Ознакомительная версия. Доступно 18 страниц из 119
Общее число погибших норвежцев мы оцениваем в 10,3 тыс. человек. Из этого числа на военнослужащих приходится 2749 человек, включая 405 бойцов Сопротивления.
В Дании потери в период германской оккупации составили 39 погибших военнослужащих датской армии (в том числе 13 – во время германского вторжения 9 апреля 1940 года, а 26 – во время роспуска датского правительства 29 августа 1943 года), 797 казненных бойцов Сопротивления и 1281 моряка торгового флота, погибших на потопленных немцами судах во время битвы за Атлантику. Кроме того, 102 человека были расстреляны немцами за различные преступления, а еще 11 человек были убиты гестапо без суда во время следствия. 417 датчан стали жертвами воздушных бомбардировок англо-американской авиации, а 10 – советской авиации на острове Борнхольм. 472 датских еврея были депортированы в концлагерь Терезиенштадт. 52 из них погибли. Около 6,5 тыс. датских евреев успели иммигрировать в Швецию. В германские концлагеря было депортировано около 6 тыс. датчан, из которых 463 погибли. Таким образом, жертвами германской оккупации и боевых действий на территории Дании и битвы за Атлантику стали 3172 жителя Дании, из которых лишь 39 были военнослужащими. Кроме того, в составе германской армии погибло около 3,9 тыс. датчан[873]. В советский плен попало 546 датчан, из которых умерло 35[874]. Общие потери Дании во Второй мировой войне составили около 7,1 тыс. погибших, из которых 3,9 тыс. приходится на военнослужащих.
Согласно эстонской оценке, во время первой советской оккупации 1940—1941 годов в Эстонии было убито около 2,4 тыс. жителей страны[876]. Согласно исследованиям, проведенным в 1990-е годы, были эксгумированы тела 2199 жертв, из которых 1900 мужчин и 264 женщины, а в 35 случаях пол нельзя было установить. 235 погибших не могли быть идентифицированы. Среди идентифицированных было 82 несовершеннолетних и 214 человек старше 60 лет[877]. Сюда входят как расстрелянные НКВД до и после начала советско-германской войны, так и несколько сот «лесных братьев», убитых в ходе столкновений с советскими войсками в июле – августе 1941 года. Число погибших среди 10 тыс. депортированных и арестованных, вывезенных в СССР (собственно депортированных было 6,7 тыс. человек)[878], оценивается в 6 тыс. человек. Предполагается также, что 12 тыс. эстонцев погибло в рядах Красной Армии (из 34 тыс. призванных) и еще 12 тыс. – в составе трудовых батальонов, условия в которых мало отличались от ГУЛАГа. Еще примерно 6,1 тыс. эвакуированных в СССР гражданских лиц погибли или пропали без вести[879]. Как нам представляется, число погибших в трудовых батальонах, уцелевшие бойцы которых были направлены в Красную Армию в качестве «добровольцев», в данном случае завышено. По нашей оценке, в составе трудовых батальонов умерло в зиму 1941/42 года не более одной трети от 12 тыс., а остальные 8 тыс. погибли уже в составе Красной Армии. Вполне возможно, что число мобилизованных в состав Красной Армии существенно приуменьшено, поскольку после возвращения Красной Армии в Эстонию в 1944 году многие местные жители могли призываться непосредственно в Эстонский корпус Красной Армии. По официальной российской оценке, в составе Красной Армии погибло 21,2 тыс. эстонцев[880]. В целом данные о советских безвозвратных потерях в сборнике «Россия и СССР в войнах XX века» занижены примерно втрое. Однако число 21,2 тыс. слишком малое, чтобы можно было с уверенностью говорить, что оно обязательно должно быть существенно ниже истинного количества эстонцев, погибших в рядах Красной Армии. Не исключено, что оно в данном случае близко к истине. Только в боях 10—11 июля 1941 года у Порхова 22-й эстонский территориальный корпус Красной Армии из 7000 бойцов потерял 2 тыс. убитыми и ранеными и 4,5 тыс. пленными и перебежчиками[881]. Следует оговориться, что в составе эстонского корпуса было немало советских граждан, до 1940 года живших за пределами Эстонии. Сформированный в СССР в 1942 году 8-й Эстонский стрелковый корпус численностью 25—30 тыс. человек включал немало советских граждан. К 10 ноября 1942 года корпус насчитывал 32 463 человека[882]. В боях у Великих Лук в период с декабря 1942 по февраль 1943 года корпус потерял около половины личного состава убитыми, ранеными и пленными[883]. Во время бомбардировки Таллина советской авиацией 9 марта 1944 года погибло около 800 и было ранено около 600 мирных эстонских граждан[884].
