— Что, например? — с вызовом спросила я.
— Например, что ты ешь только желтые конфеты Sour Patch Kids, — сказал Аарон, не отрываясь от телефона.
— Или что ты почти каждый вечер заказываешь салат с гарниром в той фирме, что доставляет нам пиццу, — сказал Росс. — Но пиццу ты тоже ешь.
— Или что у тебя из вещей только майки для футбола и шорты, — сказал Джесси.
— Ерунда какая-то, — сказала я. — А за последнее даже обидно.
— Сегодня по-другому, — отметил Джесси.
Я посмотрела на парней. Все, кроме Зака, были в джинсах и футболках с рисунками. Зак был одет в черные спортивные брюки и знакомую тонкую белую футболку. Мы доехали до места, и Джесси стал слегка тормошить Зака.
— Я бы выбрался из зоны поражения, — предупредил Росс, выбираясь из машины.
Несколько секунд Зак протирал глаза, потом посмотрел на нас двоих, затем — на студию, явно собираясь с мыслями.
— Пошли уже! — воскликнул Джесси. — Нам дали помещение всего на два часа. — Он повернулся ко мне. — Мы уже записали все инструментальные дорожки и сегодня только наложим на них вокал, поэтому долго не будет.
Зак хмыкнул и, вылезая из машины, зевнул.
— Доброе утро, — сказала я ему.
— Доброе, — его голос был хриплым после сна.
Мы прошли в студию, арендованную мальчиками.
— Привет, парни, — человек за пультом кивнул Джесси и Заку. Потом повернулся ко мне, и на его лице отразилось замешательство.
Он был полноват, и на его лице от смеха появлялись морщинки. Его щеки были покрыты щетиной, словно он пару дней не брился.
— А это кто? — спросил он.
— Кейтлин, это наш звукоинженер Терренс, — сказал Росс. — Терренс, это наша подруга Кейтлин.
— Рад знакомству, Кейтлин, — Терренс помахал мне рукой. Он повернулся к парням. — Зак, дружок, похоже, тебе кофеинчику сейчас не помешало бы.
— Это очень слабо сказано, — проворчал Зак.
— Отлично, — пробормотал Росс. — У нас есть мистер Суперворчун.
Зак сверкнул глазами на брата.
— К счастью, у меня есть для тебя зеленый чай, — Терренс вручил Заку горячую кружку. — Для тебя сделал, мой хороший.
— Так, готовимся, — сказал Аарон Джесси и Россу. — Зак, присоединишься к нам попозже.
Зак уселся на диван и отхлебнул чаю:
— Спасибо, Терренс, хороший чай.
— Кейтлин, верно? — спросил Терренс, как только ребята вошли в студию. Я кивнула, устраиваясь в свободном кресле. — Как ты познакомилась с этими парнями?
— Я — младшая сестра Коннора Джексона.
— О, тебе повезло. Эти четверо — лучшие ребята из всех, с кем я хотел бы работать.
Засмеявшись, Зак прервал нашу беседу:
— Ерунду говоришь.
— Заткнись и пей свой чай, — бросил через плечо Терренс.
— Я уже выпил, — Зак поднялся. — Еще раз спасибо.
— Не за что, приятель.
— Как называется песня? — спросила я у Зака.
— Я назвал ее «Солнце Лос-Анджелеса», — сказал Зак. — Думаю, тебе понравится.
Он отправился в студию. Склонившись над своим пультом, Терренс прищелкнул языком и быстро переговорил с парнями, настраивающими инструменты.
Микрофоны ожили, как только ребята надели наушники. Звук был включен, и мы могли слышать, о чем они говорят в студии.
— Росс, я тебя слышу, — сказал Джесси.
— Мы слышали, как ты пукнул, — добавил Аарон.
— Отвратительно, — сказал Зак. — Мы тут все заперты. Иди порти воздух снаружи.
— Ребята, вы готовы? — спросил Терренс.
— Как можно петь в такой вонище, — качая головой, буркнул Зак.
— Так, успокойтесь и начинайте, — приказал Терренс. — Время не резиновое.
Следующие два часа пролетели как один миг. Фантастика, я сижу в студии с моей любимой группой и наблюдаю, как они записывают новую песню! Это с трудом укладывалось в моей голове.
Все время, пока шла запись, было очень заметно, как Заку трудно. Он постоянно пропускал вступление, сбивался с ритма и забывал текст. И, судя по лицу Джесси, это было необычно.
— Тяжелый случай, — сказал Терренс, как только закончили запись.
