Ознакомительная версия. Доступно 8 страниц из 51
мимо сонных сталинок по утреннему Кемерову, разгоняется на мосту через Томь и как стрела вылетает из города. Под колесами свистит дорога, по обе стороны несется густой лес. Молнией блестят мокрые от росы дорожные указатели: «Кельбес», «Глухаринка», «Барзас».
«Барзас переводится с хакасского как "Волчья река", – звенит колокольчиком голос экскурсовода. – Раньше здесь было множество волков, они подходили к деревням, резали стада. Одного волка убили и взвесили, он оказался восьмидесяти килограммов веса. Обычно волки в два раза меньше, наверное, это был вожак».
Два десятка женщин и детей слушают истории о кладах, разбойниках, лагерях. Автобус едет в Чебулинский район. Тур выходного дня знакомит со всеми его достопримечательностями.
Первая остановка в поселке Верх-Чебула. Дворик краеведческого музея завален сельскохозяйственным инвентарем всех времен и народов. Бодрый мужичок рассказывает о сибирском земледелии и щедро сыплет шутками. На нем красная косоворотка, и он чем-то похож на бойкого снегиря. После веселой лекции туристы делают из ниточек куклу-оберег. Разложив их по карманам, отправляются дальше – к часовне мученика Филарета. Звенит колокол, гул ложится на землю. Говорят, этот колокол очищает голову от греховных мыслей.
Обереги, сенокос и мученики – пролог к главной достопримечательности района. Автобус сворачивает на дорогу к Шестакову, которое прозвали деревней динозавров. На обочине один за другим поднимаются баннеры с динозаврами: «Шестаково! Путешествуй во времени!»
Перед домом культуры деревни Шестаково на рыжем ноздреватом валуне стоит бетонная скульптура пситтакозавра с детенышем. Точнее, пситтакозаврицы. Памятник совершенно случайно сделал художник Юрий Михайлов или, как он просит его называть, Михалыч.
Почти всю жизнь Михалыч имел дело с берестой. «Как Илья Муромец, потратил на это тридцать три года, хорошо, хоть не на печи», – смеется он.
Он скручивал из бересты туески, вязал лапти и делал картины. Возил свои работы на выставки по всей стране и был щедро осыпан наградами. Он почетный гражданин города Мариинск, дважды народный мастер, России и Кузбасса, лауреат правительственной премии «Душа России». И еще тот самый свояк Краснолуцкого, который посоветовал искать динозавров в Шарыпове.
Когда в Шестакове решили поставить памятник динозаврам, не было вопроса, к кому обратиться. Живущий неподалеку Михалыч согласился, сделал две бетонные фигуры, покрыл пропиткой и лаком под бронзу. «Самое смешное, скульптурой я до этого никогда не занимался», – рассказывает он.
Памятник стильный. Маленький и большой динозавры возвышаются на постаменте из груды песчаников. Большой динозавр ростом с человека опирается на таинственный шар. Карапуз небольшой, размером с пуделя.
«Это мадонна с младенцем, – улыбается Михалыч. – Почему так сделал? Потому что без затеи работать скучно. Просто слепить динозавра неинтересно, а вот маму с динозавриком – другое дело, так гораздо теплее».
Мадонна-пситтакозавр еще и казачка: у нее на лапах складки-лампасы. А детеныша зовут Такоша. «Вы прислушайтесь: пси-тако-завр, Шес-тако-во. Так и просится имя: Тако-ша», – объясняет Михалыч.
Скульптуру он установил осенью, а когда сошел снег, сошел и лак. Динозавры стали фиолетовыми. Администрация в панике позвонила Михалычу. Тот отшутился: никто не знает, какого цвета был пситтакозавр, да и название у него подходящее, яркое – «ящер-попугай».
Шутки шутками, но баклажановый динозавр смотрелся чересчур экстравагантно. Михайлов собрался перекрашивать памятник обратно, как вдруг фиолетовый цвет сам собой исчез, мезозойская мадонна обратно забронзовела.
К памятнику приезжают свадебные процессии со всего района. Появилась традиция: молодожены гладят блестящую лапу динозавра. Говорят, это к семейному счастью и плодовитости, ведь недаром из-под мамы-динозавра выглядывает рогатый карапуз.
Сбоку от памятника мемориал «Вечная слава героям». Позади – огромный камень. Экскурсоводы придумали легенду, что этот камень не простой, а волшебный и исполняет желания. Туристы послушно гладят шершавые грани песчаника и шагают к динозаврам.
Сфотографироваться с памятником – обязательный пункт программы. Многие норовят забраться динозавру на спину.
«Мне приятель сразу говорил: лепи динозавра с седлом. Я спросил: "Зачем?" "Да потому что все будут залезать!" И правда, залезают», – веселится Михайлов.
Спустя полчаса автобус с туристами отправляется дальше, на окраину Шестакова, к месту раскопок.
Деревня погружается в привычную дремоту. Кажется, вся она в незапамятные времена зевнула от сонливости, да так и застыла в зевке, который длится годы и конца-края ему не видно. Возле заборов в тени лежат козы, поводят осовелыми глазами собаки, издалека доносится мычание коровы, такое ленивое, словно корова мычит во сне. Воздух не шевелится, всюду пыль и тишина.
Через деревню проходит единственная дорога. Раз в час протарахтит трактор, или прокатится, звеня всеми железками, велосипед, или прошаркает старушка с посохом. Шагни чуть в сторону от главной улицы, мигом уткнешься в непролазные заросли репейника, полыни и крапивы. От зарослей идет тяжелый душный запах. «Все дурниной зарастает, все. Скоро нас змеи съедят!» – ругается за забором жилистый дед.
В Шестакове живет едва ли двести человек. Деревня оживает только по выходным, когда приезжают туристы и вносят небольшой беспорядок в размеренную жизнь.
Сами жители к динозаврам равнодушны. Некоторые вообще не верят в динозавров и говорят: не было никаких динозавров, все это выдумки. А старики жалуются, что зря растревожили этих самых «денозавров»: когда раскопали старые кости, вдруг стала падать скотина [74].
Кроме памятника мезозойской мадонне, в деревне есть еще две скульптуры пситтакозавров. Одну тоже сделал Михайлов, но уже из техноплекса. Материал для скульптуры экзотический, он сродни пенопласту. Третий пситтакозавр – отец. Он худощав, с усталым и удивленным выражением морды, стоит в зале дома культуры. По его зеленой коже щедро рассыпаны пупырышки, как бородавки. Одну лапу отец-динозавр тянет вперед. «Чтобы с детишками здороваться», – объясняет Михалыч.
Когда статуя стояла во дворе его дома, с динозавром перездоровалась вся ребятня. А в доме культуры на него повесили табличку «Руками не трогать». Михалыч возмутился: «Как так? Я ему лапу сделал специально, чтобы трогали!» Табличку поменяли, повесили новую: «Добро пожаловать!»
Четвертый пситтакозавр зеленого цвета, летом стоит на двух лапах на лужайке возле дома культуры. Вид имеет миловидный и слегка растерянный, пола неопределенного.
Этими скульптурами дело не ограничится. На холме, где идут раскопки, хотят поставить гигантского длинношеего завропода, а если хватит денег, то и двух. «Но не маму с сыном, а влюбленную парочку», – улыбается Михалыч…
Спустя десять минут автобус останавливается на обочине у большого холма. Это конечный пункт
Ознакомительная версия. Доступно 8 страниц из 51
