Ознакомительная версия. Доступно 27 страниц из 176
Артефакты, подобные гнездам и плотинам (и озерам), являются легко понятыми примерами расширенных фенотипов. Есть и другие, где логика немного более... как раз, расширена. Например, у генов паразита, можно сказать, существует фенотипическое выражение в телах их хозяев. Это может быть верным даже там, где, как в случае с кукушкой, они не живут в своих хозяевах. И многие примеры коммуникации у животных – как тогда, когда кенар поет для самки, и ее яичники увеличиваются – могут быть переписаны на языке расширенного фенотипа. Но это увело бы нас слишком далеко от бобра, рассказ которого заканчивается одним заключительным наблюдением. При благоприятных условиях озеро бобра может охватывать несколько миль, что может сделать его наибольшим в мире фенотипом любого гена.
СВИДАНИЕ 11. ЛАВРАЗИОТЕРИИ
Восемьдесят пять миллионов лет назад в тепличном мире верхнего мела мы приветствуем Копредка 11, нашего прародителя в приблизительно 25-миллионном поколении. Здесь к нам присоединяется намного более разнообразная группа странников, чем грызуны и кролики, которые увеличили нашу компанию на Свидании 10. Рьяные таксономисты признают их отдельную родословную, дав им название лавразиотерии, но оно редко используется, потому что, по правде говоря, это – смешанная группа. Грызуны все построены по одному и тому же зубастому проекту, и они распространились и стали разнообразными, по-видимому, потому, что этот проект был удачным. «Грызуны» поэтому действительно подразумевают нечто строгое; они объединяют животных, которые имеют много общего. Группа «лавразиотерии» столь же неуклюжа, как это звучит. Она включает очень несоизмеримых млекопитающих, которых объединяет только одно: все эти странники присоединились друг к другу «прежде», чем к нам. Все они изначально происходят из древнего северного континента Лавразия.
И что за разнообразная компания эти странствующие лавразиотерии: некоторые из них летают, некоторые плавают, многие скачут, половина из них нервно оглядывается от страха быть съеденными другой половиной. Они принадлежат к семи различным отрядам: Pholidota (ящеры), плотоядные (собаки, кошки, гиены, медведи, ласки, тюлени, и т.д.), Perissodactyla (лошади, тапиры и носороги), Cetartiodactyla (антилопы, олени, коровы, верблюды, свиньи, гиппопотамы и... что ж, мы дойдем до неожиданного члена этой группы позже), Microchiroptera и Megachiroptera (соответственно маленькие и большие летучие мыши) и Insectivora (кроты, ежи и землеройки, но не слоновые землеройки или тенреки, мы должны дождаться Свидания 13, чтобы встретиться с ними).
Плотоядные – раздражающее название, потому что, в конце концов, это просто означает мясоеды, а поедание мяса было изобретено независимо буквально сотни раз в животном мире. Не все Плотоядные являются хищниками (пауки – Плотоядные, и было такое копытное – Andrewsarchus, наибольший едок мяса со времен гибели динозавров), и не все хищники – Плотоядные (вспомните кроткую гигантскую панду, питающуюся почти исключительно бамбуком). Среди млекопитающих отряд хищников – кажется, действительно подлинно монофилетическая ветвь: то есть, группа животных, произошедшая от единого копредка, который мог бы быть классифицирован как один из них. Кошки (включая львов, гепардов и саблезубых), собаки (включая волков, шакалов и гиеновидных собак), ласки и их разновидности, мангусты и их разновидности, медведи (включая панд), гиены, росомахи, тюлени, морские львы и моржи, все – члены лавразиотерийского отряда хищников, и все происходят от копредка, который был бы помещен в тот же самый отряд.
Ветвь лавразиотериев.
В начале 2000-ых генетические исследования привели к революции в таксономии млекопитающих. Согласно этой новой точке зрения, существует четыре основных группы плацентарных млекопитающих. Первая – наша нынешняя группа (главным образом состоящая из грызунов и приматов). Следом за ней идет другая главная группа, являющаяся их самыми близкими родственниками, приблизительно 2 000 видов лавразиотериев. Филогенез лавразиотериев, изображенный здесь, считают довольно бесспорным сторонники этой новой классификации.
