Виктор Суворов (Резун) - РАССКАЗЫ ОСВОБОДИТЕЛЯ

Ознакомительная версия. Доступно 12 страниц из 78

С советской стороны — 2 миллиона 112 тысяч бойцов и командиров, 37 тысяч орудий и минометов, 7 тысяч танков и самоходных орудий, 5 тысяч боевых самолетов. Советским войскам предстояло взломать оборону противника с плацдармов на Висле, разгромить противостоящую группировку его войск, совершить рывок к Одеру, захватить плацдармы на его западном берегу и тем самым перенести боевые действия в центральные районы Германии, на ближние подступы к Берлину. Наступление развивалось стремительно сразу на многих направлениях.

25 января 17-я гвардейская механизированная бригада 6-го гвардейского механизированного корпуса 4-й танковой армии 1-го Украинского фронта, пройдя с боями 430 километров, первой вышла к Одеру и сходу его форсировала силами одного стрелкового батальона. Командир 17-й гвардейской механизированной бригады гвардии подполковник Чурилов Леонид Дмитриевич с группой управления переправился на западный берег вместе с этим батальоном. И немедленно доложил об этом командиру 6-го гвардейского механизированного корпуса гвардии полковнику В. Ф. Орлову.

Успех полковника Орлова определялся не по всем его бригадам и полкам, а только по лучшей бригаде. В данном случае даже не так: по лучшему батальону этой бригады.

Интерес командира корпуса — успех закрепить, плацдарм удержать. Потому приказ Чурилову: не дожидаясь подходя тяжелых переправочных средств, срочно перебрасывать на плацдарм остальные стрелковые батальоны и легкую артиллерию, прежде всего 57-мм противотанковые пушки, рыть окопы и траншеи днем и ночью, плацдарм держать хоть зубами! Готовить к переправе танковый полк бригады, при подходе первых понтонных подразделений переправлять танки любой ценой!

От командиров двух других механизированных бригад корпуса полковник Орлов потребовал совершить стремительный бросок к Одеру. Их задача — занять оборону на восточном берегу, правее и левее от места переправы бригады Чурилова, огнем с места поддержать 17-ю гвардейскую бригаду на западном берегу. Туда же на максимальной скорости были выдвинуты три танковых и два самоходно-артиллерийских полка, подчиненных непосредственно командиру корпуса.

Полковник Орлов, не теряя времени, доложил генерал-полковнику Д. Д. Лелюшенко, командующему 4-й танковой армией: Чурилов с батальоном на западном берегу!

Успех командующего танковой армией определяется не по всем корпусам, входящим в состав армии, а только по самому лучшему. В данном случае — по 6-му гвардейскому механизиро-ванному. Вернее, по одной его бригаде. Еще точнее — по одному батальону.

Интерес командующего 4-й танковой армией генерал-полковника Лелюшенко — успех закрепить. Потому все, что только можно, — в помощь Чурилову. Прежде всего двинуть туда зенитно-артиллерийский полк танковой армии, чтобы со своего берега отражать воздушные налеты. Туда же — понтонно-мостовой полк для переправы танков на плацдарм, полк связи для организации бесперебойного управления. И главное — скорее перебросить на плацдарм весь 6-й гвардейский корпус, врыться в землю, отразить контратаки.

Но первым делом — звонок командующему фронтом Маршалу Советского Союза И. С. Коневу: один батальон на плацдарме, срочно перебрасываю другие! Да! Понял! Действую!

Успех подполковника Чурилова — это успех полковника Орлова и генерал-полковника Лелюшенко. И Маршала Советского Союза Конева.

Маршал Конев — командующему 2-й воздушной армией генерал-полковнику авиации С. А. Красовскому: батальон на западном берегу. Скоро будет бригада, затем и корпус. Приказываю: обеспечить истребителями полное господство в воздухе над плацдармом. Главная задача бомбардировщиков и штурмовиков — не допустить подхода вражеских танков, пехоты и артиллерии к месту переправы.

И Конев гонит на плацдарм всех не занятых в боях штрафников, специально для такого случая сбереженных, — роты и батальоны, укомплектованные как совершившими проступки и преступления рядовыми, так и разжалованными сержантами и офицерами: удержите плацдарм — всем прощение, возвращение воинских званий и наград.

Туда, к месту переправы, он полным ходом гонит полки и бригады 152-мм гаубиц-пушек МЛ-20 и много-много снарядов. С восточного берега они будут молотить любого, кто попытается сбросить Чурилова с плацдарма.

