Ознакомительная версия. Доступно 27 страниц из 176
На Мадагаскаре обитают три члена семейства мангустов, которые, несомненно, являются родственными друг другу, и, должно быть, прибыли из Африки как один вид-основатель и впоследствии разветвились. Самый известный из них – фосса, своего рода гигантский мангуст размером с гончую, но с очень длинным хвостом. Его меньшие родственники – фаланук и фаналока, чье латинское название, Fossa fossa, вносит путаницу (Собственное латинское название фоссы совсем другое, и в любом случае местные жители называют ее foosh.).
Существует группа странных мадагаскарских грызунов, всего девять родов, объединенных в одну подсемью, Nesomyinae. Они включают роющую норы гигантскую крысоподобную форму, лазающую по деревьям «болотную крысу» с хохолком на хвосте и подскакивающую, подобную табаргану форму. Долгое время велись дискуссии, появились ли странные мадагаскарские грызуны в результате одного случая иммиграции или нескольких. Если был единый основатель, то это означало бы, что его потомки эволюционировали со времени прибытия на Мадагаскар, заполняя все эти различные грызуновые ниши: очень мадагаскарский сюжет. Последние молекулярные свидетельства указывают, что пара видов с африканского материка более близко связана с некоторыми мадагаскарскими грызунами, чем некоторые мадагаскарские грызуны друг с другом. Это, казалось бы, говорит о многократных иммиграциях из Африки. Однако более близкое рассмотрение свидетельств поддерживает более удивительную гипотезу. Кажется, все мадагаскарские грызуны происходят от единого основателя, который пришел не из Африки, а из Индии. Если бы это оказалось верным, сходство с двумя африканскими грызунами служило бы признаком более поздней переправы на плотах из Мадагаскара в Африку. Предки африканских видов прибыли из Индии через Мадагаскар. Это выглядит, как если бы Индийский океан благоволил бы переправе на плотах в западном направлении. И снова мы не должны забывать, что когда происходила иммиграция, Индия была ближе к Мадагаскару.
Шесть из восьми видов баобабов растут исключительно на Мадагаскаре, и количество мадагаскарских пальм, 130 видов, затмевает их число во всей Африке. Некоторые авторы считают, что оттуда произошли хамелеоны. В самом деле, две трети видов хамелеонов в мире являются исконными мадагаскарцами. Существует особая мадагаскарская семья подобных землеройке животных, тенреков. После того, как они были отнесены к семейству насекомоядных, в настоящее время они принадлежат к Афротериям, с кем мы встретимся на Свидании 13. Они, вероятно, прибыли на Мадагаскар из Африки как две различные предковые популяции, раньше всех других млекопитающих. Они теперь насчитывают 27 разнообразных видов, включая некоторых, напоминающих ежей, некоторых, напоминающих землероек, и тех, которые живут главным образом под водой, как водная землеройка. Сходства являются конвергентными – независимо эволюционировавшими типично мадагаскарским способом. На изолированном Мадагаскаре не было никаких «настоящих» ежей и никаких «настоящих» водных землероек. Так тенреки, которые имели удовольствие оказаться в этой местности, эволюционировали в местные эквиваленты ежей и водных землероек.
Мадагаскарский ответ обезьянам?
У индри (Indri indri) громкий, жалобный крик, который можно услышать на расстоянии более чем в одну милю. [Иллюстрация добавлена переводчиком.]
На Мадагаскаре нет вообще никаких обезьян, что подготовило почву для лемуров. Пользуясь удачной возможностью, около 63 миллионов лет назад корневая популяция ранних мокроносых приматов случайно нашла дорогу на Мадагаскар. Как обычно, мы понятия не имеем, как это случилось. Эволюционный раскол (Свидание 8, 63 миллиона лет назад) произошел позже, чем географическое разделение Мадагаскара и Африки (165 миллионов лет назад), и Индии (88 миллионов лет назад), таким образом, мы не можем сказать, что предки лемуров были жителями Гондваны, находившимися там все время. В нескольких местах в этой книге я использовал «переправу на плотах» как своего рода сокращенное выражение для «статистически очень невероятного удачного морского пересечения с помощью каких-то неизвестных плавательных средств, которое должно было однажды произойти, и которое, как мы знаем, произошло по крайней мере однажды, поскольку мы видим более поздние результаты». Я должен добавить, что «статистически очень невероятное» используется там для проформы. Как мы видели на Свидании 6, факт «пререправы на плотах» в общем смысле более обычен, чем можно было бы интуитивно предположить. Классический пример – быстрое повторное заселение остатков Кракатау после того, как он было внезапно разрушен катастрофическим извержением вулкана (В «Многообразии жизни» Э. О. Уилсона есть красивое описание.).