Хищникам и их добыче нужно опередить друг друга, и не удивительно, что требования быстроты подталкивали их в сходных эволюционных направлениях. Вам нужны длинные ноги для того, чтобы бежать, и большие травоядные и хищные лавразиотерии независимо и по-разному удлинили свои ноги, мобилизуя кости, которые у нас неприметно скрыты внутри рук (пястная кость) или ног (плюсневая кость). «Берцовая кость» лошади – увеличенная треть пястной (или плюсневой кости) сросшаяся вместе с двумя крошечными «малыми берцовыми костями», которые являются остатками второй и четвертой пястной (плюсневой) кости. У антилоп и других парнокопытных животных берцовая кость – слияние третьй и четвертой пястной (плюсневой) кости. Хищники также удлинили свои пясти и плюсны, но эти пять костей остались отдельными вместо того, чтобы соединиться вместе или совсем исчезнуть, как у лошадей, коров и остальных так называемых копытных животных.
Unguis – по-латыни коготь, и ungulates (копытные) – животные, которые ходят на своих когтях – копытах. Но копытный способ ходьбы был изобретен несколько раз, и копытное животное – описательный термин, а не представительное таксономическое название. Лошади, носороги и тапиры – непарнокопытные животные. Лошади ходят на одном пальце ног, среднем. Носороги и тапиры – на средних трех, так же как древние лошади и некоторые атавистические лошади-мутанты сейчас. Парнокопытные или двукопытные животные ходят на двух пальцах ног, третьем и четвертом. Конвергентные сходства между парнокопытными коровами и непарнокопытными лошадьми скромны по сравнению с конвергентными сходствами каждого из них отдельно с известным вымершим южноамериканским травоядным животным. Группа, называемая литоптерны, ранее независимо «обрела» характерную особенность лошадей ходить на одних средних пальцах ног. Их скелеты ног почти идентичны таковым у лошадей. Другие южноамериканские травоядные из числа так называемых нотонгулатов независимо обрели характерную особенность коров/антилоп ходить на третьих и четвертых пальцах ног. Такие потрясающие подобия действительно дурачили старшего аргентинского зоолога в девятнадцатом столетии, который думал, что Южная Америка была эволюционным питомником многих из наших больших групп млекопитающих. В частности он полагал, что литоптерны были древними родственниками настоящей лошади (пожалуй, с некоторой национальной гордостью, что его страна, возможно, была колыбелью этого благородного животного).
Странствующие лавразиотерии, присоединяющиеся к нам сейчас, включают как маленьких животных, так и больших копытных и хищников. Летучие мыши замечательны во всех отношениях. Они – единственные живущие позвоночные животные, кто может посостязаться с птицами в полете, и очень впечатляющие мастера высшего пилотажа. Насчитывая почти тысячу видов, они намного превосходят численностью все другие группы млекопитающих, кроме грызунов. И летучие мыши усовершенствовали сонар (звуковой аналог радара) до более высокого уровня, чем любая другая группа животных, включая людей, проектирующих подводные лодки (Я бы хотел в этом месте вставить «Рассказ Летучей Мыши», но он был бы в значительной степени аналогичным главе другой из моих книг, поэтому я не буду этого делать. Впрочем, я должен был проявить подобную сдержанность по отношению к «Рассказу Паука», «Рассказу Фигового Дерева» и полдюжины других.).
Другая главная группа маленьких лавразиотерий – так называемые насекомоядные. Семейство Насекомоядных, Insectivora, включает землероек, кротов, ежей и других маленьких, роющих существ, которые едят насекомых и маленьких земных беспозвоночных, таких как черви, слизняки и многоножки. Как и в случае с Плотоядными, я буду использовать заглавную букву, чтобы обозначить таксономическую группу, Насекомоядные, в противоположность насекомоядным с маленькой н, что всего лишь обозначает всякого, кто ест насекомых. Так, ящер (или чешуйчатый муравьед) является насекомоядным, но не Насекомоядным. Крот – Насекомоядное, которое фактически ест насекомых. Как я уже заметил, жаль, что ранние таксономисты использовали такие названия, как Насекомоядные и Плотоядные, что всего лишь приближенно коррелирует с описанием излюбленной диеты, которая может легко сбить с толку.
С такими хищниками, как собаки, кошки и медведи, связаны родством тюлени, морские львы и моржи. Мы скоро услышим «Рассказ Тюленя», в котором речь пойдет о системах спаривания. Я нахожу тюленей интересными и по другой причине: они перешли в воду и изменились в этом направлении приблизительно до половины той степени, в какой изменились дюгони или киты. И это напомнило мне, что есть другая главная группа лавразиотериев, которую мы не рассматривали. В «Рассказе Гиппопотама» нас ждет настоящая неожиданность.
Ознакомительная версия. Доступно 27 страниц из 176