Но до того, как отдать все эти распоряжения, Маршал Советского Союза Конев Иван Степанович первым делом доложил Верховному Главнокомандующему Маршалу Советского Союза Сталину: один батальон форсировал Одер. Командир бригады переправился вместе с батальоном. Обеспечена ли противовоздушная оборона плацдарма? Так точно, товарищ Сталин! Есть ли радиосвязь? Так точно! Проложен ли кабель по дну? В первую очередь, товарищ Сталин!

И под разрывами снарядов, под пением мин и свистом осколков, оглохший связист просит к аппарату гвардии подполковника Чурилова. Успех подполковника — это успех Верховного главнокомандующего. И Верховный главнокомандующий поздравляет командира 17-й гвардейской механизированной бригады с досрочным присвоением звания гвардии полковника, интересуется, будет ли удержан плацдарм? Получив заверения, трубку не кладет: чем могу помочь, товарищ гвардии полковник?

Справедливости ради надо отметить: Верховный главнокомандующий слов на ветер не швырял. Если обещал помощь, то ее оказывал. Немедленно и с размахом.

И умел награждать. 6 апреля 1945 года гвардии половнику Чурилову Леониду Дмитриевичу было присвоено звание Героя Советского Союза, а после войны — звание генерал-майора.

8

Каждая стратегическая наступательная операция Красной Армии, начиная со Сталинградской, разрабатывалась и проводилась по той же схеме, по которой вода прорывает бетонную плотину: сначала вода проникает в мельчайшие трещины в бетоне, углубляя их, затем через образовавшуюся щель в прорыв с постоянно возрастающей скоростью устремляются первые сотни и тысячи литров воды, и, наконец, могучий поток в миллионы тонн сметает все на своем пути. Вот вам концентрация силы против слабости.

Мораль: если каждый командир взвода и роты будет иметь право требовать от вышестоящих поддержать огнем свое подразделение, значит командир корпуса, командующий армией или фронтом не сможет сконцентрировать свои резервы на узком участке фронта и никогда не прорвет оборону противника.

Или более близкий нам всем пример: основали какие-то талантливые ребята маленькую фирму по производству компьютеров и компьютерных программ. Основали, поработали и прогорели.

А другие ребята основали точно такую же фирму. Но что-то сделали правильно. Сами пока об этом не догадываясь. И получили какой-то доход. И какой-то дядя решил рискнуть и добавить своих денег. Деньги к деньгам липнут.

И пошло. Точно как в 17-й гвардейской механизированной бригаде 6-го гвардейского механизированного корпуса 4-й танковой армии в ходе Висло-Одерской операции.

*  *  *

Ядерное оружие изменило принципы ведения военных действий, как это сделала артиллерия в Средние века, пулеметы во время Первой мировой войны и танки во время Второй мировой войны. Однако эти перемены не затронули фундаментальные основы военного искусства. Принцип концентрации сил остался незыблемым: распыляй свои силы — проиграешь; собери свои силы в один кулак — победишь.

1

Советские военачальники совершенно справедливо полагали, что наступление — лучший способ обороны. Соответственно, никакого планирования или подготовки стратегических оборонительных операций на уровне общевойсковой армии и выше никогда не велось.

Чтобы сокрушить противника, советских генералов учили наступать.

Чтобы защитить свою страну от иностранной агрессии, советских генералов все так же учили наступать.

Именно поэтому Красная Армия потерпела столь сокрушительный разгром летом 1941 года: в Советском Союзе все было готово для проведения колоссальной стратегической наступательной операции, а стратегическая оборона не предусматривалась вообще, не было даже теоретических разработок на эту тему.

Война заставила советских военачальников вести оборону в масштабе фронтов, групп фронтов и даже перейти к обороне по всей линии боевых действий от Белого моря до Черного. Стратегической обороной Красная Армия остановила наступление противника, затем робко и неумело начала проводить наступательные операции, которые сначала медленно и неуверенно, а затем все быстрее приобретали гигантский размах и сокрушительную мощь.

После разгрома Германии опыт начального периода войны вновь был забыт и отброшен. Оборона — это уровень батальона, полка, бригады, дивизии, армейского корпуса, иногда — общевойсковой армии, но не выше. Задачи войны советское командование планировало решать только наступлением.

Ознакомительная версия. Доступно 12 страниц из 78