В данном контексте я и расцениваю неоднозначный конфликт между Сталиным и Лениным по вопросам государственного и национального строительства нового советского государства. Как бы ни маскировались существо и нюансы этого конфликта, как бы ни пытались акцентировать внимание на его отдельных деталях, — корни этого конфликта мне видятся именно в противоборстве двух путей построения советского государства. Сосредоточивая главный удар на борьбе против великорусского шовинизма, отдавая приоритет элементам формального равенства при решении вопроса об объединении в союзное государство, Ленин невольно закладывал мину долгосрочного действия под фундамент создававшегося государственного образования. И то, что в конечном итоге Сталин силою обстоятельств был вынужден пойти на принятие ленинского плана государственного устройства, по прошествии многих десятилетий сыграло в судьбах Советского Союза роковую роль. Я, разумеется, не настолько наивен, чтобы утверждать, что построение Советского Союза в соответствии с предложениями Сталина, было бы достаточной гарантией против развала Союза. Но все-таки, на мой взгляд, структура советского государства, базировавшаяся на принципах, предлагавшихся Сталиным, могла сыграть роль дополнительной преграды на пути бурного натиска националистических и сепаратистских тенденций, захлестнувших великую страну в конце минувшего века. Это — всего лишь гипотеза, имеющая право на существование. По крайней мере она дает пищу для размышлений.
На протяжении всего изложения материала я стремился рассеять укоренившийся миф о малозначительной, чуть ли не эпизодической роли Сталина в том спектакле, который мы условно уподобим русской революции. Думается, что в той или иной степени мне удалось раскрыть его роль в развертывании революционного движения: сначала она действительно была незначительной и малозаметной. Потом, по мере развертывания событий и по мере его созревания как революционера, эта роль обретала все более четкие и значимые формы. Он рос вместе с ростом революционного движения. Это были как бы два параллельных процесса, в своей общности отражавших становление Сталина как фигуры общероссийского политического масштаба. Конечно, его политический блеск на тогдашнем небосклоне не выделялся ни особой яркостью, ни грандиозными масштабами. В ту эпоху на поприще политических баталий выступало много ярких и одаренных личностей, публичная известность и популярность которых были намного больше, чем таковые Сталина. Однако к числу характерных свойств Сталина можно отнести то, что его влекла не показная, не внешняя сторона политической активности, а ее внутреннее содержание. Вот почему он сам и его имя часто оставались, если не на заднем плане, то в тени. Но о реальном весе того или иного политика следует судить не по чисто внешним проявлениям его активности, а по его реальной роли в политическом процессе. Это, кстати, приложимо и к условиям нашего времени. Приведенный мной материал и соответствующие аргументы, надеюсь, помогут читателю самому создать собственное мнение о месте Сталина в русской революции и в строительстве советского государства.
Наконец, хочется акцентировать внимание на таком моменте. К началу 1924 года Сталин уже проявил себя как одна из крупнейших фигур в тогдашнем руководстве большевистской партии. В известной мере он уже накопил и опыт участия в государственном управлении, хотя, конечно, этот опыт и был довольно ограничен в силу вполне понятных причин. Но из всех тогдашних лидеров он в большей степени подходил для того, чтобы стать у руля государства. Бремя ответственности его не только не страшило, но и манило к себе. Он внутренне был подготовлен к тому, чтобы, взяв в свои руки власть, использовать ее для реализации намеченных целей. В отличие от своих соперников Сталин достаточно ясно представлял себе маршрут дальнейшего движения государственного корабля. Сильной его чертой являлось и то, что он не страдал гамлетовским комплексом сомнений, был решителен и настойчив в проведении намеченной линии, поскольку, очевидно, следовал известному афоризму великого германского канцлера XIX века О. Бисмарка: любая политика лучше политики колебаний. Идя к власти, Сталин не испытывал никаких колебаний, в противном случае его ожидал бы бесславный финал. Короче говоря, всей своей предшествующей жизнью он был подготовлен к миссии, которую ему уготовила судьба. Он сам себе приоткрывал дверь в историческую вечность.
