Ознакомительная версия. Доступно 12 страниц из 80
ДОТы на новой границе вооружались установками с шаровой бронировкой амбразуры трех типов:
– артиллерийской установкой с 76,2-мм казематным орудием Л-17;
– орудийно-пулеметными установками ДОТ-4 с 45-мм противотанковым орудием и спаренным с ним 7,62-мм станковым пулеметом ДС-39;
– пулеметными установками НПС-3 с 7,62-мм пулеметом «максим».
Шаровые установки обладали устойчивостью к воздействию огнеметов и давали лучшую защиту от пуль и осколков. Практика позднее это подтвердила. НПС-3 и ДОТ-4 монтировались в ДОТах фронтального огня и полукапонирах. 76,2-мм Л-17 монтировались в артиллерийских полукапонирах (АПК). Для защиты подступов к сооружению с тыла была разработана упрощенная (в сравнении с установками под станковый пулемет) установка ПЗ-39 под 7,62-мм пулемет ДТ.
Без преувеличения можно сказать, что ДОТы на новой границе были вершиной развития советской фортификации в предвоенный период. В ходе войны уже ничего подобного не строилось, как ввиду недостатка времени, так и материалов. ДОТы «Линии Маннергейма» на фоне советских ДОС постройки 1940–1941 гг. выглядят достаточно скромно. Сооружения финнов не обладали дополнительными установками для защиты тыла и входов, для защиты пространства перед амбразурами. Большинство ДОТов «Линии Маннергейма» были одноэтажными, большинство ДОС на новой границе – многоэтажными. Вместе с тем нельзя не признать, что ДОС новой границы не хватало установок навесного огня, имевшихся на французских и немецких ДОТах. Немцы монтировали в ДОТах линии Варты – Одера (известных у нас как «Мезерицкий УР») 50-мм автоматические гранатометы и выдвижные огнеметы для самообороны на коротких дистанциях. Установки гаубиц, характерных для западноевропейской фортификации, в советских ДОС отсутствовали как класс, даже в проектах. Слабой стороной ДОС советских укрепрайонов в реалиях 1941 г. были 45-мм пушки ДОТ-4 в качестве средства борьбы с танками. Они обладали слабыми противотанковыми возможностями в борьбе с немецкими танками поздних серий выпуска и штурмовыми орудиями (что было особенно актуально).
М. П. Кирпонос, Н. Н. Вашугин и М. А. Пуркаев на предвоенных учениях.
Особенностью ДОТов Киевского особого военного округа было их оснащение бронеколпаками, широко использовавшимися во Франции, Финляндии и Германии. В предвоенные годы они были доведены до своего логического завершения и выполняли не только функцию наблюдения, но и функцию поражения за счет установки пулеметов. В немецких «Панцерверке» на восточной границе Германии бронеколпаки являлись основными установками для пулеметов. Советская школа фортификации бронеколпаки не жаловала. Помощь строителям УРов на новой границе в КОВО пришла с неожиданной стороны: их источником стал польский Сарненский укрепрайон и его склады.[225] Польские наблюдательно-боевые бронеколпаки были двух видов: шестиамбразурные для ручного пулемета и четырехамбразурные для стрельбы из станкового пулемета. В советских уровских сооружениях они использовались только для наблюдения и стрельбы из ручного пулемета. Вход в колпак осуществлялся снизу по скоб-трапу до импровизированного полика из арматуры, досок и т. п. Бронеколпаки улучшали наблюдение из сооружения прежде всего в сторону фронта, т. е. в сторону наступающего противника. Для сооружений, ориентированных на косоприцельный огонь, это было особенно актуально.
Эбергард фон Маккензен, командир III моторизованного корпуса.
Командующий 5-й армией генерал-майор танковых войск М. И. Потапов. В сентябре 1941 г. он попадет в плен в киевском «котле» и вернется только в 1945 г.
Командир 8-го механизированного корпуса генерал-лейтенант Д. И. Рябышев.
19 июня в Киевском особом военном округе из Генерального штаба было получено распоряжение о создании фронтового управления и передислокации его в Тарнополь. И. Х. Баграмян вспоминает: «В то же утро (19 июня. – А. И.) из Москвы поступила телеграмма Г. К. Жукова о том, что Народный комиссар обороны приказал создать фронтовое управление и к 22 июня перебросить его в Тарнополь. Предписывалось сохранить это «в строжайшей тайне, о чем предупредить личный состав штаба округа». У нас уже все было продумано заранее. По нашим расчетам, все фронтовое управление перевезти автотранспортом было не только трудно, но и слишком заметно. Поэтому было решено использовать и железную дорогу. Командующий округом приказал железнодорожный эшелон отправить из Киева вечером 20 июня, а основную штабную автоколонну – в первой половине следующего дня». В руководящих документах предусматривалось переместить штаб округа с преобразованием его во фронтовое управление с началом мобилизации: «Штаб КОВО с 20.00 М-2 Тарнополь». Таким образом, в мирное время до объявления мобилизации осуществлялись мероприятия, предусмотренные по планам в первые дни войны. Начало боевых действий руководящий состав КОВО, ставший управлением Юго-Западного фронта встретил в буквальном смысле на колесах.
