Ознакомительная версия. Доступно 23 страниц из 153
Простые люди ели два раза в день. Обычно семья вставала на рассвете и работала до десяти часов утра – наступало время завтрака, который для бедняков представляла миску атолли – кукурузной каши, подслащенной медом и сдобренной перцем. Мужчина, работавший далеко от дома, обходился приготовленной женой холодной едой. Основной прием пищи наступал в полдень, в самое жаркое время дня. Кто имел возможность, после обеда старался вздремнуть. Простые люди на обед ели тортильи с бобами и острым соусом из перца-чили с помидорами, иногда тамали и редко мясо – дичь, либо индюшатину. В качестве ложек использовали свернутые тортильи. Женщины сначала кормили мужчин и только после этого садились есть сами. Эта трапеза была последней, за исключением чашки жидкой кашицы перед сном.
Совсем по-другому питались состоятельные люди, причем не только аристократия, но купцы и зажиточные ремесленники. Их еда намного разнообразнее, и ночь для них – время вечеринок. Они могли позволить себе привозные ананасы и шоколад, устриц и крабов, черепах и морскую рыбу. Саагун описывает пир богатых купцов. Для такого пира готовили 80 – 100 индеек, два десятка собак, 20 нош какао. Гости прибывали к полуночи. «Когда они все собирались, им давали воды, чтобы омыть руки, а затем подавали еду. Покончив с нею, они снова мыли руки и рот, потом им подавали какао и трубки. Наконец, им дарили плащи и цветы».[372] Ужин затягивался до зари, под танцы и песни, расставались поутру, выпив последнюю чашку душистого какао с ванилью и медом.
Что тут говорить о приемах во дворце Мотекусомы, когда только для императора готовили более трехсот блюд и еще более тысячи для его стражи. Даже при обычных приемах пищи Мотекусоме подавали не меньше тридцати блюд. Саагун перечисляет деликатесы, принятые у богатых ацтеков. В их числе: саранча с шалфеем, рыба с помидорами и красным стручковым перцем, опунция с рыбьей икрой, лягушки с зеленым перцем, аксолотль, приправленный желтым перцем, агавовые черви, оленина с красным перцем, крылатые муравьи, тушеная утка. Как заедки подавали подсоленные тыквенные семечки. Все состоятельные люди пили шоколад – чоколатль. Его подавали взбитым и холодным, часто приправляли медом, ванилью и специями. Вино октли из забродившего сока агавы позволяли пить людям старше тридцати лет, но не больше двух кубков. Тех, кто напивался, предавали смерти. Простолюдинов казнили прилюдно в назидание народу, знатных душили тайно. Исключение делали для стариков и старух на том основании, что «их кровь стынет»: им позволялось напиваться по праздникам.
Древние майя курили и пили настой табака. Ацтеки, особенно богатые, курили трубки после еды. Гостям трубки, набитые смесью табака с древесным углем и ароматной смолой. Вне еды курили редко. Были распространено и употребление наркотиков. Майя использовали галлюциногенные грибы, жабий яд и корни водяной лилии. Эти средства применялись жрецами, особенно, при гадании и целительстве. Ацтеки употребляли пейотль, маленький, лишенный колючек кактус, содержащий алкалоид мескалин. Те, кто его ел, сообщали о видениях, которые пугали человека или заставляли смеяться. Другим наркотиком был горький черный гриб теонанакатль — «священный гриб». Его подавали с медом на пирах. Люди, съедавшие гриб, видели цветные грезы, у них повышалось настроение. Но приятные грезы сменялясь пугающими видениями, например, зрелищем своей смерти или червей, заживо поедающих тело любителя грибов. Когда дурман проходил, гости делились впечатлениями.
