того факта, что подброс пистолета вызван превышением оси ствола над центром массы пистолета и кистью руки, поэтому от отдачи ствол задирается вверх. Если же опустить ствол до середины лучезапястного сустава, то импульс отдачи пойдет через лучезапястный сустав без поворота кисти, стрелок будет чувствовать толчок в плечо, а прицельная линия будет оставаться направленной на мишень. Это сильно облегчит перенос оружия на соседнюю мишень.
Шептарский взял за основу пистолет Марголина под укороченный патрон. Рукоятка пистолета была обрезана, а магазин уменьшен до 5 патронов. Пистолет перевернут «вверх ногами», и ось канала ствола пистолета оказалась направлена в середину кисти. Прицел был установлен в верхней части рукоятки, и от него вперед была продолжена прицельная планка на всю длину ствола, конец которой соединялся со стволом вертикальной стойкой. Образовалась рама, из-за которой и пошло название пистолета – «рама Шептарского». Он разработал заново спусковой механизм и ввёл в него регулирование усилия спуска и длины рабочего хода спускового крючка.
Общая длина пистолета-рамы – 400 мм, масса – 1,43 кг, магазин на 5 укороченных патронов кольцевого воспламенения. Пистолет был выпущен опытными партиями в ЦКИБе под индексом МЦ-3 «Рекорд» и поступил к стрелкам. Доработкой пистолета занимались И. М. Михалёв, С. С. Ферапонтов и Т. И. Лашнев.
* * *
А ещё в 1954 году в Москве на Красной площади в последний раз состоялся парад физкультурников. А жаль. Сохранившиеся кадры чёрно-белой кинохроники показывают, что это было очень красивое и величественное зрелище…
9. Слово о законе и благодати (отношения государства и церкви)
Однако не всё в жизни Советского государства было одинаково гладко и мирно. То и дело страну сотрясали резкие повороты и необдуманные шаги, приводившие к человеческим потрясениям и важным государственным ошибкам. Будучи изначально, по самой своей сути, богоборческим актом, подменявшим веру в Творца мира и Спасителя верой в партийных вождей, Великая Октябрьская социалистическая революция заложила традицию борьбы с религией на долгие десятилетия, и эта традиция в очередной раз напомнила о себе во времена правления Никиты Сергеевича Хрущёва.
7 июля 1954 года вышло Постановление ЦК КПСС «О крупных недостатках в научно-атеистической пропаганде и мерах ее улучшения». В нем отмечалось, что Православная Церковь и сектанты умело привлекают молодое поколение к Церкви умелыми проповедями, благотворительностью, религиозной литературой. Власть серьёзно стала опасаться пробуждающегося в народе церковного самосознания, которое, по её убеждению, никак не уживалось с представлениями о «светлом будущем человечества». Считалось, что коммунистическая идеология жизнеспособна, ещё далеко не исчерпала свой потенциал и теперь, очистившись от сталинского наследия, проявит его. А раз она, несомненно, победит, то в каких-либо альтернативах, в том числе религиозной, ей необходимости нет.
И поэтому в вышеупомянутом постановлении ЦК призывало Министерство образования, комсомол, профсоюзы усилить антирелигиозную пропаганду. «Надо решительно покончить с пассивностью в отношении к религии, разоблачать реакционную сущность религии и тот вред, который она приносит, отвлекая часть граждан нашей страны от сознательного и активного участия в коммунистическом строительстве. Антирелигиозная работа должна проводиться систематически, со всей настойчивостью, методом убеждения, терпеливого разъяснения и индивидуального подхода к верующим людям».
Надо отдать должное В. М. Молотову, который ещё перед принятием постановления предупредил Н. С. Хрущева: «Никита, твоя горячность поссорит нас с духовенством и верующими и принесёт массу ошибок». На что последний, «закусив удила», якобы отвечал: «Будут ошибки – исправим». Наступление на Церковь достигло своего пика летом того же 1954 года, когда по всей стране грубо преследовались прихожане, разгонялись молящиеся в храмах, закрывались церкви. Всё это вызвало сильнейшую негативную реакцию духовенства и мирян. Архиепископ Симферопольский Лука (Войно-Ясенецкий) писал Патриарху о необходимости срочного созыва Собора епископов для обсуждения тяжёлого положения. А на постановление ЦК КПСС он откликнулся яркой проповедью «Не бойся, малое стадо!»
14 октября, в день Покрова Пресвятой Богородицы, он сказал, обращаясь к своей пастве: «Знаю я, что большинство из вас очень встревожено внезапным усилением антирелигиозной пропаганды и скорбите вы… Не тревожьтесь, не тревожьтесь! Это вас не касается. Скажите, пожалуйста, помните ли вы слова Христовы из Евангелия от Луки: «Не бойся, малое стадо, ибо Отец ваш благоволил дать вам Царство». О малом стаде своём Господь наш Иисус Христос не раз говорил. Его малое стадо имело начало в Его апостолах святых. А потом оно все умножалось, умножалось… Атеизм стал распространяться во всех странах, и прежде всего во Франции, позже, гораздо позже, уже в начале восемнадцатого века. Но везде и повсюду, несмотря на успех пропаганды атеизма, сохранилось малое стадо Христово, сохраняется оно и доныне. Вы, вы, все вы, слушающие меня, – это малое стадо. И знайте, и верьте, что малое стадо Христово непобедимо, с ним ничего нельзя поделать, оно ничего не боится, потому что знает и всегда хранит великие слова Христовы: «Созижду Церковь Мою, и врата адовы не одолеют Её». Так что же, если даже врата адовы не одолеют Церкви Его, малое стадо Его, то чего нам смущаться, чего тревожиться, чего скорбеть?! Незачем, незачем! Малое стадо Христово, подлинное стадо Христово неуязвимо ни для какой пропаганды».
Активную борьбу начал и митрополит Ленинградский Григорий. На уговоры не отправлять резкое письмо в Совет по делам РПЦ из-за возможности репрессий он ответил: «Ну что же – придётся сложить голову, а я всё-таки напишу доклад». Выступал Владыка с острой публичной критикой властей и перед учащимися Духовной академии.
Патриарх Алексий тоже не молчал, поддерживая своих архиереев.
Негодующие письма шли и от находящегося в Грузии митрополита Николая: «Духовенство и верующие Грузии по-прежнему переживают панику в связи с антирелигиозной пропагандой, ждут физических репрессий и т. д.». Для подобных опасений имелись основания и у самого митрополита. В эти же месяцы лектор Московского горкома КПСС Владимирцев в своих выступлениях называл его «первым врагом народа», заявляя, что он «пока нужен нам для заграницы, а в своё время мы его обезвредим» (А. Б. Винников, «Оттепель 1943–1960»).
* * *
Надо признать, что начатая Н. С. Хрущёвым антицерковная кампания противоречила взглядам части руководства страны, в среде которых после Великой Победы проявлялись великодержавные тенденции. Они видели Церковь как часть новой несокрушимой державы. Такую же мощную, как само государство, смело проводящую политику Советского Союза в международных отношениях.
Очень многие люди из советского руководства разделяли проводимую ранее политику создания «московского Ватикана». Среди тех, кто был за взаимовыгодные отношения с Московской Патриархией, выделялся и «советский обер-прокурор» – председатель Совета по делам Русской Православной Церкви при Совете Министров СССР полковник КГБ Г. Г. Карпов. Негативно относясь к разворачивающейся