— Понятно, — буркнул Зак, стаскивая наушники.
— Не провоцируй его, — Джесси взял бутылку кока-колы из холодильника. — Это был длинный сеанс, а он пришел не в лучшем настроении.
Зак вышел из студии с нахмуренным усталым лицом.
— Расслабься, — сказала я, похлопав по соседнему стулу.
Протяжно вздохнув, он уселся рядом со мной.
— Дайте мне несколько минут, — сказал Терренс, — И вы услышите черновой вариант готовой песни.
— Круто, — сказала я.
— Ты с Коннором когда-нибудь ходила на запись? — спросил Росс.
— Нет, — ответила я. — Во время записи он очень занят, и я не хочу путаться у него под ногами.
— Он сильно нервничает?
— Очень раздражается и совершенно не выносит, когда кто-нибудь ему мешает.
Росс посмотрел в сторону Зака:
— Смахивает на кого-то очень знакомого.
— Я все понял, — многозначительно сказал Зак.
— Готово, — обернулся к ним Терренс. — Наслаждайтесь, слушаем черновой вариант «Солнца Лос-Анджелеса».
После того, как ты был очевидцем трудного процесса записи песни, было очень приятно послушать конечный результат. Песня была про девушку, прикольную и чуть-чуть упрямую, но с золотым сердцем. И яркую, как солнце в Лос-Анджелесе.
— Терренс, ты супер! — Росс протянул руку на «дай пять». — Классно звучит.
— Да, действительно, — улыбнулся Зак.
— Наконец-то Зак со мной согласился, — пробурчал Росс.
— Ребята, я отправил вам этот файл, — сказал Терренс. — Еще пару дней поработаю с записью и отдам окончательный вариант.
Джесси с Терренсом начали обсуждать сроки, Аарон вызвал такси.
— Мы должны вернуться на саундчек, — сказал Аарон. — А Кейтлин нужно успеть на самолет.
— Ну, что скажешь? — спросил меня Росс, когда мы вышли.
Моя фанатская сущность рванула из меня со страшной силой:
— Общий ритмпотрясающий. А строчка о двух страстях, сливающихся в одну? Абсолютно гениально.
— Я рад, что тебе понравилось, — сказал Росс. — Так как ты наша самая главная поклонница и вообще, твое мнение очень важно.
Я застонала от нестерпимого желания врезать ему, а Росс был явно доволен, что поставил меня в неловкое положение.
— Такси ждет, давайте в темпе! — позвал Аарон. — Нас убьют, если мы опять опоздаем.
* * *
Прежде чем я отправилась в аэропорт, мама перепроверила все, что я уложила в свою спортивную сумку. Раз уж мама — менеджер, то это навсегда.
— Я все правильно уложила? — спросила я, когда она застегнула мою сумку. — Кандакия Джексон одобряет?
Она неодобрительно взглянула на меня через плечо:
— Я — твоя мама. Мне важно убедиться, что у тебя есть все необходимое, прежде чем ты окажешься в другом штате и обнаружишь, что забыла уложить нижнее белье.
— Спасибо, мам!
— Такси прибыло! — позвал отец от передней двери автобуса.
Перекинув сумку через плечо, я направилась к выходу, мама шла следом.
— Будь осторожна, дорогая, — мама слегка обняла меня и поцеловала в макушку. — Позвони, когда прилетишь в Лос-Анджелес.
— Ладно.
— Надеюсь, ты отлично повеселишься.
Идеальным напутствием перед выступлением это не назовешь, но могу поклясться, что мама старалась.
— Спасибо, мам.
— Подождите!
Зак с Россом сломя голову неслись к нашему автобусу.
— Мы хотели обязательно пожелать тебе удачи, — слегка запыхавшись, сказал Росс. — Если только это не плохая примета. Тогда желаем тебе сломать ногу.
— Мне кажется, ты имел в виду театр, — засмеялась я. — Но все равно спасибо, Росс.
Росс отсалютовал мне:
— Когда ты вернешься, «Солнце Лос-Анджелеса» уже будет выпущен как сингл во всем мире. Надеюсь, ты оценила его искренне.
— Это все не то, что ей нужно услышать перед отъездом, — сказал Зак. — Она занята. Иди отсюда.
— Ладно, — Росс поднял руки, будто сдается. — Намек понял.
Зак повернулся ко мне:
— Удачи тебе. Я уверен, ты отлично справишься. — Он протянул мне маленькую коробочку. — На удачу?
