыхаю, сожалея о том, что взяла Мако с собой в это место.
— У меня начались роды, когда я бежала со всех ног, - начинает Барби, сосредоточив свое внимание на потертом столе. — Я подумала, что меня будет труднее поймать, если я окажусь в реке. - Она кивает головой в сторону тихой, грязной реки. — Подумала, что так он меня не поймает. И вот я здесь, меня преследует один из самых страшных мужчин на свете, и тут Ривер решает, что она хочет появиться. Я кричу, плачу, умоляю спасти меня, но при этом активно пытаюсь удержать ребенка, чтобы он не вышел из моего тела. - Сухая усмешка сползает с ее потрескавшихся губ. — Но Ривер это не понравилось. Она хотела выйти прямо там и тогда. Итак, вода мне по грудь, Билли не видит, что происходит. Он подходит ко мне сзади, пистолет в руке, уже поднят к голове, и замирает, когда я поднимаю Ривер, и он слышит первые крики маленького ребенка. - Она делает паузу и обращает ко мне свои усталые, пустые глаза. — Ривер - это то, что в конечном итоге спасло мне жизнь в тот день. Как только Билли услышал ее крик, он решил, что ему это нравится. А потом сделал миссией своей жизни слышать ее плач до того дня, когда она сбежит из Шэллоу Хилл.
Зловещая тишина воцаряется