В финской армии сражалось около 3 тыс. эмигрантов, составивших 200-й пехотный полк финской армии. В 1944 году 1800 из них вернулись в Эстонию и влились в 20-ю дивизию СС. Всего в немецкой армии служило около 70 тыс. эстонцев, в том числе около 20 тыс. добровольцев[885]. Из их числа погибло не менее 10 тыс. человек[886]. Например, во время боев на Нарвском фронте в период с 14 января по 20 февраля 1944 года эстонские части и подразделения потеряли 49 раненых и 24 убитых и пропавших без вести. В период с 7 по 13 марта 20-я эстонская пехотная дивизия СС потеряла 12 убитых, 3 пропавших без вести и 71 раненых, а другие эстонские части и подразделения – 12 убитых, 33 раненых и 1 пропавшего без вести. С 17 февраля по 9 марта 1944 года 20-я дивизия СС потеряла 49 убитых, 712 раненых и 48 пропавших без вести[887].
В 1944 и начале 1945 года, по некоторым оценкам, в Красную Армию было мобилизовано около 20 тыс. эстонцев, из которых значительная часть, как «неблагонадежные» и подозревавшиеся в службе в германской армии, были направлены в строительные части[888]. Вполне возможно, что мобилизованных в 1944—1945 годах было значительно больше за счет призванных непосредственно в части, потери которых были особенно велики. Эти призывники не подвергались централизованному учету. По некоторым оценкам, в эстонских национальных формированиях Красной Армии служили около 70 тыс. человек[889]. Возможно, эта оценка приуменьшает общее число призывников, служивших в 22-м и 8-м эстонских стрелковых корпусах и других соединениях Красной Армии. Потери 8-го Эстонского корпуса в сентябре 1944 – мае 1945 года в Эстонии и Курляндии можно оценить лишь очень приблизительно. Известно, что всего корпус участвовал в боевых действиях 125 дней, в том числе 39 дней под Великими Луками, 69 дней на территории Эстонии и 19 дней на территории Курляндии. За это время потери ранеными составили 19 598 солдат и офицеров, 70 % которых вернулось в строй[890]. Поскольку в Красной Армии, по нашей оценке, число раненых примерно равнялось числу убитых, общие потери 8-го Эстонского корпуса убитыми можно оценить примерно в 19,6 тыс. человек. Поскольку смертность среди раненых в Красной Армии составляла около 7 %, можно предположить, что от ран умерло примерно 1370 бойцов 8-го Эстонского стрелкового корпуса. В сумме потери 8-го Эстонского стрелкового корпуса могли составить около 12 тыс. убитыми и умершими от ран. Кроме того, потери 22-го территориального корпуса в боях у Порхова в июле 1941 года могли составить около 1 тыс. убитыми и умершими от ран. В этом случае потери населения Эстонии в рядах Красной Армии только в составе национальных соединений можно оценить в 22 тыс. погибших, что почти совпадает с официальной российской оценкой общего числа эстонцев, погибших в составе Красной Армии. Часть жителей Эстонии погибла в обычных советских соединениях, но оценить их число не представляется возможным. В отдельных боях 8-й Эстонский корпус нес большие потери убитыми и пленными. Так, согласно политдонесению, в период с 17 по 23 сентября 1944 года корпус потерял 201 убитого, 763 раненых и 17 пропавших без вести. Обычно в таких донесениях потери приуменьшались, особенно убитыми и пропавшими без вести. А во время высадки в районе Винтри на Сааремаа, согласно политдонесению 7-й стрелковой дивизии от 15 октября 1944 года, составили 11 убитых, 41 раненого и 496 пропавших без вести. Из числа пропавших без вести, по германским данным, около 200 было убито, около 250 было взято в плен, а остальные утонули в море[891].
Во время немецкой оккупации Эстонии в 1941—1944 годах, согласно официальной эстонской оценке, погибло 7798 эстонских мирных граждан, казненных оккупантами и погибших в тюрьмах и лагерях. Среди этих жертв – 963 эстонских еврея и 243 цыгана. Еще около 3 тыс. евреев из других европейских стран были уничтожены нацистами на территории Эстонии. Из 7798 эстонских жертв на территории Эстонии 5634 были расстреляны, остальные умерли в тюрьмах и лагерях[892]. Еще 1040 эстонцев из 4000 высланных умерло в немецких концлагерях за пределами Эстонии, а примерно 200 из 800 человек – во время отбывания трудовой повинности в Германии[893]. Число жертв отбывания трудовой повинности в Германии, по всей вероятности, завышено. В ходе советских бомбардировок эстонских городов погибло около 800 человек. В составе германской армии примерно из 70 тыс. добровольцев и мобилизованных погибло около 10 тыс. граждан Эстонии, включая умерших в плену, из которых 6666 человек известны поименно (в списке может быть двойной счет)[894]. В СССР в качестве военнопленных к началу 1949 года оказалось 6398 эстонцев. Из них к этому времени умерло 1292 человека и осталось в лагерях для военнопленных 2 человека. 49 эстонцев были репатриированы в другие государства, 734 были освобождены, 19 человек признали гражданскими пленными, 11 осуждены военными трибуналами, 4291 передан в ГУЛАГ и в тюрьмы[895]. До середины 50-х годов, когда большинство эстонцев вышли на свободу, могли умереть еще порядка 400—450 человек.
Ознакомительная версия. Доступно 18 страниц из 119