Танковая группа наступает без танков
«С ночного неба постепенно исчезают звезды. Медленно наступают сумерки. На востоке, по ту сторону Буга, замерцали первые огоньки» – так поэтично описывались последние мирные минуты перед вторжением 1-й танковой группы в СССР в написанной вскоре после войны немецкой книге. На эти огоньки вскоре должна была обрушиться немецкая артиллерия.
Точно так же, как на других направлениях, в полосе наступления группы армий «Юг» имелась четкая граница между направлением главного удара и второстепенным для вермахта участкам линии границы. Интенсивность боевых действий на направлении главного удара была, разумеется, выше. Согласно плану, главный удар ГА «Юг» наносился вдоль шоссе Владимир-Волынский – Луцк и Сокаль – Берестечко.
За несколько минут до того, как по всей границе загремела артиллерийская подготовка немецкого наступления, немецкие диверсанты из 800-го полка особого назначения «Бранденбург» захватывали важные пограничные объекты. На Украине ими были захвачены автодорожный мост в Устилуге и железнодорожный мост у Выгоданки (13 км юго-западнее Устилуга). Это было отмечено уже в первом донесении управления политпропаганды КОВО: «В районе Устилуг действуют диверсионные группы противника, переодетые в нашу форму».[226] Пограничники также обратили внимание на действия диверсантов: «Данные нач. штаба 90 ПО на 7.20 немцы перешли границу в районе Устилуг. Немецкие солдаты переодеты в красноармейские шинели с пехотными петлицами».
Под Сокалем обошлись без «Бранденбурга», здесь в качестве средства первого внезапного удара были задействованы солдаты и офицеры 51-го штурмового саперного батальона. Здесь Буг достигал ширины 40 метров, при этом берег во многих местах был покрыт жидкой грязью и заболочен. Глубина реки в этом месте составляла в среднем 1,5–3 метра. Приграничный деревянный мост имел длину 101 метр с 14-метровыми пролетами грузоподъемностью около 20 тонн.
Обращение Гитлера к солдатам Восточного фронта. С таких отпечатанных типографским способом листков вечером 21 июня командиры рот зачитывали обращение солдатам.
Залп немецких реактивных минометов. Еще до первого залпа «катюш» небо советско-германского фронта были исчерчено следами реактивных снарядов.
Потеря такого моста для 1-й танковой группы означала бы большой объем работ для саперов по обеспечению переправы тяжелой техники: танков, тягачей с тяжелыми орудиями. Соответственно, захват моста в неповрежденном состоянии закономерно стал приоритетной задачей 51-го штурмового саперного батальона. Она была поручена 2-й роте батальона. Один взвод роты немецких саперов должен был переправиться выше моста по течению, другая ниже и, наконец, третья – атаковать по мосту. Два советских солдата или командира, обозначенных немцами как «таможенники», были застрелены специально выделенными стрелками. Точное время выстрелов в отчете батальона не указывается, но, скорее всего, это произошло еще до начала артиллерийской подготовки либо вместе с первыми ее залпами. Артиллерия открыла огонь по общему графику, в 3.15 утра берлинского времени 22 июня. Любопытно отметить, что под Сокалем вели огонь не только обычные артиллерийские системы и минометы, но и реактивные минометы вермахта – «Небельверферы». Это был 1-й учебный ракетный полк, который в течение 30 минут выпустил 1600 реактивных снарядов. После артналета под исчерканным дымными следами «Небельверферов» небом саперы бегом пересекли мост и перерезали все имевшиеся на советской стороне провода. Два других взвода форсировали Буг на резиновых лодках и вступили в бой за Сокаль. Как указывалось в отчете батальона, «Вражеское сопротивление в нескольких находившихся в разных местах домах было быстро подавлено с помощью огнеметов и ручных гранат».[227] Скорее всего, противником немцев в этом бою были пограничники. У них не было никаких шансов – по захваченному мосту на советскую сторону двинулись штурмовые орудия. Одно из них было сразу же задействовано для захвата южной части Сокаля – Бабинца.
Ознакомительная версия. Доступно 12 страниц из 80