Но приоткрыть дверь туда — еще не значит войти в историю. От каждого, кто претендует на место в ее анналах, требуются не только соответствующие личные качества. Нужно еще и определенное стечение обстоятельств, служащих внешним проявлением внутренних закономерностей исторического процесса. Мелкие исторические события не создают заметных исторических фигур. Лишь подлинно великие события создают великих людей, не всегда, разумеется, отмеченных только положительными качествами.
В свете сказанного, совершенно бесспорно, что и Сталин был незаурядным детищем своей эпохи: суровой, жестокой, беспощадной, но и вместе с тем грандиозной по своим масштабам и свершениям. Жизненный путь, с которым он связал себя и свою судьбу как политика, предъявлял особые требования. Проще говоря, ему нужно было выработать свою собственную политическую философию, адекватно отвечавшую реальным условиям исторической эпохи. Я уже не раз касался некоторых особенностей его политической философии. Здесь же мне хочется заметить следующее: не знаю, знаком ли был Сталин с «Божественной комедией» Данте, но, мне думается, что для общей оценки важнейшей черты его политической философии, и особенно характера его практических действий, как нельзя лучше подходят в качестве своеобразного девиза слова выдающегося итальянского поэта эпохи Ренессанса:
«Здесь нужно, чтобы душа была тверда;
Здесь страх не должен подавать совета»[1169]
Возможно, именно эта черта его философии политической борьбы и особенно его практической деятельности наложила столь суровую, а порой и зловещую печать на многие страницы его политической биографии, да, собственно, и на всю историю нашей страны в не столь уж отдаленном от нас прошлом.
И как финальный аккорд — несколько слов о печально известных негативных качествах Сталина, благодаря которым многие историки причисляют его к тиранам и злодеям мирового масштаба. Я не берусь и не в силах обелить Сталина, ибо на нем лежит тяжкий груз ответственности за многие проступки и преступления, совершенные во второй половине его политической карьеры. Это, пожалуй, самая сложная и вместе с тем самая противоречивая страница его политической биографии. Простых объяснений тут нет и не может быть. Но уклониться от них не дано. История еще ждет исчерпывающего объективного и беспристрастного ответа на многие вопросы, касающиеся именно этой стороны деятельности Сталина. Заклеймить мало. Надо дать ясное и всестороннее объяснение всему тому, что имело место в истории его жизни. Для этого нужна вся палитра красок, а не только черная или белая. И при этом следует помнить и не забывать слова крупнейшего немецкого поэта Гете: «И великий человек — всего лишь человек»[1170].
Завершая первый том, тешу себя надеждой, что во втором томе, посвященном самому интересному и самому содержательному периоду политической биографии Сталина, мне удастся лучше осмыслить и выразить мое понимание этой, бесспорно, великой личности минувшего века. Незримая тень его до сих пор витает над странной, как бы взывая то ли к отмщению, то ли к прощению.
БИБЛИОГРАФИЯ
(использованной при написании тома литературы)
Архив Троцкого. Коммунистическая оппозиция в СССР. 1923–1927. Т. I. М. 1990. (Редактор-составитель Ю. Фельштинский)
Батумская демонстрация 1902 года. М. 1937.
Большевики. Документы по истории большевизма с 1903 по 1916 год бывшего Московского Охранного отделения. М. 1990.
ВКП(б) в резолюциях и решениях съездов, конференций и пленумов ЦК. Часть I. М. 1936.
Большевистское руководство. Переписка. 1912–1927. М. 1996.
Власть и оппозиция. Российский политический процесс XX столетия. М. 1995.
Гражданская война и военная интервенция в СССР. Энциклопедия. М. 1983.
Деятели Союза Советских Социалистических республик и Октябрьской революции. Автобиографии и биографии. Репринтное издание. Часть I, II, III. М. 1989.
Детство и юность вождя. Каминский В., Верещагин И. (составители). «Молодая гвардия», 1939. № 12.
Великий вождь и учитель Коммунистической партии и советского народа. К семидесятилетию со дня рождения И.В. Сталина. М. 1949.