На Мадагаскаре последствия удачной переправы на плотах были драматическими и восхитительными: лемуры, большие и маленькие, от карликового мышиного лемура, меньшего, чем хомяк, до недавно вымершего археоиндри (Archaeoindris), который был тяжелее, чем большая горилла и похож на медведя; обыкновенные лемуры, похожие на кольцехвостых, с их длинными, полосатыми, напоминающими волосатых гусениц хвостами, носятся по воздуху, как отряд бежит по земле; или индри, или танцующий сифака, который может быть самым большим прямоходящим приматом после нас.
И конечно, есть мадагаскарский лемур, рассказчик этого рассказа. Мир станет более грустным местом, когда он вымрет, поскольку я боюсь, что это может произойти. Но мир без Мадагаскара был бы не только более грустным – он был бы обедневшим. Если бы Вы стерли с лица земли Мадагаскар, то Вы разрушили бы всего лишь около одной тысячной всей мировой поверхности суши, но целых четыре процента всех видов животных и растений.
Для биолога Мадагаскар – блаженный остров. В нашем путешествии он является первым из пяти больших – в некоторых случаях действительно очень больших – островов, изоляция которых в ключевые моменты истории Земли радикально структурировала разнообразие млекопитающих. И не только млекопитающих. Нечто подобное случалось с насекомыми, птицами, растениями и рыбами, и когда к нам, в конечном счете, присоединятся более далекие странники, мы найдем другие острова, играющие ту же роль – не все они острова суши. «Рассказ Цихлиды» убедит нас, что каждое из больших африканских озер – свой собственный водный Мадагаскар, а рыбы цихлиды – его лемуры.
Острова или островные континенты, которые повлияли на эволюцию млекопитающих, в том порядке, в котором мы их посетим: Мадагаскар, Лавразия (большой северный континент, который был когда-то изолирован от своей южной копии, Гондваны), Южная Америка, Африка, и Австралия. Сама Гондвана могла бы быть добавлена к списку, поскольку, как мы обнаружим на Свидании 15, она также породила свою собственную уникальную фауну, прежде чем разбилась на все наши континенты Южного полушария. «Рассказ Мадагаскарской Руконожки» показал нам фаунистическую и флористическую расточительность Мадагаскара. Лавразия – древний дом и дарвиновский испытательный полигон для огромного потока странников, с которыми мы познакомимся на Свидании 11, лавразиотерий. На Свидании 12 к нам присоединится странная группа путешественников, неполнозубых, которые проходили эволюционную стажировку на тогдашнем островном континенте Южная Америка, и кто расскажет нам рассказ о других его обитателях. На Свидании 13 мы обнаружим афротерий, другую чрезвычайно пеструю группу млекопитающих, многообразие которых было выработано на островном континенте Африка. Затем, на Свидании 14 мы обратимся к Австралии и сумчатым. Мадагаскар – микрокосм, который подает пример – достаточно большой, чтобы ему следовать, и достаточно маленький, чтобы показать себя с образцовой четкостью.
БОЛЬШАЯ МЕЛОВАЯ КАТАСТРОФА
Свидание 8, где наши путешественники встречают лемуров 63 миллиона лет назад, является нашей последней встречей, «прежде чем» в нашей поездке в прошлое мы прорвемся сквозь барьер 65 миллионов лет, так называемую границу М/T (мело-третичную), отделяющую эпоху млекопитающих от намного более длинной эпохи динозавров, которая ей предшествовала. М/T была водоразделом в судьбе млекопитающих. Они были маленькими, подобными землеройке существами, ночными насекомоядными, их эволюционное изобилие сдерживалось влиянием гегемонии рептилий больше 100 миллионов лет. Внезапно гнет был сброшен, и за геологически очень короткое время потомки тех землероек расцвели, заполняя экологические ниши, оставленные динозаврами.
Что вызвало саму катастрофу? Спорный вопрос. В это время в Индии была повышенная активность вулканов, извергающих потоки лавы, которая покрыла более чем миллион квадратных километров («Деканский трапп»), что должно было оказать радикальное влияние на климат. Однако множество фактов формируют мнение, что заключительный смертельный удар был более внезапным и более сильным. Кажется, что снаряд из космоса – большой метеорит или комета – поразил Землю. Общеизвестно, что детективы восстанавливают события по пеплу сигары и следам ног. Пеплом в данном случае служит распространенный по всему миру слой химического элемента иридия, найденный в соответствующих геологических слоях. Иридий, как правило, редок в земной коре, но обычен в метеоритах. Удар, о котором мы говорим, распылил бы прилетевший болид и рассеял бы пыль повсюду в атмосфере, и эта пыль, в конечном счете, выпала бы дождем по всей Земле. Следом – в 100 миль шириной и 30 миль глубиной – служит колоссальный ударный кратер Чайксалаб в оконечности полуострова Юкатан в Мексике. Местоположение отмечено на карте, которая также иллюстрирует расположение континентов, океанов и мелких морей в то время.
Ознакомительная версия. Доступно 27 страниц из 176
