солидный документальный пласт справок-заместителей и других документов, подтверждающих сведения документов из закрытого пакета, и показания свидетелей о документах; другие подтверждения вины СССР за Катынь, независимые от документов закрытого пакета. «Сильная» эмпирическая составляющая апостериорной вероятности может запросто перевесить даже чрезвычайно низкую априорную вероятность (которая в данном случае, как уже упомянуто, не доказана).
Итак, документы закрытого пакета № 1, безусловно, являются подлинными, аргументы же отрицателей не выдерживают никакой критики и основываются лишь на сильном желании объявить эти документы фальшивками. При этом в процессе критики некоторые известные отрицатели сами произвели вброс фальшивых документов.
Ныне покойный В. И. Илюхин, депутат Госдумы от КПРФ, упоминал рапорт «начальника “Айнзатцгруппы “Б” при штабе группы армий “Центр” Франца Стаглецкера», в котором тот якобы прямым текстом написал, что очистил Смоленск от польских офицеров[1167]. Этим он реанимировал давнее утверждение смоленского краеведа Л. В. Котова[1168].
Содержание «документа» делает его подлинность невозможной. Франц Вальтер Шталекер (именно так по-русски пишется его фамилия Stahlecker) руководил айнзацгруппой А (а не «Б») и зверствовал в интересующий нас период в Прибалтике, а значит, в Смоленске не убивал ни евреев, ни большевиков, ни польских офицеров. Айнзацгруппой Б, которая действовала здесь в интересующий нас период, руководили Артур Небе и Эрих Науманн. Сводный отчет Шталекера за время с начала «работы» айнзацгруппы А по 15.10.1941 (т. е. как раз интересующий нас период) – документ весьма известный, приводился как доказательство в Нюрнберге[1169]. Стоит ли говорить, что данная информация в подлинном докладе не фигурирует? То же касается и сводного отчета Шталекера с 16.10.1941 по 31.01.1942[1170]. Об убийстве поляков должны были бы сообщать не только сводные, но и рутинные отчеты айнзацгрупп, но, как уже упоминалось, и они об этом молчат. Более того, если бы рапорт, упомянутый Илюхиным, существовал, он, безусловно, был бы использован советской стороной.
К сожалению, это было лишь началом использования В. И. Илюхиным очевидных фальшивок. В 2010 г. он сделал сенсационное заявление: найдены фальсификаторы катынских документов! По его рассказу, ему позвонил некто, рассказавший о своем участии в группе фальсификаторов советских (и, в частности, катынских) документов в начале 1990-х гг. Этот же человек передал ему якобы черновики катынских документов и «архивное дело Спецфонда № 29, том 7 “Переписка НКГБ – НКВД с ЦК ВКП(б) в период с 02.01.1[9]41 по 05.05.1941. О приготовлении Германии к войне против СССР” (фонд 9). Дело на 202 листах, подшито по описи 30 августа 1944 г. На обложке дела имеются следующие отметки: “Хранить вечно. Рассекречиванию не подлежит”»[1171].
C. Э. Стрыгин разместил часть документов у себя на сайте, в разделе «Официальные документы» [1172], в результате чего исследователь Д. Зайвый смог оценить достоверность заявлений источника В. И. Илюхина, выявив и по датам, и по номерам документов в «описи»[1173] предположительный источник значительного числа этих «материалов» – сборники «Органы государственной безопасности СССР в Великой Отечественной войне»[1174] и «Секреты Гитлера на столе у Сталина»[1175].
Подтверждение этому нашлось в «документе» № 31 (по описи в «спецделе»)[1176], основанном на известном плане стратегического развертывания от 11.03.1941, опубликованном и в «Органах госбезопасности…»[1177]. Реальный документ – рукописный (почему и указан исполнитель – А. М. Василевский), на 16 листах[1178]. Подложный документ напечатан на пишущей машинке, содержит всего 10 листов и имеет фиктивный гриф «Строжайше секретно». Там, где в сборнике сделана купюра с отточием, текст прекращается (без отточия) и в фальшивке. Примечание же сборника о том, что «уточненный план составлен на основании дополнительно собранных разведывательным управлением Генштаба РККА, органами НКГБ и НКВД СССР разведданных о подготовке Германии к нападению на Советский Союз»[1179], в фальшивке внезапно оказывается рукописной пометой на первом листе самого «документа». Из последнего прямо и неопровержимо следует, что именно сборник стал источником фальшивки, а не наоборот.
Слева: фрагмент сборника «Органы госбезопасности…» с авторским примечанием к документу после архивной ссылки. Справа: фрагмент подложного документа из «спецдела», создатель которого сделал примечание частью «документа».
На обложке «дела»[1180] значится фиктивный фонд 9; в реальном Архиве Президента Российской Федерации документы Политбюро находятся в фонде 3. Обложка эта приводилась в статье в «Комсомольской правде» под названием «Знал ли Сталин, что у Гитлера есть “летающая тарелка“?» еще в 2007 г.[1181]В статье приведены изображения «документа» № 34 (по описи в «спец-деле») – якобы записка Б. З. Кобулова 725/м от 24.03.1941 о летающих тарелках Гитлера. Документ заведомо подложный не только по содержанию, но и потому, что реальное содержание записки – сообщение берлинской резидентуры («Корсиканца») – опубликовано в указанном томе «Органов госбезопасности…»[1182] без каких-либо летающих тарелок, а в примечании к документу значится, что записка 725/м с этим сообщением была послана 27, а не 24 марта (24 марта – это дата самого сообщения резидентуры, а не сопроводительной записки 725/м). Между тем источник В. И. Илюхина утверждал, что все документы в «деле» подлинные и происходят из реального архива Политбюро, кроме записок Генштаба от 11 марта и 4 апреля, ради подброса которых якобы и было из реального архива изъято «дело».
Итак, это грубо состряпанное «дело» никогда и рядом не было с каким-либо архивом, оно полностью фиктивное и вторичное – основывается на публикациях 1990-х гг. А значит, насквозь фальшива и вся история, рассказанная В. И. Илюхину, и т. н. «черновики катынских документов» (напечатанные, кстати, на совсем другой пишущей машинке, нежели оригинальные документы) – такие же «метафальшивки».
Тем не менее в эту мистификацию поверили многие катынские отрицатели, которые и пустили этот комплекс фальшивок в широкий оборот[1183]. К сожалению, подложными документами исторические фальсификации отрицателей не ограничиваются.
Вяземлагский вариант
Как уже отмечалось, катынский негационизм совершенно бессилен в вопросе о местонахождении польских военнопленных из трех лагерей с весны 1940 г. по осень 1941 г.
Встречаются попытки доказать, что часть польских военнопленных была заведомо жива после весны 1940 г. Так, В. Н. Швед ссылается на отчет о служебной деятельности 155-го полка войск НКВД по охране Беломорско-Балтийского канала им. тов. Сталина за 1-е полугодие 1941 г. (от 9 июля 1941 г. № 00484), в котором сообщается: «на участке 1 и 2 роты в январе месяце с/г прибыло несколько этапов з/к в лагерь около 2-го шлюза, один из этапов был с з/к западных областей Белорусской и Украинской ССР исключительно бывшие полицейские и один в Волозерское отделение севернее 7-го шлюза в 5 км», из чего якобы следует, что «это могли быть только полицейские из Осташковского лагеря»[1184]. Вероятно, это следует из логики вроде: раз «этап», значит тысяча или несколько тысяч минимум;
