Ознакомительная версия. Доступно 22 страниц из 144
href="ch2-278.xhtml#id47" class="a">[278]. Ученые уверены, что в грядущие столетия вечная мерзлота частично растает, высвободит углекислый газ и тем самым еще сильнее нагреет атмосферу. Но масштаб этих эффектов и время их возникновения пока неясны[279]. По одной из недавних оценок, при реализации сценария МГЭИК с высокими выбросами таяние вечной мерзлоты к 2100 году приведет к дополнительному потеплению примерно на 0,3 °C[280].
Гидрат метана – это похожее на лед вещество, содержащее молекулы метана и воды. Огромные залежи его находятся в отложениях на дне мирового океана. Поскольку добраться до него очень сложно, мы плохо знаем, сколько его в общей сложности: в соответствии с последними оценками, в нем может быть как вдвое, так и в одиннадцать раз больше углерода, чем мы выбросили до сих пор[281]. Если потепление океанов приведет к таянию этих гидратов и часть метана поднимется в атмосферу, температура еще повысится. Динамика этой потенциальной обратной связи изучена еще меньше, чем динамика таяния вечной мерзлоты, и совершенно непонятно, когда именно может начаться таяние гидратов, может ли оно случиться внезапно и сколько метана может быть выброшено[282].
Таким образом, мы очень мало знаем о риске, сопряженном с этими обратными связями. Вполне возможно, что угрозы таяния вечной мерзлоты и высвобождения метана из гидратов преувеличены и эти события окажут лишь ничтожное влияние на потепление. А может, они окажут катастрофически большое влияние. Нам крайне важно лучше изучить две эти петли обратной связи.
Усугубить прогнозируемое потепление может не только обратная связь. Мы можем просто сжечь больше ископаемого топлива. МГЭИК моделирует четыре сценария выбросов, от стремительной декарбонизации экономики до ситуации, которая может сложиться, если нас вообще не будет заботить влияние наших выбросов на окружающую среду. По оценкам специалистов, при сохранении текущих регламентов к 2100 году мы выбросим в атмосферу 1000–1700 Гт (гигатонн) углерода, и это примерно вдвое больше, чем мы выбросили к настоящему моменту[283].
Надеюсь, мы все же сумеем этого не допустить, но вполне вероятно, что мы действительно достигнем этой точки, а может, выбросим даже больше газа. Так, если просто экстраполировать темпы ежегодного увеличения выбросов в последние десятилетия и проследить за развитием ситуации на протяжении столетия, выброшено окажется вдвое больше, чем в случае реализации худшего из сценариев МГЭИК[284]. Верхняя граница определяется объемом доступного ископаемого топлива. В запасах ископаемого топлива, по разным оценкам, содержится от 5000 до 13 600 Гт углерода[285]. Это значит, что мы можем сжечь как минимум в восемь раз больше топлива, чем сожгли к настоящему моменту. Согласно лучшим моделям земной системы, если не сократить выбросы и сжечь 5000 Гт углерода, содержащегося в ископаемом топливе, к 2300 году температура на планете повысится на 9–13 °C[286]. Я считаю крайне маловероятным, что мы окажемся столь безрассудны и достигнем этой отметки, однако не могу с чистым сердцем сказать, что вероятность этого ниже, чем вероятность столкновения с астероидом или других природных рисков, о которых мы упоминали[287].
В Таблице 4.1 потенциальные углеродные выбросы из вечной мерзлоты, гидратов метана и ископаемого топлива рассматриваются в контексте. Становится очевидно, что объемы углерода, о которых мы говорили, так велики, что в сравнении с ними меркнут объемы, содержащиеся во всей биосфере Земли, то есть в каждом живом организме[288]. Деятельность человека уже привела к выбросу в атмосферу большего количества углерода, чем содержится во всей биосфере[289].
77 Ciais et al. (2013), p. 526.
Таблица 4.1. Где содержится углерод? Сравнение объемов известных запасов углерода, которые потенциально могут быть выброшены в атмосферу, и потенциальный объем выбросов с текущего момента до конца столетия. Под биомассой понимается общий объем углерода во всех живых организмах на Земле. Под некромассой – общий объем углерода в мертвой органической материи (особенно в почве), часть которого может быть выброшена при обезлесении и лесных пожарах. Я также включил общий объем наших выбросов с 1750 года по сей день – это выбросы от изменений в землепользовании, а также от сжигания ископаемого топлива и работы промышленности[290].
Даже если бы мы знали, сколько углекислого газа поступит в атмосферу, нам сложно было бы сказать наверняка, к какому потеплению это приведет. Чувствительностью климата называется количество градусов, на которые повысится температура, если концентрация парниковых газов в атмосфере станет вдвое выше по сравнению с исходным доиндустриальным показателем (280 млн –1)[291]. Если бы обратных связей не существовало, произвести необходимый расчет было бы несложно: при неизменности остальных параметров удвоение концентрации углекислого газа приводит к потеплению примерно на 1,2 °C[292]. Но при оценке чувствительности климата учитывается и множество климатических обратных связей, включая испарение воды и формирование облаков (однако не включая таяние вечной мерзлоты и гидратов метана). В результате показатель увеличивается, а рассчитать его становится сложнее.
МГЭИК утверждает, что чувствительность климата, вероятно, составит от 1,5 до 4,5 °C (и неопределенность здесь во многом связана с нашей недостаточной осведомленностью об облачных обратных связях)[293]. При оценке степени воздействия потепления этот диапазон огромен, ведь верхняя его граница предполагает в три раза более сильное потепление, чем нижняя. Кроме того, истинная чувствительность вполне может оказаться и выше, поскольку МГЭИК говорит лишь, что вероятность ее попадания в обозначенный диапазон составляет 66 %[294]. Эта неопределенность усугубляется тем, что мы точно не знаем, насколько повысится концентрация парниковых газов. Если в итоге она возрастет в 2–4 раза по сравнению с доиндустриальным уровнем, диапазон последующего потепления составит от 1,5 до 9 °C[295].
Можно надеяться, что вскоре нам станет известно больше, но история не сулит нам многого. Принятый сегодня диапазон от 1,5 до 4,5 °C был впервые назван в 1979 году и практически не изменился за последние сорок лет[296].
Мы часто слышим цифры, которые создают иллюзию большей точности: что сейчас мы идем к потеплению на 5 °C или что нужно принимать определенные меры, если мы хотим сдержать потепление в пределах 4 °C. Но подобные формулировки так упрощают ситуацию, что порой вводят нас в заблуждение. На самом деле они значат, что мы идем к потеплению на 2,5–7,5 °C или что нужно принимать определенные меры, чтобы у нас появился реальный шанс сдержать потепление в пределах 4 °C (иногда этот шанс оценивается в 66 %, а иногда – лишь в 50 %)[297].
Учитывая отсутствие точных данных о наших прямых выбросах, о чувствительности климата, а также о
Ознакомительная версия. Доступно 22 страниц из 144