Религиозные представления ацтеков и майя были проникнуты ощущением нависшей угрозы гибели мира; удержать мир от гибели можно лишь принесением человеческих жертв. Для ацтеков и майя космическое равновесие невозможно без жертвенной крови силам жизни и плодородия, таким как солнце, дождь и земля. Боги жаждали кровь и сердца, и обязанностью жрецов, правителей и народа было принести эти жертвы. Все же боги майя были более снисходительны, чем боги ацтеков. Они могли ограничиться кровью без отбирания жизни. Францисканец Диего де Ланда так описывает эти процедуры:
«В одних случаях они приносили в жертву собственную кровь, разрезывая уши кругом лоскутками и так их оставляли в знак [жертвы]. В других случаях они протыкали щеки или нижнюю губу, или надрезали части своего тела, или протыкали язык поперек с боков и продевали через отверстие соломинку с величайшей болью. Или же надрезывали себе крайнюю плоть … В других случаях они делали бесчестное и печальное жертвоприношение. Те, кто его совершали, собирались в храме, где, став в ряд, делали себе несколько отверстий в мужских членах, поперек сбоку, и, сделав [это], они продевали [через них] возможно большее количество шнурка, сколько могли, что делало их всех связанными и нанизанными; также они смазывали кровью всех этих членов [статую] демона. Тот, кто больше сделал, считался наиболее мужественным».[373]
Боги майя соглашались принимать в жертву даже индюков, но иногда требовали человеческую жизнь. Согласно де Ланда это случалось из-за несчастья или опасности – тогда жрец приказывал принести в жертву людей. Для жертвы майя покупали рабов или по набожности отдавали своих детей. Жертву расстреливали из луков во дворе храма, либо вырывали у нее сердце. Человека клали спиной на жертвенный камень, «након-палач подходил с каменным ножом наносил ему с большим искусством и жестокостью рану между ребрами левого бока, ниже соска, и тотчас помогал ножу рукой. Рука схватывала сердце, как яростный тигр, вырывала его живым. Затем он на блюде подавал его жрецу, который очень быстро шел и мазал лица идолам этой свежей кровью».[374] Иногда с убитого сдирали кожу, жрец одевал ее, и все торжественно танцевали. Тело могли похоронить, но могли и съесть: «Этих принесенных в жертву сообща они имели обычай погребать во дворе храма или иначе съедали их, разделив среди тех, кто заслужил, и между сеньорами, а руки и ноги и голова принадлежали жрецу и служителям».[375]
Ацтеки намного превосходили майя масштабами жертвенных человекоубийств. Бернардино де Саагун пишет, что церемонии ацтеков были частью 18 ежемесячных празднеств 20 дневного ацтекского календаря. Каждое празднество посвящали определенному богу, и ему предлагались человеческие жертвы – пленники и рабы, но иногда свободные ацтеки. Жертвами могли быть мужчины, женщины и дети. Детей приносили в жертву богам плодородия. Девушек за красоту иногда выбирали на краткосрочную жизнь богини, так 13-летнюю девушку выбирали исполнять роль богини молодого маиса Шилонен или Шикомекоатль. Большинство жертв были мужчины, чаще всего, пленные, захваченные во время войн с окрестными народами. Ацтеки даже устраивали войны для захвата пленных, известные как цветочные войны. Особенно красивого юношу выбирали на роль бога; целый год до принесения в жертву его почитали как бога и ублажали изысканной едой и наложницами.
Перед жертвоприношением жертву окрашивали в синий цвет и вели на вершину пирамиды, где ее поджидали жрецы. Четверо, взяв жертву за руки и ноги, клали спиной на жертвенный камень, а пятый рассекал грудь обсидиановым ножом и вырывал сердце. Девушке могли сначала отрубить голову; мужчине голову рубили всегда после того как вырвали сердце. Головы нанизывали на шесты цомпантли – помостов, стоявших вблизи пирамиды. Иногда с убитого сдирали кожу, и ее одевали жрецы. Тело по ступенькам скатывали с пирамиды. Жертвоприношения совершали не только в столице ацтеков Мешико, но в других городах. Когда конкистадоры заняли город Цаоктлан, они были поражены количеством черепов на помостах рядом с храмом. Берналь Диас сообщает:
«На большом пространстве, в тщательном порядке, стояли пирамиды черепов, всего не менее 100 000. Знаю хорошо, что обозначает такая цифра, но их действительно было столько! А по другую сторону, огромными грудами, высились остальные части костяков. Все было окружено частоколом с черепами же на остриях. Трое papas [(жрецов)] специально блюли это страшное место. Впоследствии мы видели еще немало таких пирамид, даже в Тлашкале, но нигде их не было столько».[376]
Ацтекское ритуальное жертвоприношение. Мексика. Кодекс Маглибечиано. XVI в. Wikimedia Commons.
Конкистадоры Андрес де Тапия и Гонзало де Умбрия подсчитали, что у пирамиды главного храма в Мешико таких голов было 136 тыс.[377] Многие ученые считают эти оценки завышенными. Самое большое жертвоприношение было в 1487 г. при возведении главной пирамиды в Теночтитлане, когда взяли сердца у пленных, стоявших в четыре очереди, каждая длинной в 6 км. Сердца вырывали жрецы, трудившиеся четверо суток, днем и ночью. По оценке историка Шербурна Кука, если положить на каждую жертву 2 мин., то общее число истребленных составит 14 тыс. Число далекое от 136 тыс. Споры идут и о практике поедания тел жертв. Де Саагун пишет на этот счет вполне определенно: «После того, как вырвали сердца и налили кровь в сосуды из тыквы, которые получает убивший жертву, тела скатывают с пирамиды. Они лежат на маленькой площадке у ее подножья. Там старые люди, именуемые куакуакуилтины, берут их и оттаскивают в свои родовые храмы, где тела разрезают на части, чтобы съесть».[378] В другом месте он вновь возвращается к теме: «… они относили тела в кварталы, которые называют кальпули, и там делили между собой, чтобы съесть».[379] Сходное описание оставил Диего Дуран.
Ознакомительная версия. Доступно 23 страниц из 153
