бы в десяти милях отсюда.
Я прищуриваюсь, глядя на него.
— Не поприветствовать их будет крайне невежливо.
— Ты хоть представляешь, что девять мужчин, оккупировавших сейчас нашу библиотеку, ответственны за такое количество трупов, что их число легко сравнится с населением небольшой страны? — Адриано обнимает меня, широко раскрыв ладони на моем животе и нежно его поглаживая. — Я не хочу, чтобы моя жена... моя беременная жена... оказалась с ними рядом.
— Звучит как замечательная компания законопослушных граждан, — щебечет мама из своего любимого кресла перед огромным телевизором.
Я вздыхаю.
В прошлом месяце Адриано распорядился переоборудовать гостевой дом в нашем поместье в прекрасный дом для моей матери, потому что решил, что мамино жилое здание (которое он, между прочим, выкупил несколько месяцев назад!) должно использоваться более рационально. Одной из озвученных им идей была парковка. Я так на него злилась... Пока не нашла в ящике его стола отчет, где было указано, что здание не прошло несколько проверок на безопасность. Под этим отчетом лежал счет-проформа на масштабный ремонт и реконструкцию всего комплекса. Но, разумеется, мой муж скорее умрет, чем признается, что совершил хороший поступок ради других людей.
Адриано переводит свой суровый взгляд на мою мать.
— Истинная правда, миссис Фаббри.
— А когда ты к ним присоединишься, дорогой Адриано, статистика трупов вырастет с уровня маленькой страны до уровня страны средних размеров.
— Ваше высокое мнение обо мне не перестает удивлять, — невозмутимо отвечает он. — Не могли бы вы проследить, чтобы Айрис не покидала это место, пока я не приду за ней?
— Конечно. Если ты не можешь обеспечить безопасность своей жены в собственном доме, я с радостью помогу.
Из горла моего мужа вырывается настоящее рычание, и я хлопаю ладонью себя по губам, чтобы не рассмеяться.
Адриано вполне может пожалеть о новом месте жительства моей мамы и, вероятно, уже пожалел об этом тысячу раз, а то и больше. Ей слишком нравится его дразнить.
— Ой, да ладно тебе. — Я обвиваю руками его руку и тяну к двери. — Это же твои друзья...
— Они мне не друзья!
— Тогда деловые партнеры. Но ты впервые пригласил их всех к себе. Будет ужасно невежливо, если ты их мне не представишь. Особенно после того, как я потратила кучу времени на приготовление тирамису для вашей встречи.
Адриано замирает.
— Ты сказала, что заказала его.
Ой. Я виновато ухмыляюсь.
— Упс.
— Ты на седьмом месяце, Айрис. Совершенно недопустимо, чтобы ты часами торчала на кухне, готовя десерт для кучки преступников.
— Я беременна, а не больна. — Я приподнимаюсь на цыпочки и прижимаюсь губами к его губам. — Я сделала его для тебя, потому что знаю, как ты его любишь. Но тебе придется поделиться.
— Я ни с кем не буду делиться тем, что ты приготовила для меня. Пусть едят печенье из магазина, — бормочет он мне в губы, а затем слегка кусает мою нижнюю губу.
— Я испекла пять больших противней, Адриано.
— Они все мои.
Я улыбаюсь. Мой муж странно привязан ко всей еде, которую я готовлю. Он не позволяет никому, кроме себя, к ней прикасаться. Не совсем уверена, как всё обернется, если я в следующем году всё-таки открою свою кондитерскую, как мы с ним обсуждали.
— Хорошо, милый, — я в ответ слегка кусаю его. — Пойдем поздороваемся.
* * *
Пока Адриано был в ударе и занимался ремонтом, он распорядился переделать восточное крыло нашего дома. Анфиладу комнат, которая раньше принадлежала мне, а также соседнюю спальню превратили в огромную библиотеку, достаточно просторную, чтобы вместить как минимум тридцать человек и чтобы им не было тесно. Но с этими конкретными девятью мужчинами и моим мужем это пространство кажется спичечным коробком.
Мы едва переступаем порог, как Адриано останавливается и обнимает меня. Похоже, дальше дверного проема мы не пойдем.
— Братва. — Мой муж указывает на группу из четырех мужчин за покерным столом.
Мой взгляд скользит от одного мрачного лица к другому, пока Адриано перечисляет их имена.
Пахан Роман Петров.
Его «специалист по урегулированию конфликтов» Михаил Орлов. Что бы это ни значило.
Адриано представляет высокого темноволосого парня как Павла Морозова и упоминает, что тот управляет ночными клубами братвы, прежде чем перейти к последнему мужчине за столом, на этот раз с поразительно светлыми волосами.
— А это Белов.
Я только начинаю удивляться отсутствию подробностей, когда Таффи проносится мимо нас в комнату.
— А вот и мой сладкий внучек! — кричит Белов, падая на пол, чтобы побороться с собакой.
— Лука Росси, дон чикагской Семьи, — продолжает Адриано, кивая парню с волосами до плеч, который опирается на каминную полку, в то время как все полностью игнорируют светловолосого русского, катающегося по нашему полу и получающего собачьи поцелуи от огромного кане-корсо.
Адриано пропускает дона Спада, который развалился в кресле у окна и выглядит чертовски злым. По словам мисс Зары, Массимо воспринял это в штыки, когда мой муж посвятил его в истинные масштабы операций «Руффо Энтерпрайзис».
— Драго Попов, глава сербского синдиката в Нью-Йорке. — Адриано указывает на другую часть комнаты, на мужчину в кожаной куртке с мотоциклетным шлемом под мышкой.
Я невольно моргаю, присматриваясь. Кажется, черный шлем этого мужчины обклеен блестящими розовыми бабочками, и целая куча таких же наклеек красуется на его кожаной куртке.
Наконец, Адриано поворачивается к последним двум мужчинам, стоящим у одного из книжных шкафов с моей коллекцией новых детективных романов, и представляет их как дона Сальваторе Аджелло из нью-йоркской Семьи и его правую руку, Артуро Девилля.
— Эм... Добро пожаловать, — говорю я.
Все девять мужчин синхронно кивают, даже Белов, который уже вернулся на свое место, а Таффи спокойно сидит рядом с ним. Некоторые парни даже пытаются вежливо мне улыбнуться, но это выглядит довольно странно. Однако брат русского пахана ухмыляется в нашу сторону так, словно у него нет ни одной заботы на свете. Что касается остальных, невозможно не заметить наэлектризованную атмосферу, которая их окружает.
Эти мужчины не выглядят особо счастливыми от того, что оказались вместе в одной комнате. Видимо, именно поэтому по прибытии их попросили сдать оружие. Когда мы с Адриано вошли, заглянув перед этим к маме, я увидела коллекцию стволов, аккуратно сложенных в милые корзинки, которые я оставила у парадной двери. Одна из пушек была похожа на гранатомет.
— Полагаю, вам интересно, зачем я собрал вас всех здесь, поэтому буду краток. Затем вы все сможете вернуться по своим домам, к своим женам, как можно дальше от моей. — Голос Адриано, кажется, эхом разносится в абсолютной тишине, воцарившейся в библиотеке.
— Многие из вас,
